0

Взгляд на идущую гражданскую войну из Киева.

Интервью с Ярославом Тынченко, заместителем директора Национального военно-исторического музея Украины по научной работе

— Вы, как эксперт, можете давать оценки причинно-следственным связям в истории. По Вашему мнению, что стало детонатором нынешней ситуации на Донбассе и спровоцировало Россию начать боевые действия против Украины?

— Не только Российская Федерация ведет боевые действия против Украины в Донецкой и Луганской областях. Это целая неоднородная смесь различных формирований. Почему это происходит на Востоке? Если посмотреть на карту, где были Евромайданы в областных центрах и где их не было, можно понять какие регионы изначально были против Майдана. Это – Донецкая, Луганская, Харьковская, Одесская области и Крым. Пять  регионов, в которых были отдельные протестные явления, но не было фактов захвата горадминистрации, обладминистрации, противостояний с милицией и т.д. И вполне закономерно и очевидно, что эти пять регионов изначально были настроены враждебно сначала к тому, что происходило, а за тем к тем властям, которые пришли к власти в Киеве. Сейчас их протестность заключается не в том, что они поддерживали Януковича. Один из лидеров самопровозглашенной ДНР Губарев сказал абсолютно правильно, что они семнадцать лет голосовали от безысходности за своих «донецких» олигархов, хотя также их не любят, как и на Западе Украины. Голосовали за них, потому что они свои. Но эти «свои» их тоже грабили и использовали

Самой главной «тряпкой для быка» для жителей юго-востока Украины стали красно-черные знамена, Ярош, партия «свобода», портрет Бандеры. Они видеть этого не хотят и, в принципе, не хотят жить в стране, в которой ходят люди с такими знаменами. Я хорошо знаком с населением всей Украины, потому что был не только во всех областных, но и в районных центрах, селах, деревнях. Очень много работал по разным регионам Украины и знаю реальную ситуацию. У нас вот какая особенность – жители западной Украины были только в своем регионе и в Киеве. И больше нигде не были. О Донбассе они имеют очень смутное представление. Жители Восточной Украины, в лучшем случае, были в Киеве, и многие школьники ездили только во Львов, то есть глубоко западно-украинскую культуру они тоже не знают и не понимают.

— То есть пропасть между Западом и Востоком в Украине существовала изначально?

— По-сути эти регионы у нас никак не взаимосвязаны. Несмотря на многократные попытки их как-то подружить, они, по большому счету, чувствовали себя отдельно от Центральной Украины. У нас есть Галичина, у нас есть Донбасс, у нас есть Крым – эти три региона, которые всегда были разными. Вячеслав Максимович Черновол еще в начале девяностых годов сказал, что нам нужна федерализация, потому что если не сейчас, так через десять -двадцать лет мы столкнемся с вопросом неприятия жителей одного региона жителями другого региона. Рано или поздно Галичина и Донбасс схлестнутся. Это говорил Чорновол году в 1994. Я это слышал своими ушами.

 Плюс, как показало время многие наши политики были нацелены на то, чтобы разъединить Запад и Восток Украины?

— Разумеется. И вот, что мы видим. Пошла протестная волна. Протестный электорат восстал. Плюс, фактор того, что Луганский Беркут с боем ехал домой, Крымский Беркут с боем ехал домой. То есть у них пошло острое неприятие всего, что происходило, и они, естественно, были возмущены и всего этого не принимали. Очень большим личным оскорблением для них была отмена закона о языках [Колисниченко-Кивалова]. Украинский язык на Донбассе так и не смог завоевать популярность. Поэтому это была жесточайшей ошибкой отмена закона о языках. Если бы этого не случилось, возможно, многого бы можно было избежать.

— Насколько, по Вашему мнению, население Донбасса готово жить в России вместо Украины?

— Они не отказывались изначально от Украины. Большинство жителей Донецкой и Луганской областей воспринимают Украину как свою родину. Они просто хотят какие-то отдельные вещи: второй государственный язык, они хотят федерализацию. А что для них, собственно, федерализация? Они считают, что Киев у них забирает много денег и хотят, чтобы столица делилась с ними финансами, которые пойдут на их нужды. То есть, существует два камня преткновения: язык и деньги. И вот, этой ситуацией очень «красиво» воспользовались различные персонажи из России, а также некоторые из Украины.

— Что это за персонажи? Прежде всего, группа Стрелкова-Гиркина, которая захватила город Славянск, и устроила там затяжную бойню.

