Роман Коноплев: “Приднестровье. Реальная политика 2012.”

11 апреля 2012 Роман Коноплев был вынужден покинуть Приднестровье после инициированной руководством КГБ попытки фабрикации уголовного дела по статье "Клевета" после выхода в свет публикации "100 дней президентства – темп перемен в Приднестровье запаздывает". По данным источников РИА "Днестр", в КГБ сочли противозаконным сравнение главы ПМР с ослом.

Спустя некоторое время Роман Коноплев распоряжением КГБ ПМР был включен в список лиц, подлежащих задержанию на блок-постах при въезде в регион.

8 ноября 2012 под давлением КГБ местный провайдер-монополист блокировал для жителей Приднестровья доступ к порталу РИА "Днестр".

 

konoplev

Роман Коноплев

Приднестровье. Реальная политика 2012.

Публицистический сборник (2012)

 

Приднестровцы проголосовали за опасного популиста

РИА "Днестр", дата публикации: 20 декабря, 2011.

 

Приднестровцы в первом туре проголосовали за опасного популиста, который на пути к власти активно использует фашистские лозунги.

Это говорит о низком уровне политической культуры местного населения. Отчасти подобное поведение можно оправдать длительным периодом притеснений гражданских прав и свобод, избиратели слишком окрылены новыми возможностями.

Евгений Шевчук в ходе кампании использует лозунг «Порядок будет!». С аналогичными призывами к власти шли Гитлер и Муссолини, Франко и прочие фашистские диктаторы.

В России подобные лозунги использует лидер Русского Национального Единства Александр Баркашов, а также политики, пытающиеся спекулировать на подобных настроениях необразованного электората – в частности, Жириновский. В Европе такие лозунги используют ультраправые – партия Ле Пена во Франции, Ноуа Дряптэ – в Румынии, и так далее.

Это весьма опасная тенденция для Приднестровья.

В странах, где население не имеет вековых традиций демократического процесса, где люди ещё не вкусили должным образом плодов свободы и прогресса, где нет механизмов сдерживания массового психоза, случается, что в ходе демократических выборов побеждают политики, активно эксплуатирующие лозунги тоталитарной, в том числе и фашистской идеологии.

Люмпенам и домохозяйкам нравятся подобные лозунги. Голосуя за подобное, за «порядок», избиратели на данном этапе просто не осознают угрозы для самих себя. Не понимают, что наведение порядка начнется в первую очередь с них самих. Что они сами в первых рядах станут жертвами этого, так называемого «порядка».

Если приднестровцы не научатся защищать свою демократию, их ждёт новая диктатура, которая может оказаться на порядок хуже, чем старая. Примеров тому в мировой практике достаточно.

 

 

ПМР отныне будет иметь менее легитимного президента

РИА "Днестр", дата публикации: 26 декабря, 2011.

 

Моя позиция в отношении Евгения Шевчука, я думаю, вполне известна. Это случайный человек, волею обстоятельств выброшенный гребнем волны рекламного популизма и избирательского пофигизма.

Назвать это голосование выражением гражданской позиции населения я бы, мягко говоря, постеснялся, как минимум по той причине, что Шевчук любит брать на вооружение последние пять лет чужие лозунги и концепции, – таким образом избиратель выбирает не автора, а наиболее назойливого компилятора.

Можно коснуться темы, как удалось вполне благополучному во всех смыслах Шевчуку утащить голоса протестного электората.

В ходе предыдущих выборов протестными кандидатами были Сафонов и Бондаренко. В нынешних у Сафонова, которого в очередной раз задинамил Избирком, не было административных и финансовых сил тягаться с троицей тяжеловесов. А вместо харизматичной Бондаренко мы увидели Олега Хоржана, который при всех своих положительных качествах хорошего мужа и отца, изображенного в роликах, никак не тянет на протестную фигуру.

Замечу также, что один из кандидатов в президенты – Андрей Сафонов – не признал результаты первого тура выборов, заявив о том, что они прошли нечестно.

Популярность Шевчука на мой взгляд во многом сопоставима с популярностью Александра Лебедя. Как все мы помним, и в Приднестровье, а потом и в самой России, фантастический ореол вокруг Лебедя быстро развеялся. Я не случайно сравнил с ним Шевчука, эйфория пройдет – посмотрим, чем обернутся для населения ПМР его весьма громкие предвыборные обещания.

Причины, которые настораживают, также существуют.

Ряд из них очевиден уже сейчас – Шевчука активно любит категория персон, которым государственность ПМР не нужна ни при каких обстоятельствах. В особенности это прослеживается по деятельности его сторонников в Интернете.

Второе. Ещё не пройдена процедура инаугурации. Ещё ничего не сделано для народа Приднестровья ни Шевчуком, ни его свитой. Но уже звучат призывы о том, что что-то необходимо разрушать. Поклонники Шевчука, как заведённые, помимо массовой расправы над оппонентами, тюрем, СИЗО и прочего, требуют демонтажа силовых министерств республики.

По моим наблюдениям, этой эфорией, пронизанной жаждой насилия и разрушений, манипулируют извне, и последствия всего этого могут сильно разочаровать приднестровцев.

Биография Шевчука вполне известна, – он последнее время нещадно ругал систему, которую во многом создавал сам, своими же собственными руками, находясь на высоких государственных должностях.

Теперь у нас есть возможность внимательно понаблюдать, каковы его истинные намерения – реформировать созданную своими руками несовершенную модель, или демонтировать приднестровскую государственность на радость внешним игрокам.

У меня нет никаких иллюзий – я не верю ни в реформы, ни в перемены, продекларированные Шевчуком. Дорогим приднестровцам, проголосовавшим за качественно исполненные рекламные ролики, за громкие грозные призывы к порядку, понадобится не очень много времени, чтобы усвоить некоторые весьма горькие уроки.

Во-первых, качественная политическая реклама не сертифицируется санэпидстанцией как шампуни и бальзамы для волос, – это просто значит, что шанс обмана «потребителя» политической рекламной продукции гораздо выше.

Во-вторых, просроченное молоко можно вылить и тут же купить новое. Президента вы выбрали на пять лет, делегировали ему ответственность за судьбу республики, и предались собственным делам.

В административной модели ПМР, где президент обладает почти абсолютными полномочиями, это означает, что у него есть все возможности не выполнять вообще никаких обязательств, данных в период кампании, а заниматься укреплением собственной власти, или выполнением каких-либо личных задач, интересных ему, а не населению. По крайней мере, до тех пор, пока не иссякнет запал популистских роликов и пока люди будут верить государственным СМИ, которыми будет руководить предпочитаемая им персона. Как было и раньше.

Теперь немного цифр.

165 тысяч проголосовавших за Шевчука, – это даже не половина от официальной численности в 500 тысяч – это треть. А от 400 тысяч включенных в списки избирателей – это менее половины. За Шевчука проголосовало меньшинство населения Приднестровья. Это означает как минимум то, что абсолютное большинство населения ПМР сегодня живет на удаленном расстоянии от власти, не доверяя ни власти, ни выборам, ни персоналиям.

В сравнении с ситуацией пятилетней давности, ПМР отныне будет иметь менее легитимного президента, сторонники которого жаждут мести и разрушений. Нам предстоит увидеть, куда эти килотонны лютой ненависти приведут самого господина Шевчука. У истории на этот счёт много самых различных примеров.

 

 

Три модели для Приднестровья

РИА "Днестр", дата публикации: 31 декабря, 2011.

 

Президентские выборы в ПМР, благодаря которым была подведена черта под 20-летней эпохой правления Игоря Смирнова и его команды, открыли новую страницу истории республики.

Сегодня в обществе активно обсуждаются новые назначения и обещания новой власти. Тем не менее, на наш взгляд, целая категория вопросов остается на периферии общественной мысли. Одним из подобных вопросов является тема взаимоотношений властей, партий и общественных организаций. Существует как минимум три различных стратегии на этом направлении, которые могут быть реализованы в Приднестровье. Сегодня не является очевидным, какую именно из них изберет новоизбранный глава государства, хотя от подобного выбора во многом будет зависеть разбалансировка и стабильность политической системы. Мнение «первого лица» является в данном случае по-прежнему, как и в период правления Смирнова, крайне важным, скажем более – определяющим. Это следствие гипертрофированных, авторитарных по большому счету полномочий, которыми, несмотря на ряд незначительных уступок, наделен президент по результатам Конституционной реформы.

Новый президент ПМР изберет, по сути, только одну из трех возможных моделей. Понять о том, какая именно модель будет реализована на практике, можно будет из контекста – прямого мнения на этот счет мы наверняка не услышим, а язык современных политиков достаточно богат на возможности превращения хомячка в слона, и наоборот. Тем не менее, в нынешних условиях это будет выбор одной из трёх моделей, выбор вполне распознаваемый. Рассмотрим же их.

Модель I. «Суперпрезидентская»

Данная модель является традиционной для Приднестровья. Она подразумевает под собой жесткие авторитарные тенденции, вертикаль, определяющую роль главы республики в кадровых вопросах и вопросах конфигурирования политической жизни в ПМР. Партии являются недоразвитыми и незрелыми.

Эта модель, однако, может быть представлена как в более, так и менее ужесточенном виде.

Как мы помним, в заключительный период правления Игоря Смирнова политическая жизнь стала более насыщенной, политика – более альтернативной, пресса – более смелой, а президентские выборы прошли вообще практически на европейский лад. Вместе с тем известно, что альтернативность в политике определенным образом была продиктована наличием альтернативных источников финансирования и альтернативных медийных возможностей. В условиях «суперпрезидентской» модели подчиненные главы республики с его негласных распоряжений имеют возможность полностью взять под контроль всю альтернативную политику и политические медиа, по крайней мере, если говорить о печатной продукции и ТВ.

Данная модель, однако, в силу своей традиционности, является приемлемой для значительной части представителей политического класса Приднестровья, а также чиновничества. Последнее особенно важно, с учетом того, что долгие годы республика развивалась по принципу «казачьей» общины, – общество делегировало свое доверие лидеру, полностью устраняясь из политической жизни республики на межвыборный период. Следует отметить, что во времена правления Смирнова процент реализации тех или иных решений президента исполнителями был приблизительно равен 50. В итоге исполнялась примерно половина решений, и это на самом деле достаточно высокая цифра для любого лидера. Как будут исполняться госслужащими решения нового президента? Для того, чтобы ответить на этот вопрос, нужно будет оценить возможную степень лояльности исполнителей этим решениям.

Отрицательным при оценке возможной лояльности является пример, о котором в Приднестровье знают далеко не все. Речь идет о случае Александра Лебедя. В свое время данный политик, обладая определенным финансовым ресурсом и узнаваемостью, был избран губернатором Красноярского края. Однако популярность среди населения быстро сменилась раздраженностью. У Лебедя возникла череда конфликтов с местными элитами. Как следствие – тотальный саботаж всех решений губернатора на средних и низших звеньях. В итоге, Лебедь был вынужден набрать себе управленческий персонал в столице – его подчиненные прилетали на работу в понедельник, а вечером в пятницу улетали самолетом назад, в Москву. Затем Лебедь нетрадиционным для местной площадки способом начал распределять должности на конкурсной основе. На заключительной стадии своей карьеры этот, некогда весьма яркий политик, как региональный лидер находился в конфликте со всеми, кем только было возможно, мандат общественного доверия был безнадёжно утрачен. В конце концов, в СМИ просочились его нелицеприятные манеры и источники финансирования его избирательной кампании – журналисты смаковали солдатский сленг губернатора и истории о том, как он поступил с теми, кому, наоборот, должен был быть благодарен. Политическая карьера Лебедя была уничтожена полностью, а спустя короткое время он и сам погиб.

Модель II. «Европейская»

Эту модель также можно называть и «Молдавской» – в качестве наиболее близко расположенного к Тирасполю образца. Речь, на самом деле, идёт о европейской в широком смысле модели – той, которая используется в большинстве развитых малых государств и регионов. Эта модель подразумевает собой обеспечение подлинной прозрачности и конкуренции в экономике и политике, при которых политические и общественные меньшинства имеют право голоса, правительства зачастую формируются коалициями, права оппозиции остаются незыблемыми, а государственные СМИ подлежат реорганизации в общественные, либо подлежат приватизации, или, как вариант, ликвидации.

Новому руководству ПМР при оценке перспектив своей деятельности следует учитывать, что число оказавших доверие новому президенту республики не является чисто математическим большинством. 165 тысяч избирателей из 400 с небольшим тысяч, имеющих право голоса – это меньше половины. А если говорить о 500 тысячах приднестровцев, проживающих в республике согласно данных статистики, то нового президента поддержало менее трети граждан. Эти цифры также не дают анализа «качественности» электората, того, насколько осознанным было решение голосовать за нового президента, много ли знал о нём избиратель, было ли это доверие «полным», политически осмысленным, или «условным», по принципу «лишь бы не…».

«Европейская» модель подразумевает также необходимость для голосовавших в пользу Игоря Смирнова и иных кандидатов обеспечить свое формальное представительство на политической площадке. 25% поддержки Игоря Смирнова в первом туре – это весьма не маленькая цифра общественной поддержки в любой европейской стране. Это повод не просто для создания партии, но и для лоббирования своих интересов во всех сферах. Очевидно, что эти 25% – не просто антагонисты других политиков, – у них есть свои идеалы. Можно предполагать, что носители консервативной идеологии в рамках функционирующей «европейской» модели смогли бы сформировать в будущем весьма влиятельную оппозиционную силу.

Партия «Обновление», чей представитель в ходе последнего тура заручился поддержкой четверти избирателей, также в рамках этой модели способна сохранить позиции и укрепить свои амбиции.

Данная политическая модель, хоть и вызывает серьезные критические замечания, обладает весьма существенным набором позитивных качеств. Разумеется, потенциал этой модели может быть раскрыт лишь в том случае, если речь идет о подлинной её реализации, а не каких-либо суррогатных формах.

Модель III. «Постсоветская»

Говоря о суррогатных формах, я имею ввиду модель, которая реализуется на практике в значительной части республик бывшего СССР, в том числе и в самой России. Там принято говорить об «управляемой демократии». В Казахстане и других республиках Средней Азии – другие термины, но суть та же. Жесткая авторитарная власть, монолитный политический класс плюс фальшивая многопартийность и общественная жизнь. В регионах, где данная модель пустила корни, существуют серьезные проблемы в сфере обеспечения гражданских прав и свобод, низкая инвестиционная активность, коррупция в системе правоохранительных органов, и т.п.

Эта модель также является традиционной для многих стран т.н. «Третьего мира», – в том числе целого ряда арабских, латиноамериканских и африканских государств.

Не исключено, что новые власти Приднестровья не устоят перед соблазном использовать именно данную модель – при которой декларируется одно, а в реальной жизни наблюдается прямо противоположное.

Одним из примеров скатывания к подобной модели можно назвать Украину. Сегодня только совершенно далекий от политической и общественной жизни человек не знаком с термином «донецкие», который связывают с чередой рейдерских захватов и активного вмешательства данной группы во все региональные процессы – как в политике, так и в экономике. В России «нулевых», как правило, говорилось о команде «питерских».

Лица, входящие в команду, получают всё, общество в целом – получает лишь набор красивых фраз, в том числе щедрые дежурные рассуждения о защите прав и свобод, либо о «стабильности». Под пластинку речей о «справедливости» шаг за шагом перемалываются бизнес-элиты политических конкурентов, способные оказывать противодействие новой властной группировке.

В подобной модели суррогатной является даже т.н. «оттепель», которая может быть формально продекларирована представителями политического истеблишмента. Смысл какой-либо «оттепели» в рамках данной модели – она позволяет проявить подлинные настроения в обществе, выявить оппонентов и потенциальных критиков для их возможной в будущем ликвидации – как физической, так и моральной, через дискредитацию, и т.п. Как правило, в условиях функционирования такого рода модели, в период декларируемой «оттепели» количество политзаключенных и нарушений в сфере обеспечения гражданских прав и свобод значительно возрастает.

В любом постсоветском регионе из-за весьма низкой чувствительности и настороженности общества к возвращению жестких порядков, риск, что власти выберут именно такого рода модель, весьма высок. Как мы видим, она является на сегодняшний день доминирующей в СНГ, и сегодня сложно представить, что эта тенденция будет сломлена.

В рамках третьей модели официальная власть на определенном этапе берет под свой контроль судебную систему и избиркомы, не гнушается грубыми нарушениями избирательного законодательства, и обеспечивает себе долгосрочность существования самыми различными приёмами. Руководство страны, как правило, забавляет избирателей популистскими выступлениями о своей готовности к реформам, однако на практике люди наблюдают лишь деградацию государственных институтов.

Какую именно из трех представленных моделей намерено реализовать на практике новое руководство Приднестровья, – покажет время.

 

 

Новая власть в Приднестровье стала более закрытой

РИА "Днестр", дата публикации: 11 января, 2012.

 

Что настораживает в действиях нового руководства ПМР?

Евгений Шевчук шел к своей новой должности под лозунгами перемен, реформ, и тому подобное.

Этот политик совсем недавно в должности, и сделать успел не много. Но кое-какие акценты его деятельности уже сегодня настораживают.

В частности, следует обратить внимание на закрытость новой власти. Шевчук проводит совещания, встречи, консультации, в том числе с иностранными делегациями, дипломатами, и тому подобное.

Что мы видим по факту?

Сухие, в два-три, а иногда и ОДНО предложение, оформленное в виде "сообщения пресс-службы". Ни цитат, ни сути происходящего. Деятельность нового президента ПМР – образец закрытости.

Люди что-либо скрывают либо от страха, либо от стыда. Некоторые правители стыдятся своей глупости. Некоторые – опасаются раскрыть свои истинное лицо. Некоторые – боятся своего населения.

У меня простой вопрос – чего он боится?

В качестве сравнения могу напомнить об одном политике, который постоянно проводил разного рода встречи и переговоры, о которых центральное телевидение сообщало весьма ёмко – "Михаил Сергеевич Горбачёв провёл переговоры с глазу на глаз".

И всё. Ни слова больше.

Прошли переговоры.

Поговорили "с глазу на глаз".

Ни деталей, ни комментариев, ничего.

Последствия этих закрытых встреч оказались видимыми спустя несколько лет.

Другой пример закрытости – зловещие режимы. Им всегда есть, что скрывать. Германия Гитлера, Северная Корея товарища Ким Ир Сена и его наследников, Иран и так далее – образцы закрытых режимов. Там тоже любили и любят скрывать информацию.

Что в сухом остатке? Многообещающая улыбка господина Шевчука? Этой улыбки как-то мало…

Не ясно, что Шевчук собирается делать в экономике, кто является его командой, или, если никакой команды вовсе не было, а был предвыборный блеф, – посмотрим, из кого эта команда будет им создана. Экономика – это тема будущих оценок, не сегодняшних.

Сегодня можно говорить о том, что новый режим стал более закрытым, чем предыдущий. Стало ли об этой закрытости больше стабильности? Не стало. Стабильности стало меньше.

Чем эта закрытость оправдана? Какими интересами? Вопросов становится всё больше.

 

Приднестровье не должно напоминать очередь в мавзолей

РИА "Днестр", дата публикации: 26 января, 2012.

Готова ли нынешняя власть в ПМР обеспечить гражданские свободы?

Не секрет, что перед новым руководством Приднестровья стоят трудноразрешимые задачи в сфере экономики и финансов. Тем не менее, на периферию не должны отодвигаться другие темы, – в том числе обеспечение в полном объеме политических прав и свобод.

В ПМР проживает не так много людей, и сегодня существует масса соблазнов как в кабинетах руководителей страны, так и в среде госслужащих. В частности, это соблазн построить то же самое, что было раньше – мнимое «единство» госаппарата и населения, на практике означающее всевластие и коррупцию для одних, и тотальное бесправие для других. При этом весь этот идеальный провинциальный ужас может сдабриваться очередной чередой разговоров о «единстве в трудную минуту», о том, что следует «потерпеть и подождать».

Население голосовало на выборах не только за конкретную фигуру, но среди всего прочего – за отказ от постсоветской модели, за отказ от атмосферы добровольного политического рабства под соусом «стабильности».

Властям ПМР следует отказаться от государственных СМИ, они должны быть либо переданы в частные руки, либо должны стать общественными, вне контроля со стороны каких-либо госструктур. Если СМИ подчиняется госслужащему, значит эти СМИ являются рекламным продуктом правящей элиты. На выходе зритель сегодня получает ту же картинку в каждом выпуске новостей – первые 20 минут – реклама первого лица и его окружения, а затем – вести с полей и прочие сообщения о головокружительных успехах.

Сегодня на гостелеканале и в госпечати не звучат альтернативные мнения, точно так же, как они не звучали во времена правления Смирнова.

Сегодня не видно альтернативных заявлений со стороны политиков и лидеров общественных структур, и не видно активности партий – налицо затухание политической жизни в Приднестровье, и желание многих вновь выстроиться в один рядок, по росту, в очередь, где пихают друг друга локотками за доступ «к телу». Туда, где распределяются портфели, всевозможные ниши, и так далее.

Эта провинциализация приднестровской политики приведет к тому, что самой политики как таковой, здесь и в дальнейшем будет гораздо меньше даже, чем в Гагаузии. Каким образом при этом можно будет претендовать на статус независимой республики? Мне это не понятно.

Монополии в политике быть не должно. Если оппозиция является лишь маргинальной, значит в государстве царит диктатура. Это аксиома.

И не стоит бесконечно хвастаться демократическими выборами декабря 2011 года. Уже наступил следующий год. Надо смотреть – есть ли гражданские свободы сегодня, прозрачна ли власть, звучит ли критика в адрес властей в государственных СМИ, на телевидении. Если не звучит – значит, демократия днём оглашения персоналии нового президента и закончилась. Значит изменилась только фигура в кресле.

Если в Кишиневе будет кипеть активная политическая жизнь, а в Тирасполе политплощадка будет напоминать очередь в мавзолей, как сегодня, – такая тенденция будет однозначно трактоваться как слабость Приднестровья. Чтобы называться современным государством, нужно соответствовать современным европейским критериям. Мавзолеи этим критериям соответствовать не способны по определению.