— Лично с ним мы познакомились в 1994 году возвращаясь из Бородино (военно-историческая реконструкция) в одной электричке. Мы оба были в форме: я во французской, он в русской. Очень быстро разговорились. Оказалось, что мы еще и коллеги. Уже буквально через пять минут разговора, он заявил, что рано или поздно будет война за то, чтобы Украина вернулась в состав великой Империи. При чем неважно какой: Российской или Советской. Причем на вопрос «А где ж будут границы?» он точно ответить не смог, но всегда говорил: «Куда продвинемся, там и будут границы». Потом он всегда и всем знакомым из Украины говорил: «Да, мы будем воевать. Рано или поздно. Украина – это недоразумение».

Игорь Гиркин – выпускник Московского Историко-архивного института, который специализировался на Гражданской войне белых, написал несколько работ о боевых действиях белых против красных на территории Левобережной Украины в 1919 году. Его папа майор внутренних войск СССР. В период студенчества его патриотизм все время зашкаливал и искал себе где-то выход. Во время учебы Гиркин ездил сначала в Приднестровье, потом в Сербию, где он воевал в составе двух отрядов, причем одним он командовал, о чем написал подробное воспоминание, которое есть в интернете. Затем он даже отслужил срочную службу в российской армии. И, наконец, когда была первая Чеченская война, он добивался, чтобы его взяли по контракту, так как у него было высшее образование, но не было военной кафедры, поэтому он долго и нудно просил, чтобы его взяли. И, в конечном итоге, его взяли, и он под занавес первой Чеченской войны поучаствовал в паре боев как контрактник.

Как известно, первая Чеченская война закончилась тем, что российские войска ушли из Чечни. В тот период Гиркин ходил с чувством, что все его и его друзей предали, что Великая Россия рушится, что все плохо, что нужно отстаивать свою позицию, нужно воевать. И вот когда он пришел с первой Чеченской, он начал добиваться, чтобы его взяли состав вооруженных сил России, но уже офицером, поскольку у него есть высшее образование, срочная служба и служба по контракту. Он снова очень долго добивался, чтобы его взяли. Ему долго отказывали под разными поводами. Но, в конечном итоге, он вошел в состав вооруженных сил Российской Федерации, стал офицером. Он окончательно порвал с наукой. В какой-то момент ему теоретической истории оказалось мало и захотелось участвовать. Ему показалось слишком скучным описывать то, что происходило.

Гиркин воспринимал развал Союза, как личную трагедию. По сути, после возвращения с первой Чеченской войны, он уже был настроен на то, что он будет участвовать в восстановлении границ этой мифической Империи, причем, непонятно – какой именно? Мириться с существованием независимых Украины, Белоруссии и т.д. он никогда не собирался.

Я с большим удивлением узнал из прессы, что семья Игоря Гиркина до сих пор живет в Шенкурском проезде в Москве. Я прекрасно помню эту трехкомнатную квартиру в панельном доме, очень необустроенную и неуютную. Мне запомнилась лампочка без абажура, висящая на кухне. Очень аскетические условия жизни. Меня удивило, что, как докопались московские журналисты, там до сих пор живет его семья, семья его сестры, его родители…

В общем, он всегда был таким человеком, которого деньги интересовали в последнюю очередь. Причем деньги его интересовали исключительно для достижения идейных целей, потому что семейная жизнь, в принципе, его никогда не интересовала. Насколько я знаю, у него было два брака, но всем своим девушкам он говорил, что остается с ними до первого вызова. Такая у него была концепция семьи. И, конечно же, когда ему выпал шанс воплотить свои идеи юности в жизнь, он за него ухватился. Тем более, насколько я знаю по свидетельствам его московских друзей и знакомых, он участвовал во Второй Чеченской войне, практически не выезжал какое-то время из Дагестана и Чечни. Как оказалось, был в Сирии, ездил в Украину.

Параллельно, когда не было активных боевых действий, он должен был чем-то сублимировать, принимая участие в военно-исторических реконструкциях. Всем участникам этих реконструкций, которые были из Украины, он всегда рассказывал, что россияне отберут у нас Восток, мол, не волнуйтесь, все равно Россия придет.

— То есть идея ликвидации государства Украины у него присутствовала давно?