 

 

Мировое сообщество не оставило ни одного шанса приднестровцам

Интервью. "АПН", дата публикации: 10 февраля, 2012.

 

Непризнанные государства

Авраам Шмулевич беседует с приднестровским литератором и независимым журналистом Романом Коноплевым, редактором неправительственного агентства DNIESTER о нынешней ситуации в Приднестровье и перспективах разрешения конфликта.

А.Ш.: Роман, в декабре прошли очередные президентские выборы в Приднестровье. Был отстранен от власти Игорь Смирнов, который занимал это кресло два десятилетия. Значит ли это, что демократический процесс прошел, и в отличие от очень многих других ставших независимыми областей бывшего СССР, ПМР является очагом стабильности? Вас можно вас поздравить с началом вхождением в единую Европу?

Р.К.: Я не спешу с позитивными оценками. Всё немного не так. Мировое сообщество в случае с Приднестровьем действует по шаблону. И западные страны, и Россию с Украиной можно понять – всем нужно спокойствие, нужна региональная стабильность в причерноморском регионе. Исходя из определенного шаблона, эту стабильность способна обеспечить ликвидация некоего сепаратистского анклава. Однако следуя шаблону, мало кто обращает внимание на детали. Они-то как раз и способны эту самую стабильность разрушить.

Одним из факторов дестабилизации являются 250 тысяч бесправных с точки зрения молдавского законодательства граждан, проживающих в Приднестровье. Половина жителей анклава. Это люди с паспортами России и Украины. По своему менталитету они далеки от россиян центральной части РФ, они напоминают казаков – торговая жилка, природная смекалка и безбашенная отвага. Они, замечу, не появились тут пару лет назад, а жили ещё с далеких времен, многие здесь родились. В случае слияния с Молдовой эти люди автоматически превращаются во второй сорт – они не имеют право на молдавское гражданство, а вид на жительство – это документ совершенно иного рода. Да и его получение из-за чрезмерной забюрократизованности этого процесса автоматически включает механизм дестабилизации. Там, где все только что были равны, появляются те, кто всё-таки равнее. Появляется почва для дискриминации. Учитывая тот фактор, что Молдова является регионом с весьма специфичной этнонационалистической компонентой, где намешаны идеи регионалистского молдовенизма и имперского румынизма, – куда в итоге зайдёт ситуация, совершенно не понятно.

Молдова – это лоскутное одеяло. Земли за Днестром вообще оказались там случайно. Можно понять Украину, которая отказалась от претензий на Приднестровье – Сталин подарил Украине Буковину и Юг Бессарабии с побережьем Черного моря, в обмен на это Молдова получила Приднестровье.

Многие молдавские политики считают сегодняшнее Приднестровье чуждым элементом, опасаются, что этот регион, включенный в Молдову, станет лишь дополнительным источником напряженности в и без того взрывоопасном в политическом смысле регионе. Аналитики считают, к примеру, что автономная Гагаузия, вернувшись в состав Молдовы, стала по сути «крылом Москвы». При вхождении в Молдову Приднестровья появляется второе крыло, и этот аист на двух крыльях летит из Европы в Азию, унося всю эту тушку центральной части Молдовы, с её противоречиями и вечными спорами о молдовенизме и румынизме.

Так что выигрыши от объединения Молдовы неочевидны. Ни для Запада, ни для Востока. Мне ситуация с объединением Молдовы напоминает сцену, когда в черной комнате в лежащий на блюде бифштекс с кровью в кромешной темноте гости втыкают вилки. Они их воткнули, но пока не знают – кто куда попал. Не знают, кто попал именно в бифштекс. Вот-вот включится свет, и лишь тогда будет ясно, кто в результате будет его кушать. А сейчас – свет выключен. Чья вилка в бифштексе – не понятно. И все ждут в застывших позах. При этом каждый из «дорогих гостей» – то есть Румыния, США, ЕС, Россия – уверен, что вилка именно его. Вот такая сегодня ситуация. Где уж тут говорить о стабильности.

А.Ш.: В какой атмосфере произошла смена власти? Насколько демократчными были выборы? И как складывается ситуация после них, как проходит передача власти?

Р.К.: Развязка выборов оказалась для многих совершенно непредсказуемой. На пост главы ПМР претендовало три политика – опытный лис Игорь Смирнов, представитель альтернативной ему региональной парламентской элиты – Анатолий Каминский и опальный политик Евгений Шевчук, который в результате и выиграл. Что произошло на самом деле? Смирнов слишком самоуверенно оценивал свои шансы. Своим основным оппонентом он видел Каминского, против которого всю кампанию били изо всех орудий государственные пропагандисты. Каминского обвиняли в связях с Молдовой и намерениях «сдать» республику, в том, что его финансирует местный крупный бизнес, и так далее. Каминский же сам по себе оказался весьма колоритной фигурой с менталитетом настоящего молдаванина, коренного жителя – робкого, чересчур вежливого и постоянно извиняющегося. С целью создать противовес Смирнову, Каминского поддержала официальная Москва. Получилось так, что российские телеканалы били изо всех пушек по Смирнову, а смирновские – по Каминскому. Дошло до того, что смирновские силовики арестовали и посадили политтехнологов, которые были наняты для поддержки Каминского в России, Украине и Молдове. Прихрамывая в политическом смысле на обе ноги, Каминский всё ж таки обошел Смирнова, и оказался во втором туре. Но противники слишком обескровили друг друга, и открыли дорогу Шевчуку, которого во втором туре толком никто не ожидал увидеть. Смирновцы уже вечером 12 декабря рассчитывали праздновать победу. Их ждал провал. Но авторитет Каминского был безнадежно подорван смирновскими атаками. К тому же против Каминского работал Модест Колеров, который сформировал для себя два союза – со Смирновым и Шевчуком. Под обоих политиков, из которых для Колерова запасным был Шевчук, в Москве провели серию мероприятий, которые позволили придать Шевчуку имидж закоренелого «путинца». В самом Приднестровье также распускались слухи о личных связях Шевчука и Путина, чуть ли не дружбе и регулярных взаимных телефонных звонках. Таким образом, если говорить о московском отражении здешних выборов, то можно сказать, что «выиграл» Модест Колеров у кремлёвского аппаратчика Нарышкина – Колеров поставил на обе лошадки, а Нарышкин – на одну. Такое себе интеллектуальное казино.

В конечном итоге, Кремль признал победу Шевчука, и с ним замирились. Но дела московские, тамошние аппаратные игры и прочее, – они всегда существовали отдельно от местной ситуации. Приднестровье не имеет не только границ с РФ, – здесь при желании можно найти много любопытных деталей…

А.Ш.: Что из себя представлял Шевчук?

Р.К.: В прошлом он долгие годы сам был «лицом» местной парламентской элиты, был спикером Верховного Совета и лидером местной «главной партии» – партнера «Единой России» – это партия «Обновление». В ПМР не развита партийная система, здесь есть главная партия и микроскопические группы по краям спектра. Идеология главной партии заключается в том, что она – главная. Но при этом данная партия включает весь букет разновекторных настроений в местных бизнес-элитах. Шевчук ушел с поста спикера, а потом лишился поста лидера этой партии, поскольку изначально была стратегия по-хорошему, по согласию решить со Смирновым вопросы преемственности. Шевчук наломал дров, и из-за его излишних телодвижений план мягкой смены элит провалился. Смирнов окружил себя непримиримыми группами хунвейбинов, и ушел в глухую оборону. Элита в рамках своей стратегии предложила нового преемника – Каминского. Шевчук же всё это время пребывал в стороне. Но в его пользу сыграло то, что его местные СМИ годами рекламировали как всего из себя «протестанта», антикоррупционера и бунтаря, долгие годы – порядка семи лет, он не слезал с экранов. Зачастую это были искусственные скандалы, которые поднимали ему рейтинг и узнаваемость. Но в результате, наработанная за годы при поддержке местных элит узнаваемость принесла победу именно ему. С финансами, по некоторым данным, ему помогли местные строительные магнаты, и совершенно случайным образом он пришел к власти.

А.Ш.: Как прошла передача власти?

Р.К.: Без эксцессов. Несмотря на личную неприязнь «старой гвардии» ко многим «спутникам» Шевчука, власть была отдана без проволочек. Тем более что в сегодняшней тяжелой экономической ситуации тут, власть – это не роскошь, а скорее бремя.

Уже позднее стало понятно всем, что у Шевчука на выборах была неплохая, современная мобильная медиагруппа, но команды в политическом смысле, команды профессионалов у него никогда не было. Разговоры о такой команде были чистым блефом. В результате он рассчитался за поддержку в ходе выборов должностями с людьми, которые, мягко говоря, далеки от тех задач, которые перед ними сегодня стоят. Это его близкие знакомые, как правило, с местным, весьма скудным образовательным багажом и полным отсутствием опыта. Данная проблема хоть и выпячивается наружу, но она далеко не единственная. Существуют и другие, не менее серьезные проблемы.

А.Ш.: Многие думают, что ПМР – это проект Кремля, чуть ли не московская марионетка, Как приход Шевчука скажется на отношениях с Москвой?

Р.К.: Приднестровье все два с лишним десятка лет существовало в весьма непростой ситуации. С одной стороны, часто приходится читать о том, что ПМР – это чуть ли не «коготь России» в Причерноморье, что там российские войска предназначены, чтобы остановить НАТО, и так далее. Но есть ещё и другая сторона медийного поля. Я бы сказал, это другая реальность, менее искаженная, чем заголовки СМИ и рассуждения политиков и политологов. Спецслужбы Приднестровья за годы своей деятельности под руководством Владимира Антюфеева предотвратили четыре госпереворота. Нити всех этих переворотов вели в Москву. Один из них был связан, к примеру, с фигурой небезызвестного генерала Александра Лебедя. Когда шла вся эта «движуха», регулярно повторяясь, там, в РФ, никто не делал никаких заявлений про «форпосты», про «борьбу с НАТО», и тому подобное. В Москве всегда считали, что Молдова – вся молдавская элита – уже лежит у них в кармане. Но разные звенья московской власти, тамошние дельцы, порой испытывали соблазн положить себе в карман Приднестровье – с теми предприятиями, которые там есть. И их намерения лежали в двух плоскостях – прибрать к рукам тамошние предприятия, и вернуть Приднестровье под крыло молдавской юрисдикции для более удобного решения своих бизнес-вопросов. Четыре раза эти попытки проваливались благодаря упёртости Смирнова и Антюфеева. Каждый раз, напомню, Москва по всем кнопкам нещадно мочила приднестровских лидеров.

А.Ш.: Что сегодня у Москвы с Приднестровьем?

Р.К.: Сегодня Приднестровье оказалось в кольце перевёрнутой логики. Я думаю, ни для кого не секрет, что российский бюрократ за свою тысячелетнюю историю научен преподносить начальству, а если нужно – и своему населению, ситуацию в прямо противоположном свете. Черное можно назвать белым, – и если наложить тень на плетень, никто ничего и не заметит. В данном случае происходит нечто подобное – совершенно невероятным образом, когда очевидные провалы выдаются за достижения.

И сегодня в московских кабинетах предпочли отчитаться друг перед другом о том, что главной целью было «сбросить Смирнова», и эта цель достигнута. Это будет выдаваться за большой успех и некие многообещающие перспективы.

А.Ш.: А что происходит в республике?

Р.К.: Реальность внутри Приднестровья далека от радужной. Конечно, со Смирновым население связывает не только его политическую роль, но и коррупцию, и приверженность застарелым, совковым методам управления, и цензуру в государственных СМИ. К Смирнову слишком много накопилось претензий за все эти годы, но он ушел, как того требовал закон. Не стал устраивать путчи. Ушел, и поздравил нового народного избранника с победой. Много ли, правивших 22 года, политиков в мире так легко уходили с поста?

Фактически, сегодня в Приднестровье жива в полной мере лишь одна политическая сила. Сторонники Смирнова и Каминского полностью деморализованы и разбрелись по околицам. Шевчук первое время был на подъёме, пытаясь набрать политические очки. Скорее всего попытается в российских традициях формировать себе партию преданных сподвижников, чтобы взять под контроль парламент. Ему будут противостоять маргинальные очаги сопротивления, ему в силу личных качеств будет непросто вытерпеть присутствие реальной политической альтернативы. В целом, разумеется, историей участь ему приготовлена неблаговидная. Он в тупике собственных обещаний и амбиций, реализовать которые у него и времени-то не предвидится.

Новый премьер-министр ПМР на днях дал обширное интервью в весьма депрессивных тонах. Денег нет. Дефицит бюджета катастрофический. Своих ресурсов у Приднестровья примерно на четверть от необходимых для покрытия ожидаемых расходов. Никаких внешних инвестиций, о которых кандидаты в президенты говорили в ходе кампании, нет на горизонте. Так что в сухом остатке от политических лозунгов избирательной кампании – полная пустота. Конечно, какое-то время можно развлечь избирателей наказанием пары-тройки не успевших уехать бывших госслужащих, но одних подобных развлечений явно недостаточно.

А.Ш.: А как складываются отношения с Молдовой?

Р.К.: Молдова упорно раскидывает свои сети – в отношении Приднестровья грамотно проводится политика «сдавливания», чтобы регион вошел под молдавскую юрисдикцию. Жизнь в Приднестровье значительно усложнена, если ты не имеешь документов Республики Молдова.

Все разговоры политиков о том, что власти Молдовы и ПМР должны упростить жизнь людей на берегах Днестра, – не больше чем блеф. Жизнь усложнилась благодаря тем усилиям, которые прилагает Молдова для возврата этих территорий под свое правовое поле. И отказываться от давления Молдова вряд ли будет. Зачем это ей? Молдова хоть и боится «приднестровизации» самой себя, но предпринимает определенные шаги, и нет причин от них отказываться.

Трагическое во всём этом – судьба 250 тысяч приднестровцев. От общего числа в полмиллиона человек – это примерно половина. Это те люди, которые в годы конфликта, имевшего вначале горячую фазу, а до сегодняшнего дня является холодным, сознательно вступили в гражданство Украины и России. Многие так поступали из убеждений, что дескать при распаде СССР каждый выбирает себе паспорт – как майку с названием любимой футбольной команды. Как какой-то вымпел. Но вот прошли годы. И стало понятно, что, к примеру, в России нереально трудно жить с паспортом Молдовы, а в Молдове – ещё труднее с паспортом России. Конечно, есть процедура получения вида на жительство, но для половины жителей Приднестровья реалии нынешней Молдовы – это не прогулка в кафе. Легализация документов в Молдове занимает у людей годы. Там чудовищная бюрократия, из-за сотен тысяч жаждущих получить румынский паспорт, во всевозможных архивах жуткие очереди. Приднестровцам там не протолкнуться. Это дикость, жара, хамство и некомпетентность. Всё это сдабривается бытовым национализмом, который имеет место быть.

Да. Существует международное решение – вернуть эту землю Молдове. И, к сожалению, мировое сообщество не воспринимает местные проблемы за проблемы. Мировое сообщество рассуждает не десятками и сотнями тысяч, а миллионами. Тут не Сомали, не Эфиопия – значит уже лучше. А то, что в результате распада СССР, в результате чьих-то пафосных экспериментов и правовой неграмотности люди остаются бесправными, половина населения Приднестровья попадает в правовые ловушки, лишается бесплатной медицинской помощи в Молдове – это никто не замечает.

А.Ш.: Существует ли вероятность, что Приднестровье в ближайшем будущем уже окажется в составе Молдовы?

Р.К.: Сегодня этот сценарий устроил бы всех международных игроков. Всех, кроме большинства жителей Приднестровья. Если сегодня провести референдум, люди не поддержат идею возврата под юрисдикцию Молдовы. Даже если включить в СМИ альтернативные точки зрения, расставить международных наблюдателей, даже если убрать российские войска, и тому подобное.

Слишком много противоречий. Слишком много нестабильности. Слишком много вопросов без ответа.

Украина обещает, что поспособствует решению приднестровской проблемы к 2014 году. Россия считает, что всё идет своим чередом, они держат руку на пульсе в Кишиневе, что вхождение Приднестровья в Молдову добавит в ходе выборов голосов коммунистам. Европейцам кажется, что они держат руку на пульсе, и грамотно реализуют свои задачи. Все стороны уверены в своем успехе. Рядом румыны, которые к 2015 году развернут ПРО. Они тоже имеют свое мнение по Приднестровью, и тоже верят в свой успех в региональном доминировании. Богатые, влиятельные страны, высокооплачиваемые эксперты и дипломаты, – все сгрудились вместе над картой маленького клочка земли неподалеку от Черного моря.

А в это время в Приднестровье смотрят друг на друга люди, и пытаются понять, как им выжить с таким бюджетным дефицитом, когда кончится дурдом с документами, когда им объяснят в конце концов, оккупанты они или нет… Нет доверия, нет уверенности в завтрашнем дне, нет денег у властей…

А.Ш.: И что намерено делать ваше новое руководство?

Р.К.: Я думаю, оно находится в состоянии цейтнота и тотальной нестабильности. Им нужны деньги. Не важно, какое их происхождение – европейские, русские, румынские – какие угодно. Но денег не будет, дадут копейки разве что, по грантам на добрососедство двух берегов Днестра в единой Республике Молдова. Я думаю, что сейчас в Приднестровье грядут большие сокращения, что власти урежут всё что можно. Они сейчас активно призывают прийти в регион европейцев, будучи готовыми к уступкам, которые были немыслимы для Смирнова. В надежде, что в решающий момент им удастся не упустить ситуацию из рук, что не будет сваливания в Молдову, или оно не окажется слишком жестким. Лично мне это напоминает ситуацию Горбачева. Он пришел под знаком реформ, но столкнулся с глубокими экономическими проблемами, и под тяжестью этих проблем Система просто надломилась. Устало общество, устал металл.

Мне искренне жаль, что мировое сообщество не оставило приднестровцам ни одного шанса. Что каждый увидел в «объединенной Молдове» своего потенциального «сукиного сына». Есть вероятность, что эта самая объединенная Молдова будет напоминать Киргизию – где при каждом кризисе будут какие-нибудь дикие граждане бегать с палками и искать виноватых – евреев, русских, ещё кого-то… Вся эта нестабильность чревата потоком беженцев. В результате всей этой политики, я думаю, люди ещё долго будут страдать. И Молдова не обретет своего счастья среди европейских народов, и Приднестровье может превратиться в дикое поле. Это мои прогнозы, я бы хотел что-нибудь сделать, чтоб ничего этого не произошло. Наверное, влиятельным людям, тем, кто сегодня стоит над картой региона, почесывая затылки, следовало бы сбавить спесь, как-нибудь понизить градус собственной гордости, и прекратить мерить эту землю квадратными метрами и километрами своего геополитического влияния.

А.Ш.: Какакие отношения существуют между ПМР и другими непризнанными государствами – Абхазиец и Южной Осетией?

Р.К.: Отношения большей частью формальные, эти регионы и ситуация там не влияют на местную проблематику. Всё это слишком далеко даже с точки зрения географии. Существует ряд договоров между органами власти, делегации посещают друг друга в периоды выборов, шлют поздравительные телеграммы. В бизнес-сфере какого-либо взаимодействия нет, поскольку ключевые рынки для приднестровских товаров – это примерно наполовину Европа и СНГ, куда они попадают под лейблом с надписью "Республика Молдова". Это металлургия, текстиль, электроэнергия. Если говорить о цитрусовых, то рынок Приднестровья и соседних регионов традиционно заполнен пусть разного качества, но дешевой продукцией Турции и стран Средиземноморья.

А.Ш.: Кстати, об экономике…

Р.К.: Приднестровье, несмотря на отсутствие статуса, является регионом, весьма перспективным для развития благодаря  своему месторасположению и транспортным коридорам.

Следует отдать должное, в этой сфере Молдова принесла приднестровцам не только проблемы, но и отдельные, порой весьма удачные, механизмы их решения. Но если говорить не об экономике, а о политической, регионалистской, этнополитической составляющей – законодательство Молдовы в нынешнем виде вообще не предусматривает никакого Приднестровья – такого не позволял себе даже диктатор Антонеску! У маршала Антонеску, который не считал землю за Днестром румынской, используя её для депортации и массовых убийств евреев и цыган, – у него  имелось формальное представление о том, что "Молдова" и "Транснистрия" – не одно и то же, а у нынешней молдавской элиты разделение существует лишь в интервью. Законодательно регионы Приднестровья включены кусками в разнообразные районы нынешней Молдовы.

А.Ш.: Роман, в прошлом ты несколько лет прожил в России, занимался там политикой, публиковался, и даже попал на этой почве в федеральный список экстремистов.

Р.К.: – Да. Были мероприятия по моему задержанию, снятию с поезда, когда я имел неосторожность приезжать в Россию накануне среднего ранга политических событий. В студенческие годы я занимался политикой в России, тогда это было не запрещено, участвовал в выборах, затем несколько лет занимался продвижением кандидатов, оппонирующих тамошней партии власти на региональном уровне. В результате, я сам спустя какое-то время оказался жертвой необоснованных репрессий. На протяжении нескольких лет, где-то с весны 2006 года, милиция постоянно захаживала в домик, где проживают мои, уже немолодые родители, выспрашивая о моих планах. Там ужесточили контроль за всем, что не ходит строем. Мне кажется, тамошние власти перестарались на этом направлении, им пора многое кардинально менять, поскольку в ряде случаев такие меры носят уже не абсурдный, а трагический характер. Все эти резонансные инциденты известны, о них пишут СМИ. Если говорить о подобных вещах, то Приднестровье, несмотря на многие очевидные изъяны смирновского правления, – на фоне ситуации в РФ последние годы выглядело просто оазисом демократии и политической толерантности. Здесь была совершенно стабильная ситуация. Какой смысл в ликвидации ПМР? Тем более, если, как в моём первом примере, сегодня никто не знает, чья именно вилка воткнута в бифштекс…

 

 

Политика в Приднестровье должна стать прозрачной

РИА "Днестр", дата публикации: 10 февраля, 2012.