— Да, он абсолютно фанатично настроен на восстановление границ Империи. И когда он впервые появился на ютюбе со своими комментариями о том, что Украина – это мертворожденный, несостоявшийся проект – он действительно искренне так думает. И те люди, которые с ним пришли, они все думают точно также. В отличие от наших правосеков-ярошев, у русских патриотов всегда была концепция, что какая бы плохая у них армия не была, они обязаны туда идти и служить: срочную службу, контрактную службу – они просто обязаны туда идти. Если ты патриот, то ты должен служить в российской армии, любой, какая бы она не была. Наши же наоборот начинают кричать: «Я не буду служить в такой убогой армии!!!» В России всегда был другой подход к своей армии. Да, там дедовщина, да, там тяжело, да, там есть злобные кавказцы, но если ты патриот, ты обязан.

— То есть, патриотизм у россиян воспитали?

— Разумеется. Естественно, он не массовый, он в отдельной категории людей, которую можно назвать правым сектором России. Еще со времен Приднестровья, потом Сербии, потом Первой Чеченской войны, создался круг людей в России – участников этих войн, которые «недовоевали» (термин, придуманный самим Гиркиным в какой-то из публицистических статей). Это категория людей, которым «кому война, а кому мать родная». Вот для них война – реальная жизнь, а мирная жизнь, семья являются для них второстепенным, для них это несущественно. И со времен Приднестровья существовали довольно мощные группы участников этих войн – Ленинградская, условно, Краснодар, Ростов-на-Дону, казачья группа и другие люди со всей России. Гиркин лично мне рассказывал, что встретил в Чечне какого-то добровольца с Алтая, который здоровался со всеми «Слава России!!!». И тут пару недель назад я читаю репортаж о каком-то добровольце с Алтая, который воюет в Славянске, и мне сразу вспомнился этот рассказ Гиркина. То есть, это давно сформировавшаяся группа людей, которые даже могли жить мирной жизнью, но до поры до времени. Но как только появился приказ, сигнал – и они все сразу сбежались. Поскольку Игорь – настоящий подполковник вооруженных сил Российской Федерации, то со временем он стал их лидером, символом. Ведь все остальные, в отличии от Гиркина, полностью не посвятили себя военной деятельности, а он пожертвовал всем ради достижения своей идеи.

— Как вы считаете, с головой у таких людей все нормально?

— По сути, они борются с тем, что считают историческим мифом. Именно таким историческим мифом они считают Украину. К ним присоединилась какая-то часть местных фанатиков, которые у нас также имели место быть. Их не замечали, на них не обращали внимания. Так как они никогда не были радикализированы, просто у них было на бытовом уровне неприятие Украины, по это с ними особо никто и не считался и не воспринимал их всерьез.

Достаточное количество людей из Цетральной и Восточной Украины рассуждает по типу «Ой, мне физически плохо в этой стране, в Украине!». Ты им отвечаешь «Хорошо, переезжай в Россию!», на что сразу реакция «Нет! Это моя родина. Но я хочу, чтобы эта родина называлась Россия, чтобы она была частью России». Хорошо, «А какая разница?» – спрашиваю у них, – «у тебя только украинский паспорт, но ты говоришь на русском языке. Тебя разве кто-то ущемляет?». «Нет», – отвечают. «Ну, так в чем проблема?» Гениальный ответ: «А мне все равно плохо!».

То есть такая категория людей у нас тоже была и есть. Причем, у многих из них нет никакого армейского опыта, но они тоже побежали туда. Вот люди, которые сейчас выступают часто на Anna-News, они без масок – это те, которые ходили здесь и «страдали», им здесь физически было плохо.

— Все хотели стать большой Россией, эта группа лиц?

— Да, в принципе да. Возродит какую-то Империю.

— Как они ее обзывают «Новороссия»?

— Нет, это не их концепция. В принципе, я так понимаю, группа Стрелкова видела всех в гробу и белых тапочках: все эти «Новороссии», «Лугандии», «Донбабве» и прочие республики. Вообще, сам Гиркин глубоко военный человек, он изучал очень многое в теории, а потом проверял на практике. Он лучше многих выпускников академии имени Фрунзе, Генерального штаба. То есть, хороший тактик и очень хороший стратег. Но он никогда не придавал значения социальному аспекту. Он свою семью не смог обеспечить. Спрашивается, что он может дать людям в отношении социального обеспечения в Донецкой и Луганской областях? Насколько я понимаю, он ничего и не собирается им давать. Это вообще не его проблема. И, вообще, если завтра этот регион присоединится к России, то он построит всех так, как ему прикажет вышестоящее начальство или как будет правильно для интересов Великой России.

— Есть приказ Путина, он его выполняет?

— Сейчас никто с уверенностью не может сказать: инициировал ли лично Путин войну на Донбассе, или только подливает масла в огонь? Когда-нибудь мы это еще узнаем. Но совершенно точно понятно, что он всеми силами старается извлечь максимальную выгоду из сложившейся на Востоке Украины ситуации. Ну и, как «защитник всех русских», он не может закрывать глаза на Гиркина, Пушилина, Болотова, Козицына, Бородая, Губарева, и прочих деятелей, которые сейчас играют «первую скрипку» на Донбассе. Понятно, что он им помогает…

— На самом деле, пока что непонятно: когда и при каких-обстоятельствах Путин стал помогать Гиркину. Илии наоборот…

— Вообще?

— Сами подумайте: что общего может быть у Гиркина, у которого семь человек семьи ютятся в трехкомнатной панельке, и одного из самых богатых людей в мире – Путина?, Гиркин и стрелковцы, до недавнего времени воевали сами за себя. Они строят идеалистическую Россию, которой нет в самой России. Эти люди неугодны у себя на родине, они всегда были очень независимыми, и они всегда критиковали Путина и тот строй, который был. Потому что, в принципе, если им дать волю, то они бы отвоевали кучу территорий. Путин им не дает такой возможности. Поэтому это частная инициатива этой группы и группы, которая пришла к власти в Крыму. По сути, это взаимодействие двух групп – Аксенова и Стрелкова. Вот эти две группы в паре и орудуют на юго-востоке Украины. Насколько я понимаю их изначальный стратегический замысел был в следующем. Они посмотрели, как все легко прошло в Крыму, и решили построить правильную (не-путинскую) русскую республику, но на территории Украины. И они Славянск выбрали не из-за сланцевого газа, этот город был избран ими по одной простой причине – это очень удобное стратегическое место для мобильного перебрасывания резервов на Харьков, Луганск и Донецк. Кроме того, в Славянске есть ряд стратегических высот, где очень легко обороняться. То есть, они изначально выбрали этот город как штаб для работы по трем областям – Харьковской, Луганской и Донецкой. Они думали сначала отвоевать эти три области, а потом медленно продвигаться дальше. Помощник Стрелкова, Здрылюк, заявлял, что они собирались на Киев, потом на Винницу, а потом и дальше.

То есть, у них, конечно, были планы обширные. Они думали, что они придут, и будет как в Крыму: начнут массово собираться самообороны, милиция перейдет на их сторону, тут же будет оружие (на складах Донецкой и Луганской областей лежит немало оружия), они соберут армию и двинутся на Киев, используя, с одной стороны, протестные настроения, что часть людей обижены из-за того, что попрали из выбор. Эти люди были тоже недовольны Януковичем, но они же за него голосовали, и их выбор был попран какими-то правосеками. А с другой стороны, стрелковцы хотели использовать прорусские настроения, и, таким образом, очень успешно лавировать. Но группа Стрелкова-Гиркина быстро столкнулась с тем, что местное население довольно инертно относится к идее вооружения и похода дальше в бой. Для гиркинцев, я так понимаю, это было большим разочарованием. Поэтому они сейчас занимаются насильственными мобилизациями, чтобы пополнять свои людские ресурсы. Но насильственная мобилизация – это не лучший вариант.

Что касается добровольцев, то в Росси не так много людей, которые желали бы отдать свою жизнь за что-то. На какое-то время «добровольческого порыва» и желающих «наказать хохлов» еще хватит… Но здесь все будет зависит от уровня работы наших ВВС. После ракетных ударов в Донецке всем в России стало очевидно, что украинские вооруженные силы на что-то способны.

— Показательно?

— Да, это было очень показательно, и патриотический пыл там поубавился. Поэтому группа Стрелкова сейчас сидит в изоляции и пытается что-то дальше выстраивать.

Вторая группа – это казаки. Очень интересная группа. До 1918 года треть нынешних Донецкой и Луганской областей относились к землям Всевеликого Войска Донского. Например, Юзовка (ныне – Донецк) была еще на территории Екатеринославской губернии, а Макеевка уже относилась к землям донского казачества. Именно поэтому у казаков идея фикс, что это их исконно историческая земля. В принципе, во все годы независимости в Луганской области и немного в Донецкой существовало достаточно много донских казачьих организаций, они были полуфольклорными, полуобщественными. На них особо никто не обращал внимания, и никто ими особо не занимался. Есть и есть. Но когда начались все эти события, в Ростове-на-Дону и в Краснодаре был поставлен вопрос: «Так, Крым ушел, а Донецк и Луганск – тоже наши территории. По переписи населения в этих областях больше 40% — русские. Надо же вернуть землю!». И колоны, которые вошли с Тореза, Снежного, Антрацита – колоны условно казачьи плюс местная самооборона.