Закрытость нового режима в Приднестровье оставляет сумрачное впечатление.

Накануне Евгений Шевчук встречался с депутатами. Телевидение показало, ровно как в смирновские времена, картинку совершенной идиллии, где мудрый отец нации поучает чему-то бояр. Тем временем по Интернету расползаются всевозможные позывы «приструнить парламент» – распустить плохих депутатов, якобы мешающих мудрому отцу народа творить некие суперзамечательные реформы. Не трудно догадаться, чьи наемники, чьи хунвейбины занимаются распространением такого рода страшилок.

Парламентарии далеки от совершенства, но хочется поговорить не о них, а о тотальном замалчивании политических процессов в республике. Властным особам, возможно, кажется, что своим молчанием они обеспечивают «стабильность». Это опасное заблуждение.

Обратите внимание на Молдову – там в прямом эфире транслируются важнейшие политические события, не только на ТВ, но и в Интернете. Людям интересно, какое мнение у тех или иных политиков о ситуации. Дословно. По цитатам. По маленьким штрихам. Там вся политика идёт в прямом эфире, в режиме реального времени. Молдавский избиратель знает о своих политиках всё, и даже больше.

Если в Приднестровье не будет обеспечена прозрачность политического процесса, его оперативное освещение на ТВ, это не значит, что население решит, что они просто не достойны знать, о чем думает высокое начальство. Население станет жить жизнью не своих собственных политиков, а политиков Республики Молдова. Что им мешает? В сети полно русскоязычных молдавских СМИ, в местных сетях уже несколько молдавских каналов, весьма профессиональных.

При Смирнове его встречи транслировались ТВ ПМР хотя бы в записи. О чем говорилось на последней встрече президента и депутатов? Что это за цензура? Что это за конфиденциальные посиделки, что это за «тайные вечери» в XXI веке?

Гостелеканал находится сегодня в руках Евгения Шевчука. Он может одним звонком решить любую проблему на ТВ ПМР. Пока выглядит так, что это именно он боится обеспечить прозрачность политического процесса, боится, что критика в его адрес окажется на экране ТВ ПМР. В мировой практике подобным процессам имеется четкое определение – это политическая цензура и узурпация власти. Поразительно, ещё и 100 дней не прошло с момента президентства, а мы видим на экране лишь розовые рюши и убаюкивающие комментарии подчиненных новоизбранного главы ПМР.

Согласно репортажей ТВ ПМР, теперь у Приднестровья, как и предыдущие 20 лет, есть только один единственный публичный политик, зорко охраняющий свою корону «отца нации» – Шевчук. И есть его подчиненные в звеньях исполнительной власти. Фактически воссоздается культ личности. Представляю, как смеются над всеми этими явлениями наши соседи.

 

Молдовенизация Приднестровья

РИА "Днестр", дата публикации: 18 февраля, 2012.

Некоторое время назад в Кишиневе всплыл термин «приднестровизация Молдовы». Молдавские политологи, породившие его, имели ввиду перекочевывание приднестровских политических традиций, с его советизмом, авторитаризмом и прочими неблагозвучными –измами в лоно девственно непогрешимой Молдовы.

Эти темы оживились в Кишиневе в связи с некими перспективами после смены власти в Тирасполе, которые молдавские эксперты оценили как приносящие некую пользу идеям малой Unirea (под зонтиком Кишинева), а там, глядишь, откроются шлюзы и на пути к Unirea большой (под зонтиком Бухареста либо Брюсселя). Дескать, малая Unirea может помешать большой… А то и хуже – не начнут ли приднестровцы доминировать, столкнув бессарабцев в кювет по пути в единую Европу?

Помнится, эту проблему активно обсуждали разного рода эксперты на «Публика ТВ», и в других аудиториях. Вроде как есть такая опасность, что неустойчивая как юная дева, – молдавская демократия, – может не сдержаться, и рухнуть под натиском варварских орд и пыльных доктрин из-за Днестра.

Глядя на эту ситуацию месяц-другой спустя, мне эта проблема видится в перевернутом смысле. Угроза имеется, но она совершенно иного плана. Это угроза молдовенизации Приднестровья.

Конечно же, я не имею в виду национально-лингвистический и этнокультурный аспекты. Я говорю об аспекте политическом. Подразумевая под этим далеко не европейские политические пилюли, но молдавские болезни. В первую очередь, это болезнь пафоса и политического тщеславия, которыми политический класс Молдовы, небезуспешно считающий себя пупом земли последние несколько лет демократического развития, страдает, и эти страдания перешли уже в хроническую фазу.

То, что мы наблюдаем сегодня в Тирасполе, – ни что иное как аналогичного типа болезнь. Пока правда не ясно, пройдет ли она за короткое время и в лёгкой форме, либо растянется на годы, а может быть и десятилетия, на что похожа ситуация в Кишиневе.

Симптомы этой молдавской политической болезни вполне осязаемы: рассуждения о суверенитете с фигой в одном кармане и с запиской «ни нашим – ни вашим» – в другом. Ещё – мысли о том, как все страны мира и международные структуры типа ООН мечтают углубиться в проблемы местного коровника, дабы каждую коровью лепёшку окропить французским парфюмом. И вообще – настроение такого вот, уважающего себя крестьянина, где-нибудь на рынке города Ленинграда образца 1985 года, когда ты приехал из солнечной республики покормить голодную и босую советскую интеллигенцию.

Болезнь пафоса и политического тщеславия привела Молдову к тому, что в отличие от стран Балтики и Беларуси она не оказалась – ни с Европою, ни с Россиею. Вроде как с утра охота в Бухарест, к обеду, когда заурчит в животе как следует – просыпаются мысли о Москве и Подмосковье, а к ужину уже ни много ни мало, а тянет к Эйфелевым башням и прочей цивилизации.

В итоге – затянувшаяся политическая неопределенность горячих парней как визитная карточка республики, и памятник народной любви к законно избранным властям в виде разгромленных, за высоким забором, госучреждений.

И, как говорится, «ни туда – ни сюда».

Вот и политические элиты Приднестровья наконец – таки вступили на ту же самую поляну с большим количеством граблей. Пафос и политическое тщеславие приднестровцам, оказывается, ни сколь не чужды. Мы тоже можем показать фигу Москве, пусть без злого умысла, но такую себе, не менее крестьянскую, а может быть и просто казачью фигу. И притом – при этом можем с активностью, достойной всяческих немыслимых оценок, начать ежечасно принимать дорогих гостей из западных стран и организаций. Описывая эти визиты как «переговоры» и прочим высокопарным слогом, оценивая себя как сторону, достойную именно «переговоров», а в отношениях с Россией – преподнося себя не менее пафосно – в образе целого «партнёра», без малейшего стеснения 2,8 миллиардов долларов долга. Порой, чуть ли не единственного, не самого важного «партнёра», либо одного из совсем уже немногих стойких (добавляя к себе для пущей убедительности Абхазию и ЮО – дескать, этим списком все надежные партнеры и исчерпываются).

Приднестровские элиты тем самым вводят в заблуждение и самих себя, и население. В общем – болезнь пафоса и политического тщеславия застилает взор. И новые власти Тирасполя с высоко поднятой головой упорно шагают по граблям.

Нынешний глава ПМР показал фигу Москве своим решением выдвигаться на пост президента.

Москва ответила взаимностью после выборов. На вопрос о 300 млн долларов, заданный, наверное, в стиле того самого, про «Кемскую волость», новым правителем был получен от официальной Москвы жизнеутверждающий ответ – «зайдите на следующей неделе» (после выборов президента РФ, а лучше – не тревожьте больше нас по своим диким пустякам, милейший государь).

Я бы предложил Евгению Васильевичу Шевчуку пойти попросить денег у США. Или у Великобритании. Вроде как в этих двух, весьма влиятельных странах, в отличие от России, никто не сопротивлялся его выдвижению на пост президента ПМР, не просил снять кандидатуру, не упрекал в контактах с какими-то там разведками… Но предлагать ему попросить у США денег не буду. Потому что знаю – не дадут. На жизнь – не дадут. Только на демонтаж республики.

Если бы Евгений Васильевич Шевчук оставил пост президента прямо сейчас, немедленно, это бы было значительным благом для Приднестровья. Быть может, он бы даже спас республику от голодной нищеты. Потому что жизнеспособность ПМР зависит только от одной лишь России. И президентом ПМР имеет смысл быть только тому, под кого Россия может завести в Приднестровье крупные деньги. Даже если это не слишком вычурная, малоизвестная личность, которая не обладает навыком длительных политических дискуссий и не умеет грозным голосом пафосно толкать лозунги "про порядок". При этих, и всех прочих талантах, Евгению Васильевичу Шевчуку президентом быть не имеет никакого смысла. Потому что нет российских денег – нет Приднестровья. Это аксиома. И, что самое печальное, – Евгений Васильевич это хорошо знает, но либо внешние обязательства, либо гордость, либо и то, и другое – не позволяют ему публично в этом признаться, и уйти в сторону. Пока не позволяют. Возможно, из него вышел бы какой-никакой глава правительства. Ему, кажется именно это и предлагалось когда-то…

Между тем, эмиссаров из Евросоюза и США новое приднестровское начальство принимает с не меньшим пафосом. Скрывая от общественности детали, которые не публикуются в официальных релизах. Того, что для гостей, к примеру, нет ни МИДа, ни ПМР, а есть мятежный анклав с самопровозглашенной администрацией, которую надо уговорить посредством кнута и пряника исполнить волю мирового сообщества. И ни в одном отчете о поездке в Тирасполь ни один уважающий себя дипломат, представитель международной организации, и все прочие господа офицеры, не напишут о том, что они имели дело в своих контактах с равной себе стороной – с государством, с министрами, президентом, и тому подобное. У них другие шаблоны – «администрация Тирасполя», «де-факто президент», это ещё в мягком случае. Положительные оценки аборигенам в таких отчетах даются лишь за «договороспособность».

В общем, получается так, что приднестровские элиты, как и население впрочем, в отношениях с Россией заблудились в трёх соснах, а в отношениях с Западом – ни элиты, ни население субъектом отношений вовсе и не являются. Являются лишь временной «де-факто стороной процесса восстановления территориальной целостности РМ».

Другим словами – и ни с Москвой, и ни с Европой.

Прямо как нонешняя Республика Молдова и весь её политический класс.

И ведь брать пример не договаривались! Спонтанно так произошло, машинально…

Такое положение не то чтобы не способно обеспечить Приднестровью развития, – всё настойчивее проявляется схожесть симптоматики с болезнями Бессарабии.

Неуверенное бормотание тираспольского лидера про «восточный вектор» с одной стороны, и с утра до вечера – делегации приехавших позырить на диковинку со стороны другой. Ожидание заветной корзинки с бананами, которую показывают, но обещают дать банан лишь в обмен на «договороспособность».

В общем, прямо как Молдова – ни с Россией, ни с Европой, – сами по себе … в проруби.

«Приднестровизация Молдовы? – Нет! Молдовенизация Приднестровья!».

 

Фланги оппозиционного движения в ПМР

РИА "Днестр", дата публикации: 21 февраля, 2012.

 

Недоброжелателей у новых властей Приднестровья прибавляется с каждым днём.

По истечении непродолжительного времени с момента выборов нового главы Приднестровья в республике отмечаются первые признаки политической активности.

Так, партия парламентского большинства «Обновление» провела ряд политических акций с претензией на оппозиционность. Первой явилась уличная акция, посвященная поддержке Путина и российских миротворцев, второй – Круглый стол с участием депутатов данной партии, озвучивших свои претензии к президенту ПМР.

По линии «президент-парламент» налицо обострение отношений, вызванное попытками президента подвергнуть ревизии Конституционное законодательство и перераспределить в свою пользу полномочия структур исполнительной и законодательной власти.

К числу лидеров, или по крайней мере медиаперсон данной группы можно отнести экс-кандидата в президенты Анатолия Каминского и его советника по PR и коллеги по парламенту Анатолия Дируна.

Другим оппозиционным флангом является группа бывших сторонников Игоря Смирнова. Речь идет о достаточно представительной группе экс-госслужащих и членов просмирновских движений, которые по итогам выборов были смещены со своих должностей и лишены какой-либо информационной поддержки со стороны государственных медиа. Данная группа, которую можно условно назвать как «экс-смирновцы», в данный момент проводит кулуарные консультации о дальнейших планах на политическое будущее.

Третьим флангом оппозиции можно обозначить бывших работников силовых структур, подавших в отставку по политическим мотивам и смещенных с тех, или иных должностей новым руководством республики. Недовольные новой властью действующие и отставные военнослужащие и члены их семей, среди которых значительная часть ориентирована на консервативную идеологию, составляют весьма значительный процент населения с учетом общей милитаризации Приднестровья.

В качестве отдельного звена неформатной оппозиции сегодня выступает связка журналистов левой ориентации «Радченко-Леонов-Бучацкий», которые известны по своей антисмирновской деятельности и имеют определенный медиаресурс, в том числе газету «Человек и его права». Идеи этой группы остались невостребованными новой властью, очевидно, что они будут пытаться оседлать неформатные левые настроения.

Тем временем в приднестровском обществе зреет недовольство среди представителей малого и среднего бизнеса в связи с рядом мер и инициатив новой власти, которые расцениваются как некомпетентные – в налоговой и финансовой сфере. В последние недели увеличился отток финансовых средств за пределы республики – часть компаний сворачивает свою деятельность, опасаясь потерять имущество в результате передела собственности в пользу лиц и компаний, аффиллированных с новой властью.

В настоящий момент не проявляют своих оппозиционных настроений Компартия Приднестровья (лидер Олег Хоржан) и партия «ПРОРЫВ!» (лидер Дмитрий Соин). Данные политические формирования не заинтересованы в реставрации предыдущего режима, но при этом не интегрированы в «лагерь победителей». Обе эти силы, скорее всего, объявят о формальных претензиях к новой власти по истечении 100 дней пребывания в должности Евгения Шевчука и формализации его просчетов в экономической сфере.

Ожидается, что социальная активность протестных групп в Приднестровье вырастет к лету, и достигнет своего пика осенью 2012 года.

 

 

Приднестровье – мифы и тревожные ожидания

РИА "Днестр", дата публикации: 25 февраля, 2012.

 

Стенограмма видеопередачи.

 

Конец февраля. Приднестровье. 2 месяца с момента избрания нового главы республики.

Что можно сказать о сегодняшнем времени? Оно не очень сильно отличается от того, что было все двадцать лет. Глядя на картинку государственного телеканала, глядя на официальные сообщения государственных СМИ – отличий не так уж много, как рассчитывали может быть те, кто голосовал за нового президента.

Приднестровье дальше сползает в пучину неизвестности, в экономический коллапс. Налицо – вывод капиталов за пределы республики. Речь идет о малом и среднем бизнесе, о тех, чьи оборотные средства составляют порядка 20 и более тысяч долларов. Эти люди сворачивают свои бизнеса и уходят из республики. Несмотря на все обещания новой власти, они для этих людей представляют в большей степени опасность, нежели какую-то платформу для развития. Почему так произошло? Существуют разные направляющие. Одну из них можно обозначить как политическую, вторую – экономическую. Ну, и третья, которая также определенным образом увязывается с происходящим – это внешнеполитическая составляющая.

Что касаемо внутренней политики, то на сегодняшний день нельзя говорить о каких-то существенных изменениях. Площадка была заморожена во времена Игоря Смирнова. Существовали определенные группы, которые, собственно говоря, и представляли какие-то партии. Партии были недоразвитыми, такими же они на сегодняшний день и остаются.

О развитии партий много говорилось в период избирательных кампаний, когда снимались самые различные фильмы с негативным подтекстом. В некоторых из них демонстрировали и меня. Это были критические материалы элиты, которая не стремилась обеспечить какое-либо продвижение партийного строительства, какое-то развитие политической конкуренции. Нынешняя элита, как мы видим, также не заинтересована в политической конкуренции, ни коим образом. Ей интересно было завладеть теми государственными СМИ, теми ресурсами, которые раньше находились в ведении Игоря Смирнова. И сегодня, благодаря этим ресурсам, в чем-то отлаженным, где-то заретушированным, с некой молодежной огранкой, – на самом деле суть не изменилась.

В эфире и в источниках информации, которые пользуются наибольшим вниманием местной аудитории, политическая конкуренция отсутствует. Это таит в себе определенные угрозы. Мы, наверное, вспомним выборы, как они здесь проходили. Собственно, мы сегодня наблюдаем продолжение выборов. Выборы напоминали собой череду слухов, которые распространяли люди, приближенные к нынешнему президенту, возможно. Я не думаю, что приднестровцы сами по себе рождали определенные мифы. В прежние времена эти слухи касались какой-то личной составляющей, якобы на кого-то покушались, и тому подобное. Теперь слухи раздувает сама власть, и этим слухам никто не может дать отпор в государственных медиа, потому что никого кроме нынешней власти в государственных медиа нет.

Одним из подобных слухов является слух, запущенный нынешней властью, о неких масштабных золотовалютных резервах, запасах, которые якобы были кем-то разграблены. В подкрепление не было представлено ни одной более-менее вменяемой фактуры, не было названо ни одной фамилии. Всё это представляет пищу для размышления бабушек, но по факту – откуда могли быть какие-либо золотовалютные резервы в республике, которая фактически перебивалась с горем пополам на российских газовых деньгах? Деньгах, которые появлялись благодаря распределению газового счета.

Деньги, которые туда поступали – они поступали от внутренних экономических агентов. И если сейчас эти экономические агенты не используют газ и не платят, соответственно денег на этом счете нет. И говорить о том, что могли каким-то образом накопиться золотовалютные резервы здесь – в в прошлом году, или за последние десятилетия – это полный абсурд. Республика находится в кризисе, и республика должна российским структурам в совокупности порядка 2,8 млрд долларов США. Подобные мифы распускаются, возможно, для того, чтобы реабилитировать какие-то жесткие меры в отношении населения и коммерсантов. Что мы видим на сегодняшний день? Выросли коммунальные платежи, выросли и цены в магазинах, вырос курс доллара, и я не знаю, кто подсказал господину президенту идею раздуть миф о введении российского рубля на территории Приднестровья. Сама постановка вопросов подобным образом со стороны госслужащих – это не просто политическая неграмотность. В какой-либо другой стране это возможно квалифицировалось бы как преступление, как определенный инсайд, который способен был бы обрушить экономику какой-либо страны или валюты. Другое дело, что Приднестровье этого не произошло, поскольку приднестровских рублей у населения не много. Но доверия к местной валюте, к местным институтам власти у бизнеса не прибавилось. Соответственно, каких-либо надежд у населения прибавиться не может.

Есть два вопроса – они не являются взаимоисключающими, они должны присутствовать. В первую очередь должна быть прозрачность всех политических процессов, должны быть обеспечены альтернативные мнения, их наличие в государственных СМИ. И точно так же экономические какие-то меры, шаги в законодательной плоскости, – они также должны быть прозрачны и понятны. Ничего этого на сегодняшний день мы не наблюдаем. Мы наблюдаем очередное перетягивание одеяла. Все помнят времена Игоря Смирнова, когда бывший президент и его окружение достаточно жестко вели себя в момент согласования с парламентом Конституционной реформы. Как оказалось, тех положений, которые выторговал для себя достаточно сильный в политическом смысле экс-президент Игорь Смирнов, этих, довольно таки весьмых норм недостаточно нынешней власти. Это говорит о том, что они требуют большего. Можно ли допускать подобного? Возможно да, но в том случае, если есть баланс. Но здесь нет баланса, он итак нарушен. Этот баланс будет разрушаться дальше, при этом мы получаем непрозрачную ситуацию в СМИ, нет возможности для критики тех или иных решений, нет возможности для развития политических институтов. И республика превращается в серую зону – в политическом и экономическом смысле. Говорить о том, что при подобном течении событий господин нынешний глава республики сможет осуществить заявленную в кампании цель? А мы помним, что говорилось о необходимости привлечения внешних инвестиций в размере полутора – двух миллиардов долларов США. Так вот. При такой серой составляющей приднестровского политического ландшафта и экономической жизни ни о каких внешних инвестициях речь идти не может. Это усугубляет и без того довольно сложную ситуацию, в которой Приднестровье находилось. Мы говорим о консервации. Не о попытках провести реставрацию предыдущего режима, а о более глубокой консервации тех процессов, которые проходили в республике в период правления Игоря Смирнова. Республика становится менее прозрачной с каждым днем. И это не есть процесс положительный.

Чтобы что-либо изменить, для этого должны прилагать усилия многие. Все политические акторы, все экономические агенты должны делать определенные заявления, должны предпринимать определенные шаги, для того, чтобы разморозить как-то эту ситуацию и встрепенуть немножко новое начальство, которое возможно от радости нежданной и негаданной уже позабыло всё на свете. И этим ставится под угрозу жизнь тех людей, которые здесь проживают, просто в силу тех причин, что серьезные экономические проблемы республики в конечном итоге отразятся на каждом из этих людей.

Необходимо прилагать определенные усилия, чтобы сделать более прозрачными все политические процессы, которые происходят в республике.

Мы говорим о свободах. О тех свободах, за которые боролись люди, определенным образом голосуя на последних выборах. Они голосовали не просто за какую-то конкретную персоналию. И не просто за продукцию тех или иных политтехнологов.

Люди голосовали за свободу. За свободу для себя, за политическую свободу, за экономическую свободу.

И если эти люди не получат своего, они конечно же разочаруются, и ничего хорошего в результате из этого не выйдет.

Я думаю, что исполнительная власть, как и законодательная власть Приднестровья должны постоянно помнить об этом. О том, что люди выбрали свободу.

 

Власть не понимает языка независимой прессы

РИА "Днестр", дата публикации: 27 февраля, 2012.

Стенограмма видеоинтервью.

В отношении интервью ИТАР-ТАСС мсье Шевчука хотелось бы отметить два момента. Насколько я понимаю, если предыдущие двадцать лет мы, как правило, слышали заявления из уст официальных лиц о том, что вся оппозиционная пресса подкуплена вражеской Молдовой, теперь мы будем, наверное, ближайшие двадцать лет слушать о том, что государственная пресса единственная является хорошей, а оппозиционная пресса у нас подкуплена мировой буржуазией, и какой-то там ещё олигархией. Это первый момент. Не знаю, сейчас он, наверное, боится прессы, – но не до такой же степени!

Второе – касается тезисов о евразийской интеграции Молдовы и Приднестровья. Двадцать последних лет мы каждый день слушали от власти тезисы о нашем скором присоединении к России. Ради этого требовалось затянуть пояса, претерпеть ещё какие-нибудь лишения и невзгоды. Теперь получается, у нас на глазах рождается новый миф. Возможно это и не миф, но из уст официальных лиц пока это звучит как некое развлечение, в угоду публике, скучающей по громким фразам. А все беседы о евразийской интеграции пока являются ничем другим кроме политических PR-тезисов по той простой причине, что у России не найдены точки соприкосновения с Украиной и Молдовой по этим вопросам. Поэтому о чём здесь можно говорить – пока тоже не ясно. Но пока очевидно одно – власть не понимает языка независимой прессы. Власть хочет, чтоб её постоянно хвалили. Власть не привыкла к какой бы то ни было критике, и если спрашивать, чего, собственно говоря, хочет любой альтернативный журналист, любой альтернативный политик – он, как правило, должен хотеть трех вещей – чтобы в его государстве существовала независимая судебная власть, независимая полицейская власть и независимая пресса. Для того, чтобы эти структуры, эти сегменты были независимы от высшего должностного лица. В Приднестровье на сегодняшний день отсутствует независимая судебная власть, отсутствует независимая полицейская власть и отсутствуют альтернативные мнения в государственных СМИ. Государственные СМИ по-прежнему довлеют над всеми.

Говорить в этой связи о каких – либо переменах, о какой-либо модернизации – это является беспочвенным. Ничего подобного пока нет. Пока мы видим консервацию тех идей, которые были заложены раньше. Если власть собирается меняться, пусть она не откладывает это на год, о чем они сейчас говорят, ещё на двадцать лет, – пусть эти процессы происходят сегодня. Тогда к ним не будет никаких претензий со стороны независимых журналистов, со стороны гражданского общества.

На сегодняшний день эти претензии слишком буквальны, эти претензии имеют место быть, и они будут усиливаться с каждым днём – пусть в этом никто не сомневается.

 

 

Всё идёт по плану

РИА "Днестр", дата публикации: 2 марта, 2012.

 

Партии, которые создаются по указке сверху, обречены на забвение. А их члены спустя определенный исторический период попадают под процедуру люстраций.

Кадры гостелеканала ТВ ПМР с репортажем о съезде партии «Возрождение» представили собой удручающее зрелище. Это пахнет брежневщиной и очередным застоем. Бурные аплодисменты со вставанием входящему народному вождю, члены правительства в первом ряду, и товарищ генеральный секретарь, который обращается к внемлющей каждому слову аудитории, рассуждая о высоких материях вроде демократии. А затем рассказывает своим государственным журналистам о том, что к весне его партия станет самой массовой. И первый сюжет в новостях на гостелеканале, посвященный этому мероприятию, с теми же бурными аплодисментами и министрами в первом ряду. Мы будто вернулись на 30 лет назад – в эпоху КПСС. Чего стоит только настойчивая рекомендация господина Шевчука – назначать на госдолжности в республике сугубо членов данной партии… Можно ещё было б добавить – "строго по рекомендации райкома и месткома".

Партия всеобщего политического одобрямса – сигнальная метка всех антидемократических режимов. Если правительство и народ стекаются в едином порыве любви и поклонения, это говорит об ущербности политической системы, и является чертой разделения между прошлым и будущим – когда «власть» превращается в «режим».

Вполне понятно, для чего господину Шевчуку нужна собственная партия – ему недостаточно было взять контроль над государственными СМИ, судами и силовыми структурами Приднестровья. Теперь ему понадобился ручной парламент. Такого политического аппетита не имел даже консервативный и немолодой Игорь Смирнов. Во времена Смирнова в его угодливом окружении хватало желающих создать какую-нибудь партию одобрямса, но он не считал нужным тратить государственные деньги на поддержку такого рода проектов, и они хирели на задворках.

Происходящее же сейчас производит донельзя жалкое зрелище. Впрочем, срок жизни этого проекта «Возрождение» зависит в том числе и от стабильного финансирования. Поскольку эта структура создается под одобрение политики действующей власти, возможно власть будет финансировать эту партию. За счет населения, наверное. Власть будет щедро платить – её будут за это щедро хвалить. Такая себе взаимная щедрость. До поры – до времени. Подобного уже давно нет нигде в Европе. Скоро не будет и в Африке. Новое руководство ПМР, похоже, провозгласило курс солидарности с Северной Кореей. Там недавно пришел к власти тоже весьма молодой лидер, самый молодой глава государства в мире, тридцатилетний товарищ Ким Чен Ын.

Напомню, по сообщениям мировых информагентств: «1-й Высший руководитель, лидер партии, армии и народа руководит Северной Кореей с c 29 декабря 2011 года. 24 декабря в центральном печатном органе ТПК — газете Нодон Синмун, Ким Чен Ын впервые был назван Верховным главнокомандующим Корейской народной армии: «Мы клянемся кровавыми слезами называть Ким Чен Ына нашим верховным главнокомандующим, нашим лидером». Ким Чен Ын, как и его отец, любит поп-культуру и следит за баскетбольными матчами американской лиги НБА».

Очень, очень похоже на происходящее в Тирасполе…

 

Бергман никогда ещё не был так близок к провалу…

РИА "Днестр", дата публикации: 14 марта, 2012.

Скандальное интервью Михаила Бергмана популярному молдавскому телеканалу Publika TV и последовавший следом комментарий официального Тирасполя, дескать, интервью не совсем свежее, взывают к размышлениям. Якобы, важным является уточнение относительно того, что не «до», а «после» записи скандальной передачи, Евгений Шевчук назначил Михаила Бергмана спецпредставителем Приднестровья в России.

Так ли уж важно это уточнение?

И что, вообще, это было?

Конечно, подлинной сути происходящего мало кто осознаёт в Тирасполе. Впрочем, как и в Кишиневе. Чтобы что-то расшифровать из всей этой вялотекущей конспирологии, следует отталкиваться от фактов. А фактов и фамилий – не очень много. Их просто крохи. Так что, начинать при этом лучше, скорее всего, с противоположного конца.

А на противоположном конце – позиция России по Молдове. Она заключается в провозглашенной Путиным доктрине собирательства бывших советских угодий в Евразийский союз.

Таким образом, на вершине пирамиды – Владимир Владимирович Путин.

Есть и другая пирамида. Фамилии там ситуативны, думаю, будет понятным, если я назову три города, её символизирующих. Эти города – Лондон, Вашингтон и Бухарест.

Как это бывает, в России относительно молдавской, а заодно и приднестровской проблематики, свои идеи лоббирует не одна, а две группы. Обе они – весьма мощные, влиятельные, и каждая из этих групп хочет сослужить службу некоему «общему делу», понимаемому по своему разумению и своей прямой заинтересованности.

Две башни.

В Москве.

В общем, господин Бергман – фигура крайне влиятельная, респектабельная и так далее, и тому подобное. Он, собственно, выступая на Publika TV, сделал своё дело, которое должен был сделать – правда, при этом заляпал определенные мундиры в Тирасполе. Своей искренностью в чистосердечных признаниях. Бергман раскрыл несведущим приднестровцам все карты относительно планов своей башни. Планов по Молдове и ПМР. Если говорить языком шпионских анекдотов, «Бергман никогда ещё не был так близок к провалу…».

При этом следует не забывать, что Михаил Бергман в иерархии мировой геополитики, если б таковая существовала в действительности, стоит рангом гораздо выше Евгения Шевчука. Ибо такие как мсье Шевчук там не фигурируют даже в подмастерьях. Градус не тот.

Итак, Бергман раскрыл следующие карты: Приднестровье как суверенное государство его башне не интересно, оно считается неким криминальным анклавом, проблемой, которую пора поскорее решить. Российские военные склады куда-нибудь деть, наладить мирную жизнь в единой Молдове, сокрушить бастионы зла, то есть посадить коррумпированное бывшее руководство ПМР, и будет полный мир и взаимная симпатия в объединенной стране.

Что Бергман, вернее его башня, хочет от Молдовы взамен на дискредитацию и ликвидацию ПМР?

Правильно.

Вступление Молдовы в Евразийский союз. Он неоднократно дает советы молдавским лидерам постоянно крутиться в Москве, выстраивать там связи, и тому подобное. Конечно, Михаил Бергман весьма влиятелен, и при необходимости эти связи легко способен обеспечить. В обмен на вступление Молдовы в Евразийский союз.

Что нужно башне, в которую входит Бергман?

Правильно.

Принести на серебряном подносе Владимиру Владимировичу Путину Республику Молдова.

Единую, пророссийскую, часть «русского мира», и прочее-прочее-прочее.

Поэтому Бергман грамотно «раскатывает» в хвост и в гриву Приднестровье как проект, основателей республики как неких заезжих гастролеров, которых, якобы, интересовали лишь торговля оружием, имитаторы ядерного взрыва и финансовые серые схемы.

Но при этом Бергман так, по-отечески, виртуально хлопает по щеке Филата и его коллег по АЕИ, дескать, «сынки, бегите суетитесь в Москве, как раз самое время набрать очков!».

Выглядит это, по сугубо моему субъективному мнению, как весьма печальный анекдот. Или как неудачная вербовка.

Ещё происходящее напоминает красивую разводку.

Бергману и его башне, возможно, кажется, что они разводят Филата и прочих молдавских лидеров. Ещё немножко – и совсем додавят.

Москве, возможно, кажется, что именно Бергман и его башня таки способны решить план двенадцатилетки нового президента РФ по Молдове в сжатые сроки.

А глобальной пирамиде номер два (Лондон, Вашингтон, Бухарест), возможно, как уже часто бывало в истории, в результате манипуляций башни Бергмана, в скором времени ценный приз в виде единой и абсолютно проевропейской Молдовы свалится прямо за пазуху. Тепленький такой себе комочек.

Вторая московская башня – это, конечно же, антагонисты Бергмана. Те, кого он всячески разоблачал – экс-руководство ПМР и их московские партнеры. У этой башни всегда, напомню, всегда, как и у башни Бергмана, имелся свой сценарий. Он включал в себя сохранение «синицы в руках» – Приднестровья – в сфере геополитического влияния Москвы. Эта башня всегда утверждала – ставки на Кишинев неоправданны, это «разводка», купившись на которую руководство России полностью утратит свои опорные точки в регионе – и Приднестровье потеряет, и в Молдове не удержится.

Теперь уже не секрет, что эта башня («анти-Бергман» её можно назвать условно так) утратила рычаги влияния на ситуацию в Приднестровье. Смирнов – на пенсии, и, говорят, отнюдь не весел, Ионова – в камере, Антюфеев – в России, банкиры – кто куда успел деться.

Какой расклад мы имеем на сегодняшний день?

Башня, в которую входит Бергман, считает нынешнего главу ПМР Евгения Шевчука «своим парнем». Это очевидно, в том числе по заявлениям Бергмана в интервью. Ощущается это и по схожести с бергмановскими заявлений самого Шевчука в части комментариев относительно того, что Молдова чуть ли не на пороге вхождения в Евразийский союз, поскольку там, якобы, уже полностью сложилась для этого ситуация – общественное мнение, и т.п. Заявлений, мягко говоря, бредовых, но слишком уж похожих на командную игру. Игру в рамках цельной концепции одной из московских «башен». Эта концепция предполагает ликвидацию ПМР.

Согласен ли будет Евгений Шевчук оказаться в роли политического пуделя, с веревочкой на шее, которая будет вести к башне, куда входит Михаил Бергман? Покажет время. Мне неизвестно, есть ли вообще у Шевчука какой-либо выбор в свете того, что Бергман является его спецпредставителем в России. Что ещё не известно, – так это то, кто где чей представитель. Вполне возможно, что порядок подчинения здесь совершенно иной. Что в их отношениях Михаил Бергман всё же доминирующая фигура. Почему нет? Разве кто-либо способен доказать обратное?

Какой смысл тогда был МИДу делать опровержительное заявление? Возможно, это попытка замылить суть ситуации, разрулить этот провал, стыд и бесконечный позор… Как же так? Президент назначил его представлять интересы страны, а спецпредставитель выдал такие перлы… Возможно, слишком рано эта правда-матка от московских кураторов попёрла наружу, да так, что того и гляди потечёт через край… Уже всё Приднестровье в курсе интервью. А у Шевчука тем временем и без откровений Бергмана в ПМР значительно поубавилось симпатизантов…

Наблюдая за реакцией экспертов на интервью Бергмана, я вижу попытки объяснить «по-нашенски» Шевчуку, что нужно дистанцироваться от этой башни, рвать верёвочку, иначе ничего хорошего не выйдет. Но… Мы не знаем объёма личных обязательств Евгения Шевчука и Нины Штански перед важными центрами силы. Речь идет об их обязательствах перед башней, линию которой озвучил Михаил Бергман, и перед пирамидой «Лондон, Вашингтон, Брюссель». Помните, Антюфеев кое-что говорил на этот счёт? Если такого рода обязательства в действительности были, и если они имеют под собой некую основу, значит… Думаю, дальше объяснять ничего не нужно.

Что же до принародных разоблачений Михаила Бергмана, то там много лукавства, мало фамилий, вообще много чего говорилось вокруг да около.

Крупные игроки, влиятельные фигуры, вербовщики и перевербовщики политиков и целых государственных элит… Большая, блин, игра у них идёт…

В русскоязычном медийном потоке тем временем каждый день звучат смешные вещи про Молдову. Уничижительные рассказы про их неспособность избрать себе много лет президента, про тамошний политический хаос. Вот и Бергман в своем интервью не забыл лишний раз напомнить об этом. Сидел в студии и посмеивался, дескать какие забавные люди в Молдове – президента избрать не могут!

Почему-то мне кажется, что люди, которые на русском языке постоянно говорят и пишут в таком духе, они занимаются чем-то вроде самообмана, самогипноза и самоутешения. У Молдовы вполне приемлемая по нынешним временам экономическая статистика, её строчки в рейтингах инвестпривлекательности, гражданских свобод и ряда других знаковых параметров для Восточной Европы вполне себе… Некоторым цифрам позавидуют многие в экс-СССР. И эти цифры тоже говорят о том, что кто-то кого-то в Москве пытается надуть. Выдать желаемое за возможный результат.

Филат не поползёт на коленях в Москву. Население Молдовы вряд ли откажется от стратегии евроинтеграции, и этому курсу присягнула в своё время даже ПКРМ. Сегодня ПКРМ, конечно, рассуждает о Евразийском союзе. Но сегодня они не у власти, они на обочине. И к власти вернуться шансов у них не то, чтобы много, – их практически нет.

Если какие-либо деятели в Тирасполе согласятся исполнить роль политических пуделей и политических болонок, и на веревочках башни с Михаилом Бергманом приведут Приднестровье в Молдову, это будет означать, что Приднестровье окажется не на подносе в приемной Кремля, а станет частью второго румынского государства.

Это не адские кошмары, государство это будет по всем рейтингам не хуже, а скорее даже выше тех строчек, которые сегодня занимает Республика Молдова. Это государство, как и сегодняшняя Румыния, станет частью пирамиды «Лондон, Вашингтон, Бухарест».

Но есть ряд вопросов, на которые я честно могу ответить словами «не знаю» и «не уверен». Я не знаю, и совершенно не уверен, будут ли в этом государстве жить русские, украинцы, и какие-либо другие этносы кроме румынского. Не знаю и не уверен, что в Приднестровье из нынешнего населения останется больше 50 тысяч человек. Не знаю и не уверен, останутся ли в Приднестровье 250 тысяч граждан РФ и Украины, или их ждёт мягкая, а возможно, и весьма жесткая депортация. В сегодняшней Молдове русским ещё вполне можно жить и вести дела. А что будет потом? Как знать… Не исключено, что русским и в Бессарабии прикрутят гайки…

В чём я, пожалуй, уверен в весьма большой степени, так это в том, что АЕИ в Молдове не свернет с курса евроинтеграции ради каких-то посулов Бергмана и его башни. У АЕИ и фигур АЕИ есть убеждения, есть свои обязательства, и есть обещания, данные собственным гражданам. И есть электорат, ориентированный на европейские ценности, который, в случае если АЕИ начнет шушукаться где-то, примет на вооружение более радикальные лозунги, и там случится ещё одна революция.

А это значит, что башня, в которую входит Михаил Бергман, имеет шансы на серебряном блюде подать Владимиру Путину не Республику Молдова вкупе с ПМР, а разве что свои, изложенные на бумаге, феерические прожекты, полные лукавства либо безумства. Уж не знаю, чего там больше. И так ли уж полностью отсутствует в этих прожектах финансовая выгода? В прошлые несколько раз, когда креатуры башни, в которую входит Бергман, проваливались на выборах в Тирасполе, а попытки переворотов сдувались, как мыльные пузыри, финансовая заинтересованность оппонирующей власти стороны и её «серых кардиналов» прослеживалась совершенно буквально. Кто-то ж не просто так финансировал в своё время «Единство Приднестровья», и прочие заманушные прожекты…

И ещё, я не люблю всевозможных «разводок» и недомолвок. Разговоры о Молдове – члене Евразийского союза – я воспринимаю именно как разводку. Не имеющую под собой никакой фактической основы. Не нужно тешить себя пустыми иллюзиями, господа, иначе они сожрут разум.

 

 

 

Кружится, кружится Колесо…

РИА "Днестр", дата публикации: 25 марта, 2012.

 

Три политических события последних дней. Первое – обширное интервью господина Бергмана, спецпредставителя Евгения Шевчука, телеканалу Publika TV. Очевидно, что Бергман наговорил лишнего. Но уже главное не сам факт выступления, а линия официальных властей ПМР на полный игнор, замыливание данного события и отсутствие внятных комментариев со стороны мсье Шевчука. Но ловить на мелочах и проговорках – не интересно.

Гораздо интереснее следующее событие – послание Евгения Шевчука, по аналогии с посланиями президентов в России.

Конечно, такого рода событие имеет сугубо политтехнологический подтекст. В послании звучит не произнесённое, но вполне слышимое – «в нынешнем кризисе я не виноват». Оправдание. Также мсье Шевчук в худших традициях Игоря Смирнова гневно обрушился на всех своих явных и тайных политических конкурентов и оппонентов.

«Нам понятно, что попытки выхода из этого фарватера под прикрытием партий, красивых лозунгов или телевизионных картинок купленных политиков, сотрудников правоохранительных органов, прокуроров кем-то, возможно, финансируются, и кто-то по привычке ожидает поймать рыбу в мутной воде. Государственным органам власти важно осознать необходимость укрепления экономических основ государства, что возможно только при едином целеустремлении в понимании, что сильным государством является то государство, которое обладает ресурсами, а не разбазаривает их. Надеюсь, вскоре мы на этом поставим точку», – заявил господин Шевчук.

Попробую перевести на русский язык. То, что предлагается обществу – это дальнейшая деградация политической системы, низведение её до уровня, предусмотренного доктринами по построению классических фашистских государств.

Единое, целеустремлённое, плечом к плечу, затылок к затылку, сапог к сапогу. «Против? Значит куплен!». «Разные партии – это плохо! Зачем партии, когда есть Великий Кормчий!».

Сильное государство должно всем обладать? Надо же! А я думал, сильное государство – это там, где неприкосновенная частная собственность, а у государства в собственности практически ничего, кроме скрепок и прочих канцелярских принадлежностей. Где у государства нет инструментов пропаганды. Поскольку пропаганда ни к чему, если людям хорошо. А когда людям плохо, нужна непрерывная пропаганда. Нужно срочно создавать на бюджетные деньги какое-нибудь «народное телевидение» и финансировать «народные газеты». Одной такой народной газетой в Германии была «Фёлькишер Беобахтер». Печатный орган партии Адольфа Гитлера. «Народный Наблюдатель». Практически «Наблюдатель», выходящий в субботу на «народном» гостелеканале в ПМР.

Приднестровское общество пожинает плоды самоизоляции.

В новостях иногда случаются истории про детей-Маугли, которые потерялись, и росли не среди людей, а среди зверей. И сами стали, как звери.

Или истории про детей безумных родителей. Которые лишили их света. Забили досками окна, и 15 лет растили при керосиновой лампе, а вместо школы обучали сами. Бывают такие безумные мамаши. Они боятся, что ребенка в школе научат плохому, отвернут от религии, например… И ребенок растёт у них в плену. Без света. В страхе от звуков за стенами и дверью. Среди руин.

Когда я слышу уверенные в себе речи про плохие партии и купленных политиков, я вспоминаю историю про детей-Маугли и детей, выращенных в изоляции.

Быть может, в этом и был смысл такой смены власти, чтобы в результате приднестровское общество хлебнуло горечь собственного выбора – горечь тотального разочарования и обреченности…

Третье событие – это чистосердечное раскаяние художника-декоратора из центра «Победа» Дмитрия Гасаненко, дрожащим голосом, с темнотой вокруг и светящим в лицо фонарём. Как на допросах в подвалах НКВД в 1937. У Солженицына и других лагерных писателей про тактику допросов написано много. Про фонарь в лицо. Про длительное сидение на табурете. Про то, как сломать человеку волю. Как растоптать. Как заставить умолять о прощении. И совершать долгие, методичные, многочасовые чистосердечные признания. Во всём, что было и не было.