В принципе, на идеи ЛНР и ДНР казакам искренне и глубоко наплевать, потому что их главная идея – это Всевеликое Войско Донское. Какие-то претензии Болотова-Пушилина им до одного места. У казаков есть довольно мощные ресурсы. Ну, во-первых, под казачью идею они могут подписать довольно много патриотов, которые, с одной стороны, не очень-то хотят воевать за присоединение Украины к России, но с другой стороны, тоже хотят потом ходить в героях. С другой стороны, у казачьих организаций России есть мощная государственная поддержка. Кроме того, формально одна, или даже две, бригады вооруженных сил Российской Федерации считаются казачьими. То есть они формируются из призывников-казаков. Другой вопрос, какой процент реальных казаков среди них. Формально эти казачьи бригады, которые находятся на службе РФ могут помогать своим братьям-казакам оружием, бронетехникой, людьми.

Насколько я знаю, бронетехника 131-вой мотострелковой бригады активно маневрировала по Майкопу еще в марте. Через Краснодар шли колонны техники за колоннами. В нашу сторону….

Казаки ведут себя совершенно независимо. Они ситуативно поддерживают Болотова и Пушилина, а по факту они выкинут их, как только восстановят земли Всевеликого Войска Донского. Думаю, они хотят переделить всю административную систему РФ на юге. Потом придут к Путину и скажут: «У нас есть Ростов, Ставропольский край, а мы хотим восстановить наши Донские земли под своей федерацией. Вот вам на блюдечке земли, отданные советской властью подлым хохлам. Вот вам, Владимир Владимирович, есть хороший повод восстановить наше административно-территориальную систему». И плевать им хотелось на какие-то там ЛНР и ДНР.

И есть, наконец, третья категория – это ополчение ЛНР и ДНР – публика очень обиженная киевскими властями, которой очень широко пользуются донецкие и луганские нынешние лидеры сепаратизма. Про Болотова мало что известно. А что касается Пушилина. Лично мне сложно доверять человеку, который был в финансовой пирамиде МММ каким-то функционером. Это просто смешно. Но для Донецкой и Луганской областей это, в принципе, норма, что там, по сути, наперсточник, может рулить.

— Это норма?

— Касательно Болотова: возможно, он понимает, в какой ситуации он оказался, по сути, меж двух огней. Но выбора у него нет и он будет идти до конца. Кроме того, признавать киевскую власть он и его окружение принципиально не намерены. Ну а после ракетного удара по Луганской обладминистрации, я думаю, они очень озлоблены и будут сопротивляться. Болотов и его группа – это гораздо более серьезные люди, нежели «компашка» из ДНР, их нельзя недооценивать.

Отдельный момент – это кавказский фактор. Осетины всегда были очень патриотично настроены по отношению к России, поэтому они могли прийти как давние союзники Гиркина, потому что, по логике вещей, Гиркин должен был быть задействован в операции в Южной Осетии.

Что касается чеченцев, то военное ремесло – один из главных источников дохода чеченского народа на протяжении столетий. Сейчас, когда у власти Кадыров, этим ремеслом может заниматься очень ограниченный круг лиц, а заниматься земледелием или торговлей для многих чеченских боевиков, которые участвовали во Второй Чеченской войне, в войне в Южной Осетии, не является реальным. Они оказались за бортом МВД и вооруженных сил РФ. А тут есть хороший повод: они могут повоевать в ДНР и ЛНР, а потом, возможно, и остаться там как какая-нибудь чеченская мафия или еще что-то в этом роде. Для них это новые земли, которые они могут осваивать, завоевывать и потом держать повиновении. Для них это хороший шанс, если в России и Чечне все занято, то Крым и Восток Украины – это свободный для них регион.

— То есть Владимир Владимирович «пошутил», прижав их со всех сторон?

— Взаимоотношения между Владимиром Владимировичем и Кадыровым мы оставим Немцову и остальным. Мы этого не знаем.

— Ваши прогнозы на ближайшее будущее по поводу АТО, которое проводит наше государство. Минобороны в последнее время кричит, что пара часов, и мы можем их зачистить. Новый президент высказал похожее мнение.

— Это невозможно! Все очень-очень похоже на Первую и Вторую Чеченские войны. Там тоже в 1990-е армия была разваленная и разворованная, а генералы обещали «лихим ударом» быстро покончить. Им это в 15 лет обошлось

— И можно дополнить вопрос. Каково реальное состояние украинской армии?