Три главных события в Приднестровье. Интервью Бергмана – послание Шевчука – признания Гасаненко. Попробуйте ещё раз прокрутить их все перед собой, попробуйте придумать свои ассоциации… С различными историческими отрезками, персонами и последствиями. Всё ведь уже когда-то случалось. Кружится, кружится Колесо…

 

 

11 апреля 2012 главный редактор РИА "Днестр" Роман Коноплев был вынужден покинуть Приднестровье после инициированной руководством КГБ попытки фабрикации уголовного дела по статье "Клевета" после выхода в свет публикации "100 дней президентства – темп перемен в Приднестровье запаздывает". По данным источников РИА "Днестр", в КГБ сочли противозаконным сравнение главы ПМР с ослом. Спустя некоторое время Роман Коноплев распоряжением КГБ ПМР был включен в список лиц, подлежащих задержанию на блок-постах при въезде в регион.

 

100 дней президентства – темп перемен в Приднестровье запаздывает

РИА "Днестр", дата публикации: 9 апреля, 2012.

Итоги 100 дней пребывания у власти Евгения Шевчука.

100 дней для руководителей – это срок, достаточный, чтобы оценить некоторые тенденции, и делать определенные выводы.

Личные наблюдения позволяют и мне оценить свежие результаты деятельности нового руководства Приднестровья. Многие детали мне особенно очевидны с учетом того, что последний месяц я провел в России, и решил въехать не через «парадные ворота», а через Платоново.

Служивые на границе и гаишник на круге в Дубоссарах на удивление оказались вежливыми и деликатными. Никто из них особо не изображал из себя власть, и это, стоит признаться, порадовало. Как и отсутствие просьб «позолотить ручку». В особенности, припоминая, как энное количество часов назад на украинском посту в Бачевске умолять подать на «кофеёк» люди в военной форме начали от шлагбаума.

По этим весьма мелким, но радикальным отличиям от прошлых времен, можно сделать вывод, что вот там, где речь идет о милиции и таможне, Евгений Шевчук проявил себя как лев. Что же касается вопросов экономики и политики, то в этих сферах, увы, как осёл.

В особенности меня поразила история с челночниками и их грузом, задержанным как мегаконтрабанда. Очевидно, что это попытка обязать мешочников платить налог. Налог этот не маленький. Суммы эти при закладывании в цену снижают их прибыли. Задирать цену нельзя. Фактически, Шевчук дал оплеуху собственному электорату – тем, кто на него больше всех надеялся. Не секрет, что многие челночники голосовали за него принципиально, осмысленно. Решение по арестам грузов рыночных торговцев было совершенно глупым и неэффективным.

Что было бы эффективным? Понятно, что стоит менять незаконные правила игры на границе. Но почему эту реформу должны оплачивать коммерсанты? Почему именно они? Они что, слишком круто нажились за эти 20 лет? Или, может быть, у них повысится от этого настроение, и они решат работать бесплатно? Приднестровье не производит столько качественной одежды и обуви, чтобы удовлетворить интересы потребителя. Стоило вообще открыть беспошлинный ввоз этого вида товара до суммы в 5 000 долларов, к примеру. Это бы, наоборот, стимулировало приток сюда покупателей из Бессарабии.

То же самое касается и других товарных групп, которые не производятся в Приднестровье. Нужно разрешить для них беспошлинный ввоз. А в нынешней ситуации – люди и без того с большой неохотой покупают что-либо здесь. Это значит, что оживится приграничная зона, рынок в Кучургане, люди поедут на 7-й километр и в бутики, так что идеей обложить дополнительным налогом мелких лавочников Шевчук, скорее, навредил себе.

Другая тема – оффшорный сбор. О нем говорят многие. Это удар по внешним инвестициям, удар по доверию. Желание собирать больше налогов понятно. Не понятно, как при этом можно возлагать надежды на чье-либо желание вкладывать в ПМР собственные деньги? И, может быть, стоит подумать над тем, что жить нужно по средствам? Может, стоит поджать госаппарат? Быть поаккуратнее с российскими деньгами, коли уж Приднестровье привыкло к этому наркотику.

Ещё можно было бы посмотреть, сколько занято людей на госслужбе, и может ли позволить себе это бюджет.

У Приднестровья серьезные проблемы с привлечением внешних инвестиций. Если Евгений Шевчук не решит эту проблему – не обеспечит защиту прав собственности, независимость арбитража, – значит на посту главы ПМР он зря ест свой хлеб. Стоит также подумать не только о своей судебной системе, но и о её подключении к международным инстанциям, чтобы любой инвестор понимал, что над местным судом есть ещё какой-либо суд, который защитит его права, в случае если местные власти учудят безобразия. Этот вопрос может решаться в ходе переговоров с молдавскими властями, с европейцами.

Касаясь внутренней политической и медийной площадки, государству следует избавляться от неэффективных активов, они лишь пожирают ресурсы. Речь идет, в частности, о государственных СМИ. Понятно желание команды президента иметь свою трибуну и бесплатную PR-команду, но это желание допустимо там, где правят недемократические режимы. Эти СМИ должны быть приватизированы, а уже читатель и зритель пусть сам решает, кто более достоин внимания. В Швеции существует система государственных дотаций для прессы. Обязательным условием является, кстати, отнюдь не политическая лояльность, а высокий тираж издания, большое число читателей – в этом случае государство помогает, там оно обязано помогать. Но пока Приднестровье не имеет средств, чтобы позволить себе даже такие подходы.

В политической и медийной плоскости Евгений Шевчук полностью повторяет линию предыдущего руководства. Надеется на свои общественные организации, пытается строить свою собственную, политическую правящую партию, и узурпирует медийное пространство в интересах исполнительной власти.

Система исполнения наказаний в Приднестровье не соответствует современным требованиям. Тюрьмы в Приднестровье такие же, как в самых жутких, зловещих уголках планеты. Тюрьмы, как и общественные туалеты, и кладбища, – это лицо правящей элиты государства. В Тирасполе – и тюрьмы и кладбища – это позор властей, а об общественных туалетах лучше вообще помолчать.

В части, касающейся гражданских прав, предметом разговора на международных площадках могут являться обязательства властей Приднестровья исполнять решения ЕСПЧ. Механизм, опять же, выработать вполне возможно, этот вопрос принципиальный, демонстрирующий цивилизованность. Право приднестровцев обращаться в ЕСПЧ, и иметь возможность защитить свои права за пределами юрисдикции Приднестровья – это необходимый аксессуар, которым обладают россияне, украинцы и много кто ещё. Приднестровцы ничем не хуже.

Общий итог 100 дней – в отдельных сферах есть успехи, но в целом могло быть и лучше.

 

Приднестровье. Ослиные уши новой власти

РИА "Днестр", дата публикации: 13 апреля, 2012.

100 дней Евгения Шевчука. Агония режима и иные трансграничные явления.

Обсуждая итоги смены власти в Приднестровье, нельзя не обратить внимание на два, воистину, булгаковских явления народу. Два топовых персонажа ста дней президентства Шевчука. Первое – это глава КГБ ПМР Финагин и второе – глава правительства Степанов.

Про первого, то есть про нового главу безопасности, уже казалось бы все забыли. Его многолетней давности отставка в Дубоссарах была отнюдь не столь почетной, как этот господин намёками обозначил в своем первом обширном интервью госканалу.

Казалось бы, чем ещё можно было так унизить личный состав министерства, чтобы вызвать шквал из многих и многих десятков рапортов на увольнение? Шевчуку этим назначением удалось то, что он задумал. Перспективу служить под этим новым господином значительная часть офицеров руководящего звена посчитали для себя личным позором. Почему? Может быть, по одной лишь той причине, что данный господин и вся его подноготная были известны им в силу специфики работы задолго до решения Шевчука назначить его на этот пост? Возможно, в следующем телеинтервью господин Финагин покажет приднестровцам свои ладони. Нет ли там незаживающих волдырей? Не обжигают ли ему их ручки на входных дверях? Сколь удобно кресло? Как письменный стол? Понимает ли он всю анекдотичность, всю нелепость своего нахождения в этом здании?

Что же до интервью ТВ ПМР, то Владислав Финагин проявил свою компетентность во всей «красе» совкового убожества, когда зачастую на ответственную работу назначали партаппаратчиков. За одну лишь преданность.

Из интервью Финагина можно было узнать, что самая главная угроза Приднестровью – нет, это не нищета для одних и ранчо для других. Не заграничные вояжи при пустом бюджете. Главная угроза – это Интернет-сайты, не подконтрольные властям, там, где, как выразился этот нелепый господин, публикуют «негатив на власть».

От него же мы узнали, что, оказывается, в западных странах власти решительно ведут борьбу с сайтами, где «негатив на власть». И политические преследования для этих стран – «нормальный процесс». Быть может, у нового главы спецслужб ПМР сложности с географией, и он попутал стороны света? Или обчитался леворадикальной прессы про загнивающую западную буржуазию?

В общем, в Финагине есть что-то чересчур позднее «советское». Сколь пафосное, столь же зловещее, старомодное и некомпетентное. Потому что бороться с сайтами – для спецслужб позорнее этого занятия придумать сложно. Слишком уж примитивное, не опасное и нелепое занятие. Не помню подобных историй по западным источникам. И коль глава КГБ более всех тем на свете интересуется ограничением свободы Интернета, – ну что тут добавить. Это само по себе говорит о многом. О нём. О лице власти в целом. И о её ушах. Увы, в достаточной степени ослиных.

Не хочется обижать невинное животное, оно, честное слово, не виновато в своих природных качествах.

Бороться с Интернет-сайтами совершенно безопасное и приятное занятие, правда безуспешное. Но можно, наверное, хотя бы порассуждать на камеру об этом. Чего не сделаешь, например, касаясь реальных актов терроризма, как подрыва лестничной площадки и входных дверей в квартире экс-министра госбезопасности Антюфеева. Сложно, наверное, выяснить, каким образом оказалась за 5 минут до взрыва выключенной видеокамера, которая вполне бы могла зафиксировать диверсантов. Камера эта, замечу, ведомственная. Картинка шла в офис ПРБ, который к тому времени уже перешел под контроль новой власти. Надо понимать, отключали уже «новые»? И как дела с расследованием, господин Финагин? Накопали что-нибудь, или исполняете какое-нибудь постыдное поручение в связи с данным делом? Или всё некогда, сайты «вражеские» читаете с утра до ночи?

Следующее феноменальное явление – глава правительства ПМР. Пётр Степанов.

Весьма добрый с виду человек, ни капли харизмы, скромный и тихий, словно вышедший из гоголевской «Шинели». Скромность, правда, мгновенно пропадает, когда приходится говорить о сокровенном. О том, какой представляет себе республику будущего этот новый персонаж приднестровского политландшафта. А представляет он себе республику и власть, как следует из последних инициатив, – по прототипу Беларуси. И её «бацьки». Такую себе. Жесткую к «акулам коммерции». И вообще ко всему. Почти что с грозными усами, суровым холодным рыком и кулаком по столу. Такое вот странное несовпадение образа самого премьера с воплощаемой при его содействии в жизнь стратегией развития республики.

Вместо маленькой «русской Швейцарии» Степанов и его правительство строят в ПМР такого мелкотравчатого, но весьма озлобленного монстра – недобеларусь. Поскольку Беларусь – хотя бы признанная страна, и позволить себе может много чего. Её счета, по крайней мере, не считаются мировым сообществом счетами региона с репутацией «black hole». Т.е. «черной дыры».

Что-то не слышно на этом фоне от властей ПМР о значительных успехах в привлечении иностранных инвестиций. Конечно. Кому придет в голову вкладывать в недобеларусь, когда есть как минимум Беларусь? И вообще много всяких, более приветливых для капитала мест. Про внешние инвестиции – не слыхать. Однако слышно, как щиплют мелкую рыбёшку таможенники. Щиплют тех, кто носками торгует и прочей мелочевкой. Вот, к примеру, один такой молодой, любящий раздавать интервью на местном телеканале таможенник, гордо хвастается, как арестовал контрабандный груз у проклятого спекулянта. Аж на целую одну тысячу четыреста долларов! Успехи! Успехи нового руководства ГТК! Проходит немного времени – буквально пару дней – и таможенник покупает в семью свеженький японский джип. Новая метла. По-новому метёт. В соответствии с ветром ранее заявленных «перемен» от Шевчука!

Но, вернёмся к нашему гоголевскому персонажу. Что мы слышим от него в последнее время? Точно! Про газ!!! Который приднестровская власть чуть ли не задарма даёт российским гигантам – ММЗ и Молдавской ГРЭС! А они, дескать, неблагодарные. Ведь им… «Целых семь комнат хотели оставить…».

Дают им, значит, газ!

Правда мсье премьер Степанов не уточняет, где он этот газ собирает. Даже постыжусь дополнительно выспрашивать, откуда у него этот самый газ, который ПМР щедро чуть ли не нашару отдаёт ММЗ и ГРЭС? В каком заведении Степанов этот газ производит? И как он потом попадает в трубу? Я-то, наивный, раньше думал, что из РФ.

И вновь ползут, ползут из арсенала новой власти, из-под золочёной рамки презентационных роликов, длинные ослиные уши. Осёл, похоже, в новом политическом сезоне, в Приднестровье весьма популярное животное.

Кстати…

Опыт с «оффшорным сбором» тоже из арсенала «бацьки»…

Не хватает для полной комплекции «недобеларуси» ещё арестовать пару слесарей где-нибудь в Каменке, за взрыв в подъезде Антюфеева. И расстрелять их побыстрей, попутно уничтожая улики. Тогда будет очень похоже. Лозунг подсказать? Без проблем! «Смерть бешеным собакам!». Ещё можно добавить, что именно эти слесари беспробудно звонили с угрозами на личные телефоны Евгения Васильевича Шевчука. Пугали, как сообщала тревожно пресс-служба президента ПМР некоторое время назад. Отвлекали ото сна августейшую персону. И на молдавскую, и на украинскую трубку, наверное. Везде звонили, окаянные. И за это им – вторую смертную казнь! Расстрелять ещё раз! А как же?

И, главное, лозунг Шевчука – «Порядок будет!» – тоже смахивает на «бацькины» политические перфомансы. Люмпены любят такое убожество. Может это способ ведения холодной войны с Молдовой? Чтобы там политики и половина населения порвали животы и умерли от смеха, наблюдая за тем, что происходит в Тирасполе?

Смотришь на всё это бесстыдство, и выходит, что на этом фоне Смирнов с Антюфеевым выглядят чуть ли не заморскими лордами, случайно свалившимися на 20 лет в приднестровскую реальность. Период романтики закончился. Реальность и обыденность их выплюнула, как нечто инородное. И выбрала, в конце концов, по своему подобию новый символ будущего – ослиные уши. «Порядок будет!».

Конечно, у старой власти хватало консерватизма, советских лозунгов и взглядов. Но руки они как-то старались не пачкать, вид имели весьма солидный, не колхозные, в общем, пареньки из-под куста. И глупости говорили не часто, а делали – так уж точно, на порядок реже. Хаяли их вдоль и поперёк. Поливали и в газетах, и на сайтах, и на кухнях, и на демонстрациях…

Быть может, был бы цел СССР – Смирнов бы сейчас был на пенсии где-нибудь в Сочи, поруководив ещё одним каким-нибудь заводом. Антюфеев бы отдыхал где-нибудь в Юрмале, на холодном песке Балтики, после службы в уголовном розыске… Это я к тому, что некоторые нынешние деятели новой приднестровской «элиты», будь жив СССР, весьма вероятно, поправляли б своё бесценное здоровье разве что где-нибудь в ближайшем ЛТП.

Новая власть за 100 дней умудрилась сделать больше зла для республики, чем вся пропаганда Республики Молдова за 20 лет.

Есть вещи, пострашнее и разрушительнее пропаганды оппонентов – собственное ослиное невежество.

Новая власть сделала всё, чтобы Молдову люди в ПМР воспринимали как вполне себе цивилизованную страну. С каким-никаким, но приличным на вид президентом, настоящими партиями, конкурентными политиками, свободой слова и другими свободами на первых строчках в рейтингах по Восточной Европе.

Может смысл был в том, что после этих «бацькиных» опытов от Финагина, Степанова и их начальника Шевчука приднестровцы должны взвыть и хором закричать «не хотим больше этого маразма, хотим в Молдову, хотим в Европу?». Может в этом был смысл прихода к власти Шевчука и его ста дней? Чтобы люди ужаснулись?

Может ради этой цели у власти на заднем плане всех этих декораций, назначений, званий, и прочей мишуры, – выглядывают огромных, неподобающих размеров ослиные уши? Или, быть может, уши мёртвого осла, – это всё, что приготовила новая власть с неприветливым взглядом «бацьки» для приднестровцев?

Неплохо было бы услышать на этот счёт честные разъяснения от господина Шевчука. Ибо ослиные уши новой власти взывают к весьма прискорбным размышлениям и ассоциациям.

 

Технология авторитаризма в Приднестровье и дорога к будущему

РИА "Днестр", дата публикации: 24 апреля, 2012.

 

 

Стенограмма видеопередачи

В силу определенных причин я позднее расскажу о том, почему я в данный момент нахожусь в Российской Федерации, а не в Приднестровье. Но сегодня мне хотелось прочитать что-то вроде маленькой лекции. Лекции, посвещенной технологии власти. Проблема Приднестровья сегодня заключается в отсутствии должной технологии. То, что наблюдает сегодня республика, не является высококачественной, классной технологией, из тех, которые работают в современном мире.

Сегодня в тех странах, которые могут являться примером для Приднестровья, существуют такие модели, которые позволяют эффективно развиваться и экономике, и политической сфере, и социальным институтам государства. В Приднестровье и то, и другое, и третье – являются сегодня ущербными, и продолжают деградировать. Эту тенденцию не изменили результаты президентских выборов. Скорее можно говорить об усугублении тех проблем, которые накапливались в течение последних двадцати лет.

Все мы должны понимать, что современная технология власти не предусматривает и не может предусматривать приход на должности фаворитов, фавориток, девочек из прошлого, потенциальных клиентов наркологических и алкодиспансеров. Современная технология власти привлекает людей вне зависимости от их убеждений, согласно их квалификации. То, что строится сегодня в Приднестровье, – это убогое подобие северокорейского пути. Пусть это не сопровождается обществом зелёных рубашек, поголовными лозунгами и слезами по поводу вождя, наиболее прогрессивного лидера мирового масштаба. Но нечто подобное, со своими нюансами, пытается строить сегодня в Приднестровье нынешняя власть. Эта ущербная модель – она противоречит не только европейским принципам, – она противоречит тому пути, по которому идёт сегодня Российская Федерация, та страна, равнение на которую декларируют приднестровские современные так называемые политики, и так называемые элиты.

Что необходимо для того, чтобы Приднестровье успешно развивалось?

Нужна эта самая, современная технология. Технология, которая отвечает самым жестким требованиям внешних инвесторов. Это ключевая задача для приднестровских властей – привлечение внешних инвестиций. Для того чтобы эта задача решалась, не делается ровным счётом ничего. Что необходимо? Необходимо построение прозрачной политической модели. Исключающей какой бы то ни было однопартийной системы, того, о чём в последнее время часто говорят в кулуарах приднестровские лидеры.

Несмотря на то, что я нахожусь на определенном удалении от Приднестровья, мне поступает крайне негативная информация о тех процессах, которые идут в политической сфере республики. Существуют политические преследования. Существует серьёзный накат на независимые партии, на партии, которые независимы от нынешнего правящего клана. К числу подобных инцидентов я могу отнести очередной веер проблем, которые испытывает партия «ПРОРЫВ!». Одна из политических партий Приднестровья. Я не буду говорить, что она хуже или лучше, чем другие, но объективности ради следует отметить, что те явления, которые происходят со стороны силовых структур республики в отношении этой партии уже после президентских выборов, – они не отвечают ни логике тех устремлений, которые исповедовал господин президент Приднестровской Молдавской Республики, ни каким бы то ни было международным критериям.

Можно поговорить и о том, что партийность в целом в Приднестровье не развивается. Она продолжает деградировать и маргинализироваться. Мы видим, что существуют отдельные независимые личности, которые пытаются доносить свою правду до аудитории. Нынешним властям эта ситуация крайне не нравится. Они предпринимают определенный комплекс мер для того, чтобы права и свободы в республике продолжали находиться на низком уровне, и даже более низком уровне, чем был раньше, в период правления Игоря Смирнова.

Сегодня многие политические активисты в республике вспоминают те времена, и говорят о том, что при Смирнове, при всех нюансах, при всём советизме, политических свобод всё-таки было больше. Я не говорю, что прошлое было идеальным. Я говорю, что любая смена власти, она должна способствовать развитию, она должна способствовать увеличению открытости системы. Этого в сегодняшнем Приднестровье не происходит. Это страшные вещи. Потому, что на таких критериях как права и свободы человека строится желание людей жить в том месте, где они живут. Там, где права и свободы нарушаются, люди не живут. Там остаются солдаты, пенсионеры, кто угодно – там не остаются трудовые ресурсы, и туда никогда не приходят инвесторы, внешние экономические агенты. Они избегают таких мест. В мире много регионов, где неплохо работают финансы, где есть трудовые ресурсы, где комфортно чувствует себя капитал. К сожалению, приднестровские власти сегодня делают всё для того, чтобы Приднестровье по-прежнему оставалось закрытым не только для каких-либо политиков, но в первую очередь для экономических агентов.