— Дело в том, что наши вооруженные силы до Ющенко составляли 415 тыс. человек. В период правления Ющенко и дальше шло сильнейшее сокращение. Это при том, что в 2005 году Ющенко с Гриценко кинули вызов Путину, заявив, что наша военная доктрина будет строиться на том, что мы идем евро-атлантический блок и конечной нашей целью является присоединение к НАТО. И при этом они сокращали армию. До 143 тысяч человек, львиная часть их которых – гражданские и женщины.

Только в 2010 и 2012 годах отдельными актами Украине был возвращен статус внеблоковости. Но поезд ушел. Когда в начале июня этого года Путин во Франции давал интервью, он четко сказал: «Мы не могли допустить, чтобы Крым с нашим русским населением находился в каком-то враждебном нам блоке».  Это был его ответ на «Военную доктрину Ющенко-Гриценко».

Не лучше ситуация с вооруженными силами была и при Януковиче. У нас в постоянной боевой готовности находилось всего 6 тысяч, и предпостоянной – еще 23 тысячи. Все остальное – немногочисленные кадры, на базе которых из мобилизованных нужно было еще развернуть полки и бригады. Такое состояние у нас было вплоть до марта 2014 года. Военные министры Тенюх, а потом Коваль объявили мобилизацию, к счастью она прошла нормально, и кадрированные части были развернуты до нормального боевого состава.

Но тут возникает второй вопрос. Ну, развернули мы эти части, но их даже не хватает для того, чтобы перекрыть весь кордон с Россией. И сейчас они держат кордон с Донецкой и Луганской областями. Нам нужно разворачивать новые соединения, причем довольно спешно. У нас нет базы, чтобы их разворачивать, потому что значительную часть техники, которая у нас была, у нас украли или уничтожили. А та, которая есть – нуждается в капитальной профилактике. Нет нормальных офицерских кадров – военной молодежи.

Многие наши военные, особенно – в звании майора, подполковника, выглядят очень неспортивно. Понимаю, еще полковники, люди уже в возрасте:  чего им, мол, бегать? Военный должен всегда выглядеть подтянуто, стройно, и пусть у него будет лишний вес, но у него должна быть осанка, фигура, походка военного человека, на нем фуражка должна сидеть по-военному, а не лишь бы как. У него прическа должна быть соответствующая, опрятный вид. К сожалению, у нас очень распустили офицерский состав. Кроме того, у нашего офицерского состава за эти 20 лет напрочь отбили проявление всякой инициативы. У нас, когда начали распродавать территории и технику, ни один офицер, ни один генерал не пикнул: потому что никому ничего не надо.

Система военного образования деградировала до такой степени, что в последние годы это были такие же студенты, которые ночевали дома, у них были выходные, они просто носили форму, когда ходили на занятия, часто – очень неряшливо и неправильно.. На многих из них смотреть просто противно. Это не курсанты.

Итак, во-первых, у нас деградировала система образования. А во-вторых, за счет того, что в последние годы мы начали переходить на профессиональную армию, мы, с одной стороны, потеряли призывников, а, с другой стороны, мы не успели приобрести хороший кадровый сержантский состав. А как он приобретается? Хорошими зарплатами. Хороших зарплат у нас нет. По сути, мы застряли в переходном периоде. Именно в таком состоянии мы вошли в период вооруженного противостояния.

При Януковиче у нас довольно сильными были внутренние войска и спецподразделения «Беркут». В принципе, в случае вооруженного конфликта при предыдущем президенте мы могли рассчитывать на эти подразделения. По сути, это была хорошая профессиональная мотопехота. Она была готова выполнить любые поставленные ей задачи, и она с лихвой могла восполнить вооруженных сил Украины в случае военных конфликтов. Но в связи с событиями на Майдане эта система у нас развалена. Потому что, когда внутренние войска и подразделения «Беркут» сначала стоят на стороне Януковича, а потом они должны служить победителям…Они перестают функционировать и разваливаются. Очень большое количество людей, которые служили в этих подразделениях, уволилось, а те, которые остались, несут службу за двоих, троих, четверых… У нас все спецподразделения «Омега», «Гриффон», «Сокол» и т.д. остались в мизерных составах, насколько я знаю. И эти люди, после того, как в них плевали, кидали коктейли Молотова, их резали на Майдане, после этого они должны служить новой власти так, чтобы спасать эту страну. Ситуация довольно сложная.

У нас есть еще боеспособные погранвойска. Их около 50 тыс., 10 тыс. из которых – это гражданский состав. А граница у нас около 7 тыс. км. И, кроме того, погранвойска, по сути, это местные жители, которые работают на границе. Относительно Донецка и Луганска – это луганчане и дончане. Вся бредовость ситуации в Луганске заключалась в том, что местные жители стреляли друг в друга.

— В СМИ начинают появляться сообщения от солдат, от военных, что нет нормального обеспечения со стороны Минобороны, то есть, 40 бронежилетов на 400 человек и отправляют в горячие точки, то есть призвать – призвали, а обеспечить – не обеспечили. Как вы прокомментируете эту ситуацию?

— Вооруженные силы Украины являются наследниками того пазла Советской армии, которы1 находился на территории УССР. Наши вооруженные силы на 90% вооружены и снабжены тем, что было на вооружении в СССР. А на складах вооруженных сил СССР бронежилетов не было. Они появились намного позже. И в нашей стране бронежилеты закупались только для миротворцев, которые воевали в составе войск ООН. И, когда сейчас начали их закупать, столкнулись с рядом проблем: во-первых, бронежилеты имеют разную классификацию, и целый ряд бронежилетов не держат патроны от автомата Калашникова.

— И когда это выяснилось, сразу возник ряд вопросов: где закупать? Как закупать? За какие деньги закупать? У нас официально это нужно проводить через тендеры, там целая бюрократическая система, которую устанавливало не Министерство Обороны, это утверждалось в Кабмине и Верховной Раде. Это все поломать могли также только они.

— Мы смотрели, мониторили по интернету программу «Помоги армии». По данным минобороны они собрали 100 миллионов гривен, плюс люди, которые хотели помогать, они ездили покупать нужные вещи. По тендеру о закупке бронежилетов минобороны купили их по 8600 грн. Это самый дорогой тендер за последнее время. В интернете можно найти официально зарегистрированные фирмы, готовые сотрудничать с тендерами, и продавать бронежилеты стоимостью от 3000 до 5000 гривен плюс 20%, если вы их покупаете для военных. Плюс, по интернету гуляет множество историй от людей, которых мобилизовали, что их неподготовленными бросают в горячие точки, что два автомата на четверых и т.д.

— Дело в том, что у нас все без исключения министры увлекались сокращением армии. И продажами «излишков». В Министерстве обороны был создан «Департамент надлишкого майна та земель». Что такое «надлишкове військове майно»? Это земли, прежде всего, воинских частей. Вот у нас в Киеве на сегодняшний день практически все земли воинских частей находятся в частных руках, они переуступлены городу и проданы. Такая же ситуация во многих других городах. Что касается техники, то доходило до абсурда: вертолеты, БТР и БРДМ могли продаваться для охоты, рыбной ловли и т.д.

— Вы хотите сказать, что и боевая техника у нас находится в частных руках?

— Да, не мало. Думаю, несколько десятков экземпляров броневиков находятся в частных руках (кто-то в интернете утверждал – несколько сотен). Танки Т-72 все продали за границу, у нас сейчас только танки Т-64. Свои танки (типа знаменитого «Оплота») у нас только в проектных образцах. В них еще нужно вкладывать деньги. Военное имущество либо распродавалось, либо утилизировалось. Это называлось «реформами». И почему-то среди наших министров обороны было модно рапортовать о прогрессирующем сокращении армии. Самое интересное, что численность наших вооружений строго регламентировано международными договорами. Но мы почему-то капитально перевыполнили все нормы.

— Получается, наши министры рапортовали России: «Скоро можете приходить!»?

— Я так не могу утверждать, но по факту, все так и выглядит.

— То есть, рапорт мы сделали, а дальше думайте сами. Такой небольшой маячок, что вот у нас мало и техники, и людей?

— Когда был министром генерал Кузьмук… Нет, конечно, о нем можно сказать много и разного… Но после него осталось 415 тыс. человек в вооруженных силах и техники было ровно столько, сколько нам положено по всем международным договорам, ни на единицу меньше. В марте этого года численность вооруженных сил была в 3,5 раза меньше, чем при генерале Кузьмуке. Вопрос: зачем? Зачем мы занимались популизмом, переходили на контрактную систему, зачем отказались от призыва? Мы экономили всю жизнь на армии, мы занимались тем, что массово продавали все, что плохо лежало: прежде всего, территории, сооружения, бронетехнику, все продавалось, но почти ничего не покупалось или покупалось в очень маленьких количествах.