У меня создается такое ощущение, что есть некая ревность, люди, которые пришли к власти, они настолько боятся её потерять, они настолько дорожат тем статусом, который они приобрели, что они готовы вытоптать всё вокруг себя. Они готовы дискредитировать любые государственные институты, которые могут тем, или иным образом отсвечивать в более выгодном свете на их фоне. Следует отметить те процессы, которые происходили в отношении силовых структур республики. Следует отметить те процессы, которые происходят сегодня в бизнес-среде, каким образом происходят назначения глав администраций, кто попадает на эти должности. Мы наблюдаем эпоху, когда вместо борьбы с политической коррупцией, о которой говорил Евгений Шевчук, мы наблюдаем процессы, которые можно назвать политической проституцией, и чем-то ещё подобным, не очень позитивным. К сожалению, политическую коррупцию не удалось победить сегодня во многих европейских странах. Она присутствует как негативное явление в бедных странах Восточной Европы, в тех, которые не отвечают самым передовым стандартам в Италии, в некоторых других странах, в Румынии, – эта проблема не может решиться за один день. И когда нам какой-то «волшебник», какой-то политик говорит о том, что он способен решить эту проблему – это абсурд. Эта проблема решается системно. В первую очередь она лежит в экономической плоскости, в развитии бизнеса, в развитии экономических агентов. Когда появляется зелёный свет для инвестиций, когда появляются нормальные условия для предпринимателей – не для своих, не для членов своего политического клана.

Сегодня мы наблюдаем, как нынешний глава Приднестровья пытается сформировать свой собственный политико-экономический клан, вышвырнуть всех остальных, и чтобы эти процессы каким-то образом развивались очень похоже на то, что было в течение 20 лет, но с молодым лицом и с более жестким репрессивным механизмом. Эта ущербная ситуация может привести к тому, что сами люди просто скажут в определенный момент – «люди, перестаньте заниматься ерундой, идите уже тогда в Молдову, идите договаривайтесь с политиками Молдовы, для того, чтобы хотя бы на этой территории действовали какие-то международные законы в области прав человека». Я не понимаю, возможно именно этого добиваются нынешние лидеры Приднестровья, чтобы собственное население окончательно утратило веру в Приднестровье как в проект, как в проект республики, как в проект некой сущности, вне зависимости от статуса. И нынешняя власть размывает эту веру. Мне бы хотелось, чтобы те, кто может быть услышали мое обращение, они сделали для себя определенные выводы. Не нужно поддаваться на уловки новой Системы. На то, что когда она показывает некий молодой лоск, это означает, что она обязательно перспективная. Когда приходил фашизм, он тоже выглядел очень молодо. Когда в Германии побеждали первые отряды нацистских штурмовиков, это выглядело тоже как нечто прогрессивное. Но за этим инакомыслящие, люди сомневающиеся, всегда видели, что выстраивается страшная тоталитарная машина. То, что мы наблюдаем сегодня в Приднестровье, – это не соотносится ни с демократическими, ни с христианскими, ни с любыми прогрессивными ценностями. Поэтому мне бы хотелось, чтобы политические силы Приднестровья, объединившись в какие угодно форматы, в какие угодно союзы, пусть временного характера, пусть эти все партии, понятно, у каждого разные убеждения, и партий должно быть много, какие угодно партии, – но в данный момент все эти партии, все эти политические группы, – они должны придерживаться единых принципов. Принципов, означающих – без демократии нет будущего, без прав человека в Приднестровье нет будущего, без свободной экономики, без развязанных рук предпринимателям, малому и среднему бизнесу нет будущего у Приднестровья, вообще как любого субъекта – пусть очень суверенного, пусть средне суверенного, пусть совсем чуть-чуть суверенного, для кого-то. Но не будет никакого будущего.

И поэтому следует разработать некую единую, общую модель поведения, модель противостояния вот этой надвигающейся угрозе. Угрозе, от которой в результате пострадают все.

Необходимо задуматься о том, чтобы Приднестровье каким-то образом было подключено к Европейской правовой системе – к Европейскому Суду по Правам Человека. Через российские ворота, через украинские, через ворота может быть какой-то группы представителей трёх-пяти государств, но каким-то образом над Приднестровьем должны быть ещё какие-либо международные законы. Должен работать международный арбитраж. Как только люди получат вот этот вот международный зонтик, который имеют граждане России в России, граждане Украины в Украине – уже тогда станет легче. Уже тогда будет легче противостоять вот этой вот Системе будущего авторитаризма. Который может не просто поглотить Приднестровье – он может просто превратить эту землю в пустыню.

Я обращаюсь к политическим силам, чтобы лидеры подумали об этом предложении. Чтобы выработали какую-то программу действий. Я не претендую на какие-то роли во всех этих механизмах. В Приднестровье достаточно грамотных, умных, просвещённых людей, прогрессивных людей. Мне бы хотелось, чтобы этих людей было больше во власти. И для этого они должны убрать это посмешище, которое мы сегодня наблюдаем, эту нынешнюю политическую псевдоэлиту. Она должна уйти.

 

 

"Мы не дадим поблажки властям ПМР. Не дадим себя арестовать"

РИА "Днестр", дата публикации: 29 апреля, 2012.

Cтенограмма видеопередачи от 28.04.2012

Настало время рассказать о тех причинах, по которым нам пришлось экстренно покинуть Приднестровье в апреле месяце. Произошло это 11 апреля, накануне Пасхи. Предполагалось, что мы пробудем там значительно дольше, останемся отмечать пасхальные праздники, но нам пришлось уехать гораздо раньше.

Мы 11 апреля находились в Лечгородке, навещали одного из наших родственников, раздался телефонный звонок, и мне по-дружески передали информацию, которая склонила к определенным действиям в этом направлении. Информация касалась планов по мне со стороны приднестровских властей. В результате в течение где-то получаса я выехал за пределы республики, жена выехала несколько позже, собрала вещи, там тоже был довольно-таки странный инцидент. Кто-то пытался ломиться в дверь квартиры, когда они собирали вещи, потом эти люди ушли. Возможно им уже сообщили о том, что я выехал, их планы на какие-то «перехваты» не оправдались. Поэтому она тоже спокойно достаточно смогла покинуть республику, и 11 апреля мы полностью уехали.

Что послужило причиной к этим событиям?

Буквально на следующий день после того, как мы приехали в Тирасполь, я утром написал статью, в которой были оценочные суждения по поводу деятельности нынешнего президента республики – господина Шевчука. Там за какие-то отдельные вещи я его наградил комплиментом, сказал, что он в этом случае поступил "как лев", а вот в этих случаях он, соответственно, поступил "как осёл". Вот сама эта фраза, последняя фраза, и послужила поводом. Прошло аппаратное совещание, на котором было принято решение, что появилась довольно таки серьёзная зацепка, на основании которой можно предъявлять в отношении меня уголовные обвинения по факту клеветы, и так далее. То есть, я «оклеветал» президента, сказав, что он поступает как осёл в сфере экономики. Это была «клевета», и с точки зрения правоохранительных органов, в частности речь идёт о КГБ ПМР. Это новая структура, которая пришла на смену МГБ ПМР, ей руководит господин Финагин, это человек, в уме которого и рождаются все эти категории, наверное, – по поводу «ослов», «оскорблений», и всего остального. И было принято решение – вовлечь меня в определенные уголовные процедуры, довольно-таки неприятные. С учётом тех проблем, которые пережил художник-декоратор центра «Победа» Дмитрий Гасаненко, который полгода провёл в тюрьме по совершенно непонятным причинам, там сломали просто парня. Выглядело это совершенно ужасно. Конечно, мы оперативно приняли решение – не дожидаться подобных инцидентов, прекрасно зная нравы этой публики. И, судя по тому, что кто-то всё-таки ломился в дверь нашей квартиры, где мы проживали, наверное это было сделано не зря. Спустя время также мы узнали о том, что в отношении меня предпринимаются некоторые меры, в том числе введение моей фамилии в список лиц, которые могут быть задержаны на границе Приднестровья. Вся эта информация к нам поступила довольно таки оперативно, быстро, из самого ближайшего окружения нынешнего президента. У Шевчука в окружении много людей, которые не вполне понимают, что происходит, и эта вот деятельность в отношении Интернет-СМИ, когда КГБ ПМР основным своим занятием выбрало преследование независимых Интернет-издателей, независимых журналистов в Интернет-среде, не у всех это вызывает одобрительные эмоции. Разумеется, вся эта информация в дальнейшем находила подтверждение и из ряда других источников. В нынешний момент, конечно же, мы находимся за пределами республики, и в ближайшем будущем, пока существует эта ситуация, скорее всего мы не дадим такой поблажки этим господам, не дадим возможности себя арестовать и тем самым приостановить деятельность нашего агентства.

В свою очередь хочется отметить, что люди, которые идут по такому скользкому пути как преследования журналистов, как репрессии в отношении независимых Интернет-СМИ, – эти люди сами сознательно себя дискредитируют. Они дискредитируют республику, они дискредитируют и главу этой республики, все эти моменты самым негативным образом отражаются на репутации Приднестровья в том виде, в котором оно сегодня существует, уже после выборов. Я знаю, что люди, которые пришли к власти, они очень пекутся о репутации, по крайней мере на словах, они постоянно декларируют приверженность определенным ценностям. Ну, сам по себе данный случай, он проявляет ситуацию, что на самом деле ценности у них несколько иного свойства. Это ценности авторитарного общества, в котором не существует политических прав и свобод, в котором преследуются политические партии, преследуются независимые СМИ. И каждый здравомыслящий человек должен предпринимать любые усилия, которые возможны, для того, чтобы предотвратить дальнейшее сползание этой ситуации вот в такую правовую бездну, в авторитарный коллапс.

Я думаю, что происходящее с нами – это очередной повод задуматься властям тех государств, которые пытаются каким-то образом увидеть что-то человеческое в нынешних приднестровских ключевых политиках. Я думаю, что необходимо применять какие-либо воспитательные меры. Может быть объяснять, может быть отправить их поучиться куда-нибудь, для того, чтобы они поняли, что такое гражданские права и свободы, что такое международное законодательство, что они в свою очередь сами могут оказаться под давлением этого международного законодательства за какие-либо неправомерные действия.

Со своей стороны хочется отметить, что ресурс, я думаю, будет и дальше работать. Никакие провокации против нас не остановят развитие демократических тенденций в Приднестровской Молдавской Республике. И я думаю, в будущем у людей останется право выбора, останутся возможности, люди сами будут проявлять инициативу, будут проявлять интерес к тому, чтобы гражданские свободы в Приднестровье развивались, укреплялись, и исключались случаи, подобные Гасаненко, и случаи, подобные инциденту с нами. Спасибо.

 

«Дой пацань» на берегах Днестра

РИА "Днестр", дата публикации: 7 мая, 2012.

 

Политика пацанских понятий Молдовы и Приднестровья.

Если сложить годы, прожитые мной в Молдавской ССР и в Приднестровье, получится 25 лет. С 4 до 19, и с 28 до 38. Вероятность того, что в Тирасполе мне не придется появляться теперь довольно долго, – велика. Поблагодарить за это следует отдельно господина Финагина, нынешнего начальника КГБ ПМР, который по всему городу носится с фееричной идеей заговора, частью которого, якобы, я оказался через свои родственные связи. Страшного заговора против Шевчука. Заговора против республики, и, наверное, лично Финагина. Как теперь знать, может и Финагин – потенциальная жертва моего «заговора».

Конспирологи утверждают, что настоящий заговор начинается в тот самый миг, когда кто-нибудь первый произнесёт само слово – «заговор»…

Финагину, наверное, очень скучно, и хочется ордена. Или хотя бы заслуженного звания…

Но и не только.

Этих суетливых людей одолевает страх. И желание возвыситься над другими. Патологический страх утраты роскошных кресел, кабинетов, высоких званий, баров с французскими коньяками…

Всего того, чего никогда не имел я, и к чему никогда не стремился.

Шевчук, в прошлом следователь, или кем он там был в их иерархии кокарды, околыша, и распиханных по карманам мятых денежек, – наверное с блаженной физиономией уже представлял себе, как посидев полгода-год без допросов, на тюремных харчах, я начну каяться на телекамеру. С лампочкой в лицо, как недавно приднестровцам показывали украинца Гасаненко. Который полгода посидел в тюрьме за предвыборные листовки про Евгения Шевчука и ранчо с жеребцами.

Интересно, кто именно подал грандиозную идею зацепиться за мою цитату о том, что Шевчук в экономике ведёт себя «как осёл»? Кто именно решил прицепиться к «ослу»? Финагин или сам Шевчук? Почему они уверены, что «осёл» – это оскорбление? Почему сравнение с какой-либо персоной – это не оскорбление самого осла? По мне, – так скорее у милейшего животного масса поводов обращаться в органы с жалобой. Уж оно точно ничем не провинилось. И что, господин Финагин, на Вашей зоне я должен был по планам, «за осла ответить»? Как среди пацанов принято? Так что ли?

Инструктируя своих архаровцев, Финагин, вероятно, улыбался и потирал ладошки. По поводу того, что ещё одна «страшная угроза» госбезопасности в виде оппозиционного сайта, загнётся таки наконец, и люди о нём забудут, перебравшись на укромные форумы – без политики, про овощи, похудение и разницу во вкусах вина и коньяка.

Поздновато они перекрыли границу тогда, 11 апреля. Думали, наверное, как же ж, Пасха скоро, куда он денется…

Как-то этот инцидент прошел совершенно мимо молдавских СМИ, молдавских политиков. Им недосуг.

Все эти господа вроде Филата так влюблены в нынешнюю приднестровскую власть, так нежны с нею, что боятся, как бы не лопнула, не порвалась пуповина. Детёныш правда умом не удался, но ножками стучит что надо… Резвый… Как дитя, так и его молдавские духовные родители, хмуро лавируют между «нашими» и «ненашими», обещая Европе евроинтеграцию, а России намекая на Таможенный союз.

Филат и Шевчук. Такая вот двухголовая сущность. «Дой пацань». Один разводит руками и прячет глаза, морщит лобик, по-пацански вещая гнусаво о европейских ценностях, другой рассуждает о Таможенном союзе и своей готовности куда-нибудь вступить, глотая гласные. Слова ведь, действительно, ничего не стоят…

Пацаны решают свои вопросы. Пацаны разводят и Европу, и Россию, и США, и даже готовы что-нибудь пообещать Китаю… Мало ли… А вдруг и там отвалится…

Политика пацанских понятий в захудалом углу СНГ.

То, что перед ними пацаны с большой дороги, – прекрасно осознают и в Европе, и в США, и в России. Но выбор невелик. Приходится иметь дела с пацанами, ведь других-то на поляне не видать, либо их позиции не столь внушительны…

Повестка дня всех «пацанов» в зоне конфликта вполне конкретна, конкретней не бывает. Развести как можно больше клиентов, и попилить как можно больше «тем».

Не случайно пацаны с большой неохотцей встревают в любые разговоры на тему политических прав и свобод. Не зря глушатся любые попытки отдельных энтузиастов раскрыть обществу глаза на унылую реальность.

В Молдове – вроде есть Альянс за евроинтеграцию. Но слишком мало реальной евроинтеграции. Зато слишком много пацанских разговоров. На фоне всепобеждающей нищеты.

В Приднестровье – говорят о репутации республики, которую, дескать, обрушают немецкие тележурналисты, но пацаны то на автомобилях по центру города проедут на скорости 120 км в час, сбивая светофоры, то на катерах покатаются по пьяни, то формуляры разошлют в СМИ с предложением добровольно стучать в КГБ, раз уж государство платит зарплату… Пацаны живут обычной пацанской жизнью, и плевать им на репутацию… Пусть пресс-службы про неё думают…

Приднестровье и Молдова день ото дня всё более похожи друг на друга.

Уже скоро совсем не отличить будет.

И какая разница, у кого какая там графика, и на каком языке преимущественно общаются люди в учреждениях – на румынском, или на русском. На улице всё равно все знают русский и матерный. А политики и предприниматели на обоих берегах Днестра живут по общим понятиям. По пацанским. Не нравится? Выдавим, напугаем, поломаем… Какие вопросы? Решим любые!

Не случайно с пацанов более-менее образованные люди дико удивляются – и в Бухаресте, и в Москве. Воспринимают пацанов, как папуасов с бубнами. Чуждых приличному обществу бабуинов. И не помогают ни костюмы, ни дорогие часы, ни бронированный автотранспорт, ни эффектные девочки эскорта…

Вот какое-то время назад мировое сообщество масштабно радовалось решению проблем между Северным и Южным Суданами. Дескать, вот наконец, разделились, заживут как люди. Воевать не будут! Все, кто успел, собрал геополитические дивиденды и сорвал мировые аплодисменты. И что? Прошло немного времени – а там вновь война, кто-то кого-то режет и стреляет из Калашникова… Сопровождая свои «справедливые предъявы» монотонными заявлениями пресс-служб и высоких бонз.

Проблемы Приднестровья и Молдовы не решат ни объединение, ни разделение.

Ни одно, ни другое.

Эти проблемы решит смена системы координат. Удаление из политики пацанов и бывших милиционеров, которые в СНГ как-то уж слишком любят перенимать у своих подопечных зэков понятия, правила жизни, любовь к шансону, и даже лексику.

Нужны новые ценности. Ценности, по которым живут цивилизованные люди. Ни пацаны, ни бандерлоги, ни упыри. А нормальные люди.

В число этих ценностей в обязательном порядке входят баланс властей, независимость судов, независимость прокуратуры, политические и гражданские права, свобода слова и другие свободы. Там же – равные права вне зависимости от пола, религии и сексуальной ориентации, отсутствие государственной пропаганды, подключение к системе международного законодательства – к Европейскому суду по правам человека и к международному арбитражу.

За эти ценности обществом там, где эти ценности возведены в ранг государственной политики, была заплачена дорогая цена. Люди в различных уголках мира проливали кровь за эти ценности, жертвовали собой. Эти ценности – как автодорожный знак об опасности. Его ставят там, где были жертвы.

Пока люди не поймут, что это эти ценности им необходимы, а эти самые пацаны способны решать только свои вопросы, лишь от случая к случаю отвлекаясь на бесправное население, – ничего не изменится.

Ни в Молдове, ни в Приднестровье.

А для оболванивания и дискредитации своих оппонентов у пацанов, да, всегда найдется немного наличности и должностей – чтобы порадовать тех, кто готов с утра до ночи целовать следы знатных особей. Публично восхищаться, не замечая, как позор покрывает их седины. Чем дальше мы движемся – тем больше узнаём про способности наших старых знакомых, включая всевозможных профессоров – унизиться и переступать через принципы. А может их и не было вовсе, этих самых принципов у наших с вами знакомых… Может подлизывать за пацанами – это их карма, то, ради чего они пришли в этот бренный мир… Не знаю, может обо всём этом прочтет своим студентам когда-нибудь познавательную лекцию специалист Илья Галинский…

У меня часто спрашивают в письмах – когда людям будет хорошо в Приднестровье и Молдавии?

Это, действительно, тяжелый вопрос. В Молдавии мало принципиальных политиков. В Тирасполе их тоже не очень много. Но самое проблемное – не малочисленность этой группы, а то, что в обществе отсутствует спрос на принципы, и на защиту того, что для людей по-настоящему важно. И не только пропагандисты в этом виноваты.

Пока люди не поймут, что им нужно защищать ценности цивилизованного общества, на обоих берегах Днестра до конца времён будут править «Дой пацань». Два пацана. И совсем не важно, какие у них будут фамилии.

 

Плюшевые наследники Совка

РИА "Днестр", дата публикации: 13 мая, 2012.

 

Я нахожусь за многие сотни километров от Тирасполя. Благодаря современным коммуникациям, не трудно получать подлинную информацию обо всём, что творится в Приднестровье, да и в Молдове, – так что всегда есть, что обсудить.

Надолго в памяти приднестровцев сохранится визит в Приднестровье американского аналитика Генри Хейла. После беседы с робким, как агнец, Шевчуком, Хейл отпустил даже пару комплиментов, отметив наличие в ПМР политической конкуренции.

Понятное дело, вежливый американский гость, инспектируя заморскую зверушку, имел в виду прошедшие в декабре президентские выборы. Хотя где она была, конкуренция? Что, Сафонов имел равные с другими кандидатами возможности на гостелеканале и других площадках? Соин имел админресурс, сопоставимый с теми «подвязами», которые были у Шевчука? Сафонова с Соиным вообще несколько раз пытались прокатить с самим фактом участия в тех выборах. За активистами «прорывовцев» вообще велась охота, просмирновские хунвейбины располагали палатки для «народного осуждения» Соина, а сотрудники МВД яростно бегали в погоне за расклейщиками листовок против Шевчука. Какие уж равные выборы, мистер Хейл? Может быть Вам почудилось, или насмотревшись на магические веревочки на руке у Шевчука, заколдовались? Или это пары КВИНТа всему виной?

В прошедших выборах был административный фаворит – Смирнов. И Шевчук со своей массой солидарных втихушку знакомых по всем инстанциям – от ЦИК до сельских избиркомов, от верхушки МВД до целых отраслей. Вроде народного образования, где в пользу Шевчука работали госслужащие, с которыми он потом добросовестно расплачивался регалиями.

Так что, мистер Хейл, одобрительные Ваши рассуждения о приднестровской демократии и конкуренции, это наивные бредни. Из той же серии, как и прогнозы Ваших коллег по убийству Путина в 2008 году, под которыми стоит и Ваша, мистер Хейл, фамилия.

Почудиться может всякое. Другое дело, что в мире крупных геополитических игроков каждый нахваливает только ту демократию, которая отвечает интересам родного правительства.

Исходя из подобной логики, деятельность Евгения Шевчука в Приднестровье отвечает интересам правительства США. Ничего страшного в этих интересах нет. Ни крови, ни массового избиения младенцев. Интересы правительства США заключаются в объединении Республики Молдова в единое целое. В этом правительство США видит залог стабильности в регионе, гарантию нераспространения оружия и нелегального трафика людских ресурсов. Но главное в чём соответствует поведение Шевчука позиции правительства США – в том, что Приднестровье решительно и бесповоротно движется по пути самоликвидации и быстрого сваливания в Молдову, к тому ж на крайне невыгодных условиях. И Шевчук в этих вопросах как нельзя хорош. При других фигурах это движение было бы не столь очевидно.

Вот возьмём и представим себе молдо-приднестровскую «унире».

Шевчук «хорош» американцам тем, что он благодаря своим слабым личным качествам вписывается в когорту политиков Республики Молдова даже не «второго», а «третьего» ряда. Смирнов был бы среди молдаван тяжеловесом, Сафонов гармонично толкался бы локтями где-то между Лупу и Гимпу, Соин – между тамошними партфункционерами в ранге министров от партий АЕИ, а Шевчук… Шевчук по молдавским меркам находится не просто ниже Формузала. Ниже плинтуса. По интеллектуальным качествам – ниже Юрие Рошки, по административным – ниже Дорина Киртоакэ, по идеологическим и философским – ниже Марка Ткачука и Николае Дабижи. Такой лидер Приднестровья отвечает интересам Кишинева и Вашингтона по одной простой причине – он не способен значить в объединенной Молдове практически ничего. Нуль. Зеро.

Даже если это объединение будет идти не «де-юре», как того добивается Кишинев, а «де-факто», как идёт сегодня.

Думаю, американец-политолог, хоть и не силён в экономике, но с удовольствием послушал бессвязные бредни Шевчука про налоговую реформу.

В Приднестровье, как многие поняли, наконец, нашли панацею от всех бед. Кроить туда-сюда налоговое законодательство по конъюнктурным соображениям. Скажем, «сегодня неплохо зарабатывают сапожники – вдарим по сапожникам. Завтра босой народ побежит покупать пирожки – а мы придём собрать мзду к пирожникам».

Потом уже из разряда экономической смекалки – выклянчить из Москвы целевой кредит в десятки млн долларов на стабилизацию валютного рынка, а спустя месяц объявить корректировку курса рубля ПМР – заслугой родного правительства. И отчитаться в государственных СМИ на всю катушку. «Нет, неправда, это девочки наработали, это не россияне долларов нашару отвалили». Конечно, неправда. Девочки наработали.

Из того же разряда – объявить назначение Рогозина на соответствующую должность Кремлём личной заслугой Евгения Васильевича Шевчука. Это, как пишут государственные СМИ Приднестровья, – всё благодаря ему, родимому. Ежели б не Шевчук – не видать Рогозину толстого портфеля!

«Хороша моя подруга
и в постели горяча —
в этом личная заслуга
Леонида Ильича!

Мы сочли и площадь круга,
и поверхность кирпича —
это важная заслуга
Леонида Ильича!

На краю большого луга
хомячок е… грача —
эпохальная заслуга
всё того же Ильича!».

Самое «ценное», что новая власть Приднестровья решила по-прежнему культивировать, так сказать, по стопам предшественников, – это игры с советской ментальностью. Бабушки, действительно, не замечают резких перемен – новая власть всё с тем же упорством продолжает «традиции предков». Правда у новых лидеров – новые кумиры и новые памятники. Но суть, отмечу, – совершенно та же. Во всём. И в сфере искусства, и в прессе, и в политике, и в экономике.

Пресса как была «совковой», – так ей же и осталась. Государственные СМИ защищают интересы правящей верхушки, частные боятся лишний раз тронуть образ дражайшего. Отдельно хотелось бы сказать пару слов «журналистам» на государственной зарплате – не называйте себя так. Работники государственных СМИ – это не журналисты. Журналистика – это независимый взгляд, где представлен весь спектр мнений. Если вы работаете в государственных СМИ, – это нечто из разряда секретарши, пресс-службы. Вы просто – несколько десятков сотрудников пресс-службы Евгения Шевчука и исполнительной вертикали. Так было в Совдепии. Так есть сейчас в Приднестровье. К журналистике это ни малейшего отношения не имеет.

Власть привечает «своих» журналистов, власть привечает «своих» лизоблюдов-политологов, власть привечает тех, кто легко покупается на политтехнологические трюки. Что изменилось со времён Смирнова в этой сфере? То, что раньше все всё понимали, но Смирнов не стремился позиционировать себя прогрессивным, как нынешний правитель. Смирнов не изображал из себя демократа, и, по крайней мере, в этом не был клоуном. Он был человеком своего поколения, советского поколения, и не имел маску на лице. Этот же имеет маску – а внутри ещё более мрачный совок, чем Смирнов.

За всеми этими казусами не каждый заметит, как растёт пропасть недоверия между обществом и той самой властью.

Безбабченко, глава Тирасполя, запретил пикет «прорывовцев». Маленькая, казалось бы, деталь. Штришок лишь. Но точно так же, помню, в последнее время вёл себя по отношению к партиям экс-мэр Виктор Костырко.

Что, Безбабченко, выбранный и назначенный единолично Шевчуком, сам, «от балды» пикеты партий запрещает? Смешно, не правда ли… Кто в такое верит?

Что-то затормозился собственный политический проект Шевчука – партия «Возрождение», которая по идее должна была одобрять от имени народа все политические и экономические решения нового властителя ПМР. В том числе и неприятные, которых, как выясняется, не избежать. Вроде собирались, хлопали, вставали, чуть ли не туфли целовали, а проект пока закис. То ли денег жалеют, то ли увидели, что и без одобряющей линии партии пока справляются… А может просто поняли, что не наберут численность, что стыдно людям в такие организации вступать…

В Приднестровье сегодня нет единого политического оппозиционного фронта. Власть знает эту ситуацию, и она придаёт власти уверенность.

В оппонентах – очень разные люди, разные группы. По настрою, по идеологии, по своему представлению о будущем.

Никаких иллюзий ни у кого нет – большая вероятность, что Шевчук пришел очень надолго, возможно он будет последним президентом ПМР, а потом останется кем-то вроде Рыбницкого примара. Или получит портфель в Кишиневе. То, что он и его подопечные исполняют дежурные реверансы в сторону Москвы, цепляют ленточки и тому подобное, – вглядитесь в их лица, там сплошь издёвка, они ж умницы, знают как успеть «и нашим, и вашим». Но не это главное. В конце концов, отношение к странам, политикам, идеологиям и тому подобное – это личное дело каждого из нас. Важно, что в вопросах, касающихся Приднестровья, внутренней политики, экономики, – они ведут себя как мрачные совки. Иначе они и не умеют. Негде было получить знания. И это их убогое поведение не отвечает интересам населения Приднестровья.

 

 

Судан между Украиной и Европой

РИА "Днестр", дата публикации: 23 мая, 2012.

 

Тирасполь спешит не отстать от мрачного идиотизма Кишинева.

В языке конфликта на берегах Днестра существует ряд устоявшихся клише с обоих сторон. Поскольку в последние месяцы принято сплошь и повсеместно говорить о «сближении», мой коллега-журналист придумал новое устойчивое словосочетание.

В подарок обоим сторонам.

«Междугородные переговоры между Кишиневом и Тирасполем…», а дальше можно в высокопарных тонах добавлять на вкус и цвет – «… проходят в рабочем режиме», «…призваны решить проблемы простых людей», «…одобрительно оцениваются всеми странами формата 5+2», «…позволят обеспечить безопасность в регионе конфликта»… Можно даже составить эдакую табличку. В помощь журналисту – пропагандисту – дипломату.

В это самое время Кишинев и Тирасполь по-настоящему упорно соревнуются лишь в одном – в идиотизме высоких государственных деятелей.

Проблема донельзя проста. С уходом в прошлое коммунизма и деятелей советской эпохи, чьим пределом мечтаний был разве что лифт на загородной даче, на их место влезли банальные братки. Где-то пораньше, как в Кишиневе, где-то чуть погодя, как в Тирасполе. Я уже как-то обращал внимание на эту тенденцию, разница, действительно, не так уж велика. Оттенки, конечно, немного разнообразны.

В Кишиневе, чьи горожане ничуть не стесняются высоких ценностей русского шансона, любому уважающему себя политику приятно рассуждать в формате уголовных отношений.

Как, к примеру, можно похвалить человека с позиции «братка», позиции, наиболее близкой всем общественным слоям? Всем потенциальным, так сказать, избирателям? Как можно – так и хвалят! Достаточно вспомнить Филата, подчеркнувшего в своем партнёре из Тирасполя приятные своим понятиям качества – «Шевчук – человек слова, в отличие от тех, кто строил преграды». Можно было ещё добавить в конце что-нибудь типа «в натуре»…

Ещё мне нравится, как кишиневские политики, вроде Лупу, делают бровки домиком, когда им европейцы говорят, что, дескать, манипуляции с законом о недискриминации имеют принципиальное значение. «Хоть убейте меня, я не вижу связи между секс-меньшинствами и либерализацией визового режима» – изумляется пацан по фамилии Лупу.

Представляю себе Лупу, разводящего руками в отношении европейцев – типа, «братва, мы ж свои, вы гляньте, какой у меня толстый кошелек, какой дорогой костюм, какие часы, какие тёлки, – мы ж… вы ж наши братаны, тьфу, партнёры, – дались вам эти п..сы, ну мы ж вас так уважаем, уважьте наши понятия, у нас же половина населения на зоне, а половина туда собирается, пацаны ж не поймут»…

Вот примерно в таком виде, развязных бандерлогов с оттопыренными пальцами предстают пацаны из АЕИ перед своими партнерами. Ищут «отмазки», сводят в кучку глазки, – а «расклад» не получается. Не сходятся понятия. И с евроинтеграцией – пока никак.

От всех «понятий» европейских в Кишиневе без проблем восприняли лишь политические свободы для ультраправых. Эта группа, да, в сознании обывателя возмущения не вызывает – и обыватель топает по центру Кишинева под стягами «Noua Dreapta» легко и непринужденно – это ж не чужие права защищать, это ж массовкой чужаков давить – легко и приятно, когда в большинстве. Мне это напомнило обезьяну с гранатомётом. Конечно, права и свободы должны быть для всех. Но почему у обезьяны рука тянется именно к гранатомёту, нет, к примеру, желания подумать немного своей головой, зачем разжигать… А всё просто – в формате уголовных «понятий» современного молдавского общества нет внутреннего запрета, тормоза в этой сфере – его не порождала никогда та же Церковь. И та же власть. Даже во времена Воронина. Как раз наоборот. Разжигала. Ультраправые в Молдове под патронажем отца Чибрика, не в подворотнях сформировались – это общественная организация в лоне Молдавской митрополии РПЦ, вполне легальная структура, на которую делали и делают ставки и политики, и спецслужбы, по крайней мере так было во времена ПКРМ…

Сменились времена – сменились приоритеты власти в отношении тех, или иных групп ультраправых, немного сменились лозунги. Суть – та же. Так что пацаны Альянса и пацаны у комми между собой не шибко различаются. Соответственно, и общая сумма перспектив одних и других – одинакова. Быть им в клетке. За пределами Европы. Без малейших перспектив на безвизовый режим. В Европе своих «братков» хватает. Они от братков преграды устанавливают, а не безвизовые режимы открывают…

Если обратить внимание на Тирасполь, то в Тирасполе пацаны, что называется, аутентичны. Как и положено в провинции. Когда в Кишиневе неформалы ходили в кожаных штанах, – в Тирасполе можно было поиметь проблемы за длинную прическу. Всё правильно. У Филата будут проблемы с урегулированием конфликта, если он потеряет авторитет перед пацанами в Тирасполе. Если там пацаны не поймут. А пацаны не поймут. В Тирасполе сегодня у власти не советских времён дедушки, а пацаны реальные, новой формации. Соображают в компьютерах, политтехнологиях. Какие там, «в натуре», идеалы, какая ещё «память предков»… В Тирасполе сейчас мода – карать. Ужесточать уголовные статьи, демонстрировать исскуство гильотины госпропаганды, не щадящей тех, кто «против».

Не дремлет КГБ. Собирает сведения на членов политструктур, не связанных с нынешним режимом, грозит в пресс-релизах тем, кто претендует на какую-либо минимальную политическую нишу. Ломает независимые Интернет-сайты. Не даром, кстати – занятие это не дешевое. Тратит на это скудные деньги приднестровцев. На взлом неподконтрольных сайтов. В общем, охраняет своих собственных, тираспольских «братанов», – от любой критики и возможных оппонентов. И не нужна тираспольским «братанам» ни реальная политическая конкуренция, ни открытые политплощадки, ни свободные, конкурирующие между собой СМИ и партии. А что нужно? Да всё ж просто! Своя партия своих «братанов» и прилагающихся к ним лизоблюдов и девочек. Свой карательный аппарат, свои типа органы. И президент. «В натуре».

Наиболее вероятная, на мой взгляд, перспектива объединения берегов Днестра в единое государство – это перспектива объединения верхушки братанов на какой-либо общей платформе «понятий». Как поделят ниши, как убедятся, что никто никого не кинет – так и сольются в братанском экстазе, надкусывая кромку стаканов, выплясывая в обнимку. От такого объединения братанов, правда, никакой пользы не будет ни для населения Бессарабии и Приднестровья, ни для стабильности Европы, ни для перспектив чьей бы то ни было евроинтеграции. Чтобы оценить эти перспективы, надо просто понимать разницу ценностей. Готовы ли вы, к примеру, снять входные двери в своей квартире, при общем тамбуре с другой семьей? Вряд ли. А если это, соседнее семейство, ещё и регулярно демонстрирует свою тягу к уголовным «понятиям»? А когда у одних и других понятия, но в некоторых местах – разные? К примеру, в понимании национальной проблемы и темы 1812 года? Как бы братаны по пьяной лавочке друг друга «розочками» не «пописали»…

Конечно, и нынешний глава ПМР, и его окружение, не меньше чем Филат с Лупу мечтают о евроинтеграции и безвизовом режиме. Пафосные фразы про мнение приднестровцев, референдум, и прочее – это прием братвы по выбиванию денег из дежурного «лоха» в пределах Садового кольца.

Что же до «понятий», то у Тирасполя остается в запасе пару приемов из арсенала КГБ – умение сочинять зловещие пресс-релизы, изобличающие врагов народа. И полностью развязанные руки в правовой сфере – любого можно хватать и тащить куда вздумается – нет ни одной международной инстанции, которая бы могла указать тираспольским братанам на места, где они перегибают палку, судят невинных, тащат в тюрьму беззащитных, охотятся за журналистами и оппонентами режима.

У Кишинева в арсенале свои прибамбасы – банды ультраправых гопников, устраивающих марши ненависти, желание поискать виновных в своих бедах и побросать дровишек в костер национальной истерии.

Да, микро-разница таки есть. На бессарабских братанов тамошнее население хоть в ЕСПЧ пожаловаться может, а на этих куда кто пожалуется…

И в Кишиневе, и в Тирасполе – Судан, устроенный братанами на свой вкус и манер, при беззащитном и бесправном населении. Хорошо хоть нефти нет. А так – Южный и Северный Судан. Где-то между Украиной и Европой.

 

 

Все диктатуры похожи друг на друга…

РИА "Днестр", дата публикации: 31 мая, 2012.

 

 

Все диктатуры похожи друг на друга, различны лишь лица исполнителей. Диктаторский режим отличает наличие т.н. "охранителей", хунвейбинов, которые имеют мотивы для яростной защиты своего кумира, своего "отца нации". В роли "охранителей" у нынешнего лидера Тирасполя выступают коммунисты. Они так яростно за него вступаются, что, наверное, всем остальным желающим лизать следы диктатора придется очень туго – конкуренция. Эту конкуренцию может даже не выдержать Сипченко и его партия "Возрождение", уж слишком хорошо знают толк в этом деле коммунисты – богатый опыт в прошлом веке у них был, в сфере подхалимажа и разоблачений врагов народа равных им нет.

Коммунисты Хоржана поставили себе цель зацеловать Шевчука до дыр, до такой степени, чтобы у него хохолок на макушке светил как красный светофор. Чтобы потом, если вдруг Шевчук захочет коммунистов "прокатить", на его место быстренько смог впрыгнуть сам Хоржан.

Приднестровье не избавилось от диктатуры. Разница лишь в том, что старая диктатура хотя бы формально имела в оправдание некую идею внутри себя – "независимость республики". Новая диктатура – уже не так дорожит независимостью, потому что нити этой диктатуры ведут к тем же лицам далеко от Тирасполя, куда ведут некоторые нити из Кишинева, от партии Воронина. Это общие связи, общие планы, по которым можно будет играть Ворониным и Шевчуком как шариками в ладони, выколачивая в Москве деньги под очередной геополитический прожект. Хотя и не ясно, сохранится ли всё так, как кто-то там далеко задумал, или шевчукисты в итоге "кинут" воронинцев и предпочтут в единой Молдове лечь под Филата или Лупу… Всё может быть. Ведь обещать – не значит жениться, не правда ли, господин Шевчук.

Коммунисты, которые взялись исполнять роль цепных псов Шевчука, в своих агитках пытаются угадать мою мотивацию во всех этих процессах… Жаль людей, которые благодаря своей недальновидности и лекомыслию превратили себя в заложников очередного в своем роде "внука Ким Ир Сена", с психологией совкового мента и вертухая, вроде тех, что прищемляли в СССР пальцы моему дяде, перед тем, как осудить и посадить его на 15 лет за преступления, которых он не совершал.

Когда вы слушаете рассуждения о свободе, помните, что диктаторы часто произносят это слово, старые, молодые диктаторы – они это слово одинаково сильно любят говорить о таких вещах. Только свободу для других они понимают как концлагерь, потому что концлагерь у них в душе, они за пределами концлагеря толком-то и не бывали. И не верьте этим улыбкам – дедушка Гитлер тоже улыбался, он не казнил никого лично. И Ленин гладил кошечек, и Сталин детей по головкам.

Молодой диктатор – что успел? Посадил своих друзей и подружек на хлебные места? В том числе тех, у кого за плечами криминальное прошлое, разборки, банды, трупы? В чем заслуги? Брать деньги у России, а потом латая ими бюджетные дыры, хвастаться? Продолжать зомбировать население своей пропагандой на ТВ? Обдирать мелких торговцев налогами? Издалека происходящее в Приднестровье кажется каким-то зловещим экспериментом, который пора бы уже наконец остановить, но никто не знает как. Потому что всем внешним игрокам Востока и Запада кажется, что ситуация у них под контролем. Хотя в большей степени это уже похоже на хвост, который вращает кошкой.

 

 

Руководство Приднестровья использует риторику ПКРМ

РИА "Днестр", дата публикации: 7 июня, 2012.

 

Публичные рассуждения руководства ПМР о евразийских устремлениях один в один повторяют популистскую риторику коммунистов Республики Молдова. С момента отстранения от власти в Кишиневе Владимира Воронина, он говорит о евразийстве и членстве Молдовы в Таможенном союзе чуть ли не ежедневно, однако всем известна цена этих лозунгов – это просто пыль в глаза..

Сходство выступлений лидеров Приднестровья с воронинскими декларациями не случайно – и те, и другие лозунги стоят одинаково – это голый популизм. Экономика Приднестровья с каждым днём интегрируется в русло Республики Молдова – ни для кого не секрет. В рамках экономически единой Молдовы, которая существует уже сегодня, слова главы ПМР ничего не значат, поскольку он в этой Молдове – никто, и его статус ниже статуса Михаила Формузала, который, впрочем, тоже не определяет в каком направлении Молдове развиваться, какой вектор избирать. Этот вектор избран нынешним руководством Республики Молдовы – это евроинтеграция, более тесные связи с ЕС, в том числе многочисленные торговые преференции.

Завтра, если в Молдове сменится власть, и там вернутся коммунисты, это отнюдь не будет означать разворота к России – возможная реставрация воронинского режима, идеологией которого является азиатское байство и агрессивный молдовенизм, опять же не придаст веса словам какого-то там провинциального деятеля из Тирасполя. Права голоса у Тирасполя уже не будет.

Что там рассказывает сегодня руководство ПМР своим бабушкам про евразийство – это совсем не важно, это могло быть сказано для бабушек, для успокоения избирателей, или например для отдельной московской публики, которая заинтересована в весьма лакомых манипуляциях вокруг темы продвижения российских интересов в СНГ.

Возможно, кому-то в Москве такого рода риторика затуманила мозг, или служит прикрытием не вполне прозрачной деятельности. Сейчас есть такая тенденция на постсоветском пространстве – увешаться георгиевскими ленточками с ног до головы, заставить свой стол портретами Путина, и ждать больших денег, изображая «своего человека» и вещая на публику о материях, далеких от прозы дня. А как доходит до исполнения обязательств – то не найти не исполнителей, ни ответственных чиновников. Я не случайно замечаю сходство лозунгов Воронина и новых властей Тирасполя – у коммунистов в Молдове просто приступ славянофильства, которого было совсем не заметно, когда они были у власти. Глава ПМР сегодня тоже не у власти в Молдове. Он у власти в непризнанном анклаве, для мирового сообщества его статус не отличается от статуса любого другого жителя Приднестровья, но заметим – его активно поддерживает Хоржан, партнер Владимира Воронина по коммунистической идее, так что желающие поискать некую взаимосвязь и извлечь уроки из прошлого имеют неплохую почву для размышлений.

В отдельных коридорах Москвы витают идеи насчёт того, чтобы объединить Молдову с Приднестровьем и приподнять там позиции Воронина – люди, которые продвигают эту идею, финансово замотивированы. Если разделить планы этих людей надвое – на план «А» по восстановлению целостности Молдовы, и план «Б» по её интеграции в российские проекты, то на практике все закончится реализацией пункта «А». Как в финансовой пирамиде – игра прекращается на стадии отбора денег, так и в этой истории всё закончится на стадии решения приднестровского вопроса. Обычный лохотрон, хотя, возможно, в России кому-то подбросят хорошую сумму.

В словах руководства ПМР и материалах пресс-служб официальных лиц тема евразийства и Таможенного союза пронизана лицемерием и издевательскими нотками. Эти люди, которые творят такого рода шедевры на тему устремлений, одни уверены, что имеют дело с идиотами, которым как слепой лошади можно повесить перед мордой кусок сена, чтобы она быстрее шла туда, куда они её ведут. А ведут они её совсем другим маршрутом.

 

Приднестровцам в День России

РИА "Днестр", дата публикации: 12  июня, 2012.

 

За последние 20 лет никогда Приднестровье не было так далеко от России, как сейчас.

Пуповина, соединявшая Москву и Тирасполь, была разорвана незадолго до последних президентских выборов, когда в российской столице было принято решение любой ценой убирать Смирнова. Они там, в Москве, тоже иногда совершают ошибки.