Поэтому сейчас, когда нам нужно мобилизоваться, нужно в два раза нарастить количество наших сухопутных или авиационных войск, нарастить мощь наших вооруженных сил до 400 тыс., у нас физически может не оказаться пригодной военной техники. Прежде всего – боевой авиации. Парадокс заключается в том, что нам даже некого призывать. У нас нет обученных летчиков, наши молодые офицеры готовились в вузах к тому, что будут программистами, хозяйственниками, ну, иногда — строевиками.  У нас нет нормального сержантского состава. У нас сравнительно немного людей, которые отслужили срочную службу. Сейчас призываются преимущественно, люди от 30 до 40 лет. То есть, это те, которые прошли срочную службу в конце 90-х – начале 2000-х. А те, которые служили в последние 10 лет – это очень маленькое количество людей. И самое печальное, что заводы по производству этой техники находятся в Харькове, Днепропетровске, Запорожье, кое-что собирается в Донецке и Луганске.

— Это основное, что захотела захватить Россия?

— О чем мы думали? Повторюсь, в 2005 году Ющенко и Гриценко кинули вызов Путину. И не сделали НИЧЕГО, чтобы защитить Украину. Но вызов кинули.

Все в вооруженных силах любой страны пляшет от дислокации. Войска, вооружение выстраиваются в определенной последовательности, в зависимости от задач, которые они могут решать – как на шахматной доске. Задачи исходят из военной доктрины, в которой написано, кто наш друг и кто наш враг. Вот в 2005 году было произнесено, кто наш друг, а кто наш враг (НАТО – друг, Россия – враг), но все наши вооруженные силы остались ориентированными на юг и на запад, как это было при советской власти. А на востоке создайте хотя бы корпус, который бы отвечал за восточное направление. Нет, у нас восстановили систему советских округов, только их обозвали Западное, Северное и Южное оперативное командование, (были Одесский, Прикарпатский и Киевский округа). Всем понятно, что нужно еще и Восточное командование. Только где оно? Нет его! Его только планировали создать в 1991 году и больше никогда этот вопрос не возникал.

То же самое у нас с системой ПВО. В ПВО у нас было три корпуса со штабами: Львов, Киев, Днепропетровск. То есть, у нас система ПВО хорошо контролировала запад, юг и чуть-чуть центр.

— У нас не хватает мотопехоты. Точнее, формально она есть. Но, например 51 механизированная бригада, солдаты которой под Волновахой потерпели поражение с жестокими потерями, потом заявляли: «А мы стреляли поверх голов». Потому что вооруженные силы, по мнению этих солдат, не ведут боевые действия. Вот у них погибло 16 человек, а они стреляют поверх голов нападающих. Эти подразделения, замечу, были укомплектованы в Волынской и Ровненской областях. То есть, по представлениям жителей Восточной Украины – это были бандеровцы. И вот эти мобилизованные солдаты стреляли поверх голов.

А чего стоит блокировка матерями военнослужащих в Яворове под Львовом воинской части, которая должна была выступить на восток? Значит, своих детей из Львовской области матери на Майдан отпускали, а когда началась настоящая война… «наша хата с краю»?

Гиркин заявляет почти в каждом своем интервью, что украинская пехота – трусливая, она не будет идти вперед. Но, по факту, нужно понимать, что мобилизованные части действительно не горят желанием идти вперед. Хорошо наступают либо профессиональные части, либо добровольческие части. Поэтому наша задача сейчас – нарастить профессиональные и добровольческие военные части. Сейчас время работает на нас. Если Россия официально не начнет против нас боевые действия, то мы со временем нарастим этот потенциал.

— ЛНР и ДНР войдут в Россию, по вашему мнению, или все же одумаются?

— Сейчас многое зависит от Порошенко, и от многих других многих факторов.

— Что должен сделать Порошенко, какие шаги? Понятно, наращивание профессиональной армии, а что еще?

— Он же назвал общую формулу сразу после выборов: переговоры с местным населением и война сепаратистам. Вот этой формулы он и должен придерживаться. Пока население Юго-Востока в своем большинстве не прекратит поддерживать сепаратистов, ничего не получится. Но мы пока не увидели ни одного шага Порошенко, направленного к тому, чтобы привлечь жителей Донецкой и Луганской областей на сторону Единой Украины.

Источник

0

Автор публикации

не в сети 1 неделя

Kitaysa

Kitaysa 11
Комментарии: 161Публикации: 174Регистрация: 07-11-2012

2 thoughts on “Взгляд на идущую гражданскую войну из Киева.”

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

:bye: 
:good: 
:negative: 
:scratch: 
:wacko: 
:yahoo: 
B-) 
:heart: 
:rose: 
:-) 
:whistle: 
:yes: 
:cry: 
:mail: 
:-( 
:unsure: 
;-)