С тех самых пор Россию и Приднестровье с каждым днём связывает всё меньше и меньше.

Одним из центральных звеньев, связывавших Россию и Приднестровье, было сотрудничество по линии спецслужб. В макроэкономическом масштабе это вряд ли что значило. Но те, кто понимает, согласятся, что коммуникации в этой сфере значат если не всё, то очень многое.

Когда-то в приемной руководителя МГБ висел портет Андрея Манойлова – основателя Управления безопасности ПМР. Сейчас на том самом месте вполне мог бы висеть, а может быть уже висит, например Степан Бандера. Или командир УПА Шухевич. Или оба сразу. Возможно, глава новоиспеченного КГБ приходя на работу прикладывается губами к лысине Бандеры. Или к Шухевичу. Это вполне возможно теперь, не удивляйтесь.

Кто остался работать в этой сфере – работают либо вынужденно, за кусок хлеба, либо вполне осознавая своё предательство. У КГБ ПМР нет никакой коммуникации с Россией. Это филиал разведок других стран, не России.

Приднестровья больше нет.

Это инсайдерская информация, которую пока скрывает новая администрация Тирасполя. Они скрывают её, потому что так им выгодно. Выгодно пока ещё дурачить головы наивных бабушек и дедушек. Пока им нужно поделить собственность. Им это важно – скрывать информацию.

Мне незачем дурачить головы. Я не собираюсь в вожди, или в политики Транснистрии. Так что будем говорить начистоту. Есть вещи, которые людям стоит знать, чтобы как-то планировать свою жизнь. Особенно если речь идет о тех, у кого в кармане лежит российский паспорт, кто ветеран Великой Отечественной… Если у вас живут в Приднестровье пожилые родственники – россияне, для них важно получить правдивую информацию.

В первую очередь правдивая информация заключается в том, что реальная связь с Россией в Приднестровье есть только у тех, кто не обладает властью.  В конце концов, с ними новые власти Тирасполя могут поступить примерно так, как было принято поступать с «москалями» у Бандеры и Шухевича.

Нынешний руководитель ПМР продал приднестровских россиян. Впрочем, за происходящее несут ответственность и сами приднестровцы, те, кто голосовал за него. Не нужно теперь удивляться.

Хотите узнать про своё будущее? Обратите внимание на Прибалтику. Будет победнее чем там, но примерно так же. У молодежи при наличии паспорта Молдовы будет перспектива без визы слинять в Европу на работу. Или попытаться устроиться в Кишиневе. У стариков не будет никаких шансов. Если пенсионер – ветеран войны – не будет даже возможности дожить до последних дней. В Румынии много своих ветеранов, и они живут очень бедно, они не могут даже оплатить на пенсию коммунальные услуги. И румыны, сколько б в них не воспитывали европейской терпимости к другим народам, – они бедны, и ничем не обязаны советским ветеранам.

Поэтому если в семье есть советские ветераны, ветераны войны или бывшие офицеры вооруженных сил СССР, им есть смысл прописаться в России, и получать пенсию там. Если есть возможность продать квартиру и переехать в Россию – это нужно сделать незамедлительно, пока позволяет здоровье, и пока есть хотя бы мизерный спрос на квартиры в Приднестровье. И пока вам ещё разрешают их продавать. В Прибалтике русским не разрешили продать свои квартиры – им даже запретили их приватизировать.

Не нужно ждать, пока прилетят российские самолеты «бомбить Кишинев», или приедут мощные танки, арестовать верхушку в Тирасполе. Никто не прилетит и не приедет. Разве что Рогозин ещё раз приедет, и что-нибудь грозным голосом скажет о защите русских. Всё это ерунда, надеюсь, вы взрослые люди, и не верите в такую чепуху. Рогозин это слишком много, чтобы решить ваши проблемы. Он слишком велик, могуч и свиреп, почти Зевс-громовержец. Как от Зевса, результата решения ваших проблем от него будет примерно столько же. Нисколько. Ноль.

Пафос Рогозина – это просто официальная Россия пытается сохранить лицо. После того, как в Приднестровье этим лицом российских чиновников, ответственных за СНГ, опустили в корытце с нечистотами. Так что не обращайте на это внимание. Это они не вашими проблемами занимаются, это они вытирают свое лицо.

К власти в Приднестровье пришли проводники антирусских интересов. Не нужно рвать волосы на голове, это просто констатация. В конце концов, в Приднестровье больше половины населения имеет молдавские документы, и у этих людей не возникнет проблем. Что же касается тех, у кого только документы России – им будет нелегко. Не все из них имеют право на легализацию в Молдове. Если ваши родственники или знакомые имеют такую ситуацию – поговорите об этом с ними. Пусть они знают о своих проблемах, поддерживайте друг друга. Если они смогут делать молдавские документы в Кишиневе – пусть делают, хотя мало надежды, что для них в будущем найдется работа. Если не имеют права на документы – пусть продают квартиры и уезжают. Пока эти квартиры ещё можно продать. В России есть работа, можно как-то найти себя. Таджики и туркмены себя находят, азербайджанцев – несколько миллионов живёт в одной только Москве, найдёте себя и вы.

Если есть намерения продолжать жить в Приднестровье, и вы хотите преуспеть в будущем – делайте легальные документы и изучайте румынский язык. Последнее крайне важно. Это хотя бы отчасти сделает вас конкурентными на рынке труда в Румынии и Молдове. Если в Приднестровье работы не будет – пристроитесь хотя бы в Румынии, не так она страшна, эта Румыния, – там ксенофобии меньше, чем в Молдове, там хватает кого не любить, помимо русских. Русские там живут со времён старообрядцев, достойно живут.

Не относитесь к теме языка со смехом – язык прокормит. Не верьте властям – Джонни и его воробышки румынский давно уже выучили, и щебечут на нём между собой, упражняются. Они знают, что это важно в условиях конкуренции. Просто Джонни с воробышками многое от вас скрывают, потому что правда имеет ценность. Кто знает самую суть – зарабатывает больше, информация бесценна. Владеющий информацией – хозяин жизней остальных, тех, кто ей не владеет, кому можно впаривать туфту по ТВ ПМР и официозным газетам. А информация проста – они объединяют Молдову, они уже давно в ней, объединённой, живут, но хотят преуспеть, а вам – вам отведена противоположная роль – быть догоняющими, после всех, плестись в самом конце, батрачить на них за копейки, за стакан вина и тарелку супа.

В Приднестровье у власти находятся антирусские силы. По сути, ПМР уже оккупирована, они просто очень боятся спугнуть население, поэтому у них по поводу России – с утра до ночи мёд на устах, и георгиевские ленточки сплошняком. А по факту – это просто ряженые Шухевич и Бандера, потешаются над вами, приднестровцы. Россия им не друг, и даже их единственный в РФ друг Бергман совершенно не в состоянии им помочь обрести репутацию.

Думайте о себе сами. Приднестровский народ всегда отличался природной смекалкой и умением самостоятельно решать свои проблемы, не озираясь на власть имущих. И помните, что ряженые умеют только лицемерить, лгать и предавать.

С Днём России вас, приднестровцы.

 

 

В Приднестровье укрепляется авторитарная политическая модель

РИА "Днестр", дата публикации: 26  июня, 2012.

 

 

Власти Тирасполя, вместо того чтобы развивать гражданские институты и думать об экономике, заказывают сетевые атаки на политических оппонентов – пытаются ломать и блокировать работу неподконтрольных информагентств и распространяют анонимные «байки из склепа». За всеми этими манипуляциями стоит руководство ПМР и КГБ.

Мои и моих единомышленников претензии к руководству Приднестровья заключаются в том, что новая администрация ПМР благодаря демократическим тенденциям в ходе избирательной президентской кампании по результату аккумулировала серьезный финансовый и силовой ресурс в криминальных целях. Как любая криминальная группировка, они не думают о проблемах демократии и судьбе граждан – они думают о том, как ухватить и удержать в руках собственность и финансы.

В то время как под шумок проходит передел собственности, в Приднестровье укрепляется авторитарная политическая модель, не предусматривающая оппозиции, свободной прессы и вообще каких-либо альтернатив.

Есть базовые ценности, которые выбирают люди, покидая Приднестровье – это гражданские и политические свободы, защита прав собственности, отсутствие криминального прошлого и настоящего у тех, кто во власти. Когда я говорю о базовых ценностях, которые нуждаются в защите, власти ПМР начинают заказывать взлом неподконтрольных сайтов и рассказывать населению сказки о том, что кругом опасности, и всем надо сгруппироваться и защитить от врагов дражайшую персону. Это северокорейская модель поведения правящей элиты, она им близка – для её реализации, правда, уже не хватает желающих работать за чашку риса, и поэтому они клянчат деньги у крупных международных игроков, обещая дать всем и сразу.

Мировое сообщество рассчитывает решить эту проблему, переварив ПМР желудком Молдовы. Якобы не важно, кто сегодня у власти в Тирасполе – оказавшись внутри Молдовы, они вынуждены будут соблюдать правила приличия. Эта логика европейцев понятна, но в самой Молдове ситуация далека от идеальной, и пока скорее можно говорить о том, что регион в целом стоит на пороге масштабной криминально-олигархической схватки.

В России к новой администрации ПМР по-прежнему относятся с откровенным недоверием. Не случайно партия «Единая Россия» публично поддержала одну из колонн оппонентов Евгения Шевчука – это лишь один из сигналов того, что любые политические проекты под эгидой руководства Тирасполя рассматриваются в Москве как антироссийские.

 

 

Власти Приднестровья препятствуют распространению информации

РИА "Днестр", дата публикации: 30  июня, 2012.

 

Портал РИА «Днестр» 28 июня 2012 приблизительно в 16.30 был подвергнут мощнейшей DDOS – атаке. Это происходит не впервые, и с полной уверенностью могу констатировать, что заказчиком атаки в очередной раз выступили власти ПМР, её исполнение, вероятнее всего, на контроле КГБ.

Не могу сказать, что ситуация нормальная. Владельцы сервера, на котором расположен РИА «Днестр», говорят, что атака против нас нарушает работу и других ресурсов. Площадки с высокой степенью защиты от подобных атак требуют серьезного финансирования, так что ситуация сложная.

У РИА «Днестр» нет ни заказчиков, ни политических инвесторов. Мы не CNN и не BBC NEWS. Это значит, что существует определенная вероятность, что из-за атак сайт прекратит работу. Потому что у властей ПМР хватит денег налогоплательщиков и приднестровских пенсионеров, чтобы оплачивать DDOS-атаку достаточно долго. Это дорого, но им на это не жаль денег, они у них найдутся. Не хватит – отнимут у кого-нибудь, они по этой части мастера, как и любые уголовники.

Я считаю, что речь идет о политическом давлении. О разнице между варварством и гражданскими свободами. Люди должны это понимать, ведь это им, а не мне власти ПМР предлагают стать овощами, это у людей отняли возможность самостоятельного выбора – что им читать.

Речь идет об уже не первом уголовном преступлении по правовым нормам любой цивилизованной страны. Власти ПМР, напомню, некоторое время назад уже атаковали РИА «Днестр», более того, заказали изготовление сайта-дублёра, который по нашему запросу был удален как незаконный. На сайте-дублёре была помещена фальшивая публикация, якобы от моего имени и с моей фотографией. Так что деньги на борьбу с правдой для приднестровцев власти ПМР тратят большие, – и тратят их регулярно.

Хочу предупредить читателей РИА «Днестр», что не будет никаких «зеркал», не будет альтернативных доменных имён в иных зонах. Если сайта нет по старому адресу – значит его не будет по другим адресам. А если будет что-то похожее – значит это продукт изготовления КГБ ПМР.

Есть мой блог на Livejournal, есть мой аккаунт в Facebook – мои официальные комментарии могут быть там, если РИА «Днестр» недоступен.

Вы должны понять, что речь идет не просто о чьих-либо политических оппонентах, а о преступниках, которым до поры-до времени удаётся прятать концы в воду.

Политический режим ПМР охотно идёт на преступления в сфере СМИ, атакуя чужие Интернет-сайты, создавая клоны, и тому подобное. Они крайне щепетильны к любой критике. К внимательным людям, которые следят за их словами и поступками. Они боятся правды о самих себе. Такие люди сегодня находятся у власти в Тирасполе.

Им нравится только та «правда», которую пишут их подчинённые, на зарплате. Это практика фашистских сатрапий. Это противоречит нормам современного мира, цивилизованного мира. Это противоречит ценностям Европы, это противоречит интересам любого нормального человека.

 

 

О европейских ценностях, котах и судьбе Приднестровья

РИА "Днестр", дата публикации: 19 июля, 2012.

 

Недавно прочитал упрёк в свой адрес от фэнов нынешнего главы Приднестровья. Дескать, «почему вам не нравится наш новый президент, ведь украинско-европейский вектор лучше, нежели российский».

Придётся написать свою субъективную объяснялку на этот счёт.

«Украинско-европейский вектор» – это то же самое, пожалуй, из той же серии, что «каннибало-вегетарианское меню». Вероятно, юношам и девушкам видятся такие картинки, что, мол, есть такие звероподобные 70-летние ящеры. Они все сугубо пророссийские. Значит – ретрограды, потенциальные коррупционеры, душители свободы слова, и тому подобное. С другой стороны – каждый розовощёкий юноша пышет свободой просто в силу своих юных лет, и для него что «украинское», что «европейское» – просто слова-синонимы.

Не понятно? Ну, пойдите, расскажите про «украино-европейское единство» нынешнего Киева сторонникам Юлии Тимошенко, или девушкам из Femen. Послушайте, что они вам расскажут. А лучше – пообщайтесь с жителями той же Одесской области, по поводу тамошних житейских проблем с коррупцией, смены крышующих околовластных группировок, сменяющих друг друга, про «донецких» послушайте.

Ещё – можно пару раз пересечь российско-украинскую границу. Чтоб обиженные на нежелание дать на пустом месте взятку украинские пограничные товарищи вырвали вам из загранпаспорта пару страниц. Подобных историй среди моих только знакомых – вагон и маленькая тележка.

Особенно много про «европейскость» и «цивилизованность» нынешней Украины расскажут вам молдавские гастарбайтеры, путешествующие в поездах на свою историческую родину. Как под предлогом «борьбы с куриным гриппом» украинские таможенники ни разу не любят, по факту наличия в клетчатой сумке пахнущего чесноком куриного окорочка, поугрожать возможным снятием с поезда и штрафом за распространение страшных бактерий. С тем же самым банальным желанием нагреть на тысячу-другую российских, например, хрустящих рублей бедного молдавского плиточника.

То, что происходит сегодня с Приднестровьем, – это «украинизация», в самом печальном смысле этого слова. На смену демагогии о вечном братстве с Россией под трусливо-осторожное воровство российских денег пришла дерзость юношей братковского вида. Всё, замечу, типично ново-украинского пошиба и масштаба. Те же политические рожи, те же лицемерные ухмылки. Ребята, не читавшие художественной литературы, нагловатые, избалованные, дорвавшиеся до какой-никакой но, типа, государственной машины…

Вот вся банальная суть нынешнего приднестровского, пардон, режима. Не сильно кровавого, конечно, но никакой цивилизованности, и даже малейшего намёка на оную, в нём нет – откуда там, – распахните глаза.

Есть баранья упёртость, желание нахапать, покуражиться, посильней нажать на педали. Упыриные такие вот повадки, увы, для пространств СНГ в нынешнее время весьма типичные.

Так что про цивилизованность забудьте. Взяться ей неоткуда. Господа эти толком никаких университетов не оканчивали. А их учёные степени, ежели у кого и завалялись, они, в общем-то, пустая макулатура. Поскольку степени эти в СНГ изрядно девальвированы тем, что имеются в наличии у каждого кандидата в депутаты местных советов полубандитского типажа. В особенности, если вести речь об ученых степенях гуманитарных дисциплин. С этим, как с «православными медалями», и другими почётными званиями, имеющими твёрдый денежный эквивалент.

Теперь про унире.

Так, к сожалению, происходит, что берега Днестра своими правителями год от года становятся, и впрямь, очень похожи. В Кишиневе та же проблема. Толстенные досье политиков друг на друга – по тем же самым поводам – кто бандит, кто контрабандист, кто просто пригрелся под крылышком сильных мира сего, и удалось наскрести себе в лоток, тайком, пока боссы греют тела в тёплых странах.

Болезни политической машины Молдовы, Приднестровья и Украины – совершенно идентичны. Так что вполне можно было б не только Молдову с ПМР объединять, а всех их свести воедино – мало что изменилось бы в итоге. Разве что границу бы убрали. А как без границы ж то? Это ж сколько «рабочих мест» для мордоворотов в фуражках, любящих хрустящее…

Так что, похоже, если и объединится кто, так это про Молдову и ПМР. Пока так. Уж слишком много общего прибывает день ото дня, да и население особо не возражает. Устали люди. Состарились. Многие умерли, уехали. Впали, в конце концов, в апатию… Какая уж тут политическая борьба за независимость…

Судить о хороших и плохих политиках Кишинева и Тирасполя – эдакое занятие для непраздного досуга… Кто хороший? Да и много ли надо от политика, чтоб он был хорошим? На Аляске, вон, мэром одного города уже лет 15 служит кот. И – ничего. Жители рады. Кот, я думаю, тоже не возражает. За него пресс-служба даже ведёт Твиттер-дневничок.

Если, как говорят знающие люди, в 2015 году выборы в Приднестровье уже будут внутренне-молдавскими, то президента, скорее всего, уже никакого не будет. А мэром Тирасполя, наверное, тоже можно будет избрать какого-нибудь кота.

Впрочем, президента ПМР заменить котом прямо завтра – хуже вряд ли будет. А лучше – может быть и станет. Почему? Во-первых, потому что кот не начинал карьеру в советской милиции, где, бывало, прищемляли пальцы дверными косяками, а ведь и сегодня в такого рода структурах отнюдь не пахнет европейским лоском. Во-вторых, кот после службы в МВД не лицемерил в большом бизнесе, не пропитывал свою душу страхом перед независимыми СМИ…

Коту ведь пофиг на СМИ. И на Интернет. Ему не нужно ничего цензурировать, платить за DDOS-атаки, например. Так что, в отличие от философии нынешних полубратков у котов с европейскими ценностями всё в порядке. У любого здравомыслящего кота в душе гораздо больше плюрализма, толерантности, внутренней свободы, чем заслуживают многострадальные народы Малороссии.

Опять же, котские нравы в межполовой сфере также во благо государственных ценностей и интересов. Где вы, позвольте спросить, видели кота, который всех своих дворовых кошек запишет на высокие должности ради реализации амбиций главы прайда? Кот – не лев, погулял и забыл. Не чета политическим деятелям развивающихся стран, не так ли…

Что же до евроинтеграции, унири и прочих острых медийных тем, на которых в республиках бывшего СССР, наверное, даже коту некуда сходить в туалет, – уж столько всего написано и высказано…

Какая, к лешему, евроинтеграция, господа? Сначала кот, и только потом – цивилизованность. Иначе не Европа впереди, а всё та же, знойная Африка, о которой мной раньше уже было сказано… Южный и Северный Судан… Сомали… Ценности полевых командиров, контрабандистов и религиозных радикалов. Примерно так.

 

 

В Молдове реализуется "киргизский сценарий"

РИА "Днестр", дата публикации: 27 июля, 2012.

 

Русским, живущим в Молдавии, не нужно слушать бредни провокаторов.

В последние дни русскоязычные СМИ Молдавии накрыла истерия по поводу властей города Бельцы. Газеты призывают русских браться за ломы и арматуру, вроде как «защищаться от румынизма».

Это провокационный бред, крайне опасный. Как правило, этими призывами грешат те, кто сами никогда не будут никого бить арматурными прутами, – они видят свою роль в том, чтобы подставлять людей, натравливать их друг на друга, по возможности издалека манипулируя толпой.

Надо понимать, что этот бред подогревают политики, замотивированные крупными суммами. В Бельцах мунсовет состоит из коммунистического большинства. ПКРМ плетёт свои интриги, а русские могут оказаться разменной картой в их игре, в борьбе за власть.

Интересы русских никогда не волновали ни ПКРМ, ни Воронина. Не нужно забывать об этом тем, в чей адрес сегодня раздаются провокационные призывы. Не нужно участвовать в этих политических сборищах.

У власти в Молдове сегодня находятся не самые прогрессивные политики, но это не повод для гражданской войны. Если часть общества хочет сближения с Румынией, часть – с Россией, – это тоже не повод для войны, для железных прутьев. Это обычная ситуация для тех стран, где происходит переход от авторитаризма к демократии.

Кому-то выгодно изображать русских и русскоязычных скотами, погромщиками и подонками. И я не удивлюсь, если в конечном итоге выяснится, что все эти политические граждане Молдовы, устраивающие заварушки, драки, и всевозможные референдумы, просто играют свою роль в отрежиссированном спектакле.

Нельзя исключать и тот факт, что в Молдове ПКРМ попытается реализовать «киргизский сценарий». Вот пусть и машут железными прутами Марк Ткачук, Воронин и его сын, Старыш, и прочие деятели ушедшей эпохи. Пусть машут те, кто кормился от власти, получал бесплатные квартиры, брал взятки, и тому подобное. А нормальным, разумным людям, не стоит лезть в эту кашу.

 

 

Осенний постмодерн Приднестровья

Интервью. "АПН", дата публикации: 2 августа, 2012.

 

Непризнанные государства

Авраам Шмулевич беседует о нынешней ситуации в Приднестровье и перспективах разрешения конфликта с приднестровским литератором и независимым журналистом Романом Коноплевым, владельцем неправительственного агентства DNIESTER.

А.Ш.: Роман, что изменилось в Приднестровье за период после отстранения от власти Игоря Смирнова, что всё-таки произошло на самом деле тогда, и что происходит сегодня?

Р.К.: С момента отстранения от власти Игоря Смирнова для Приднестровья начался новый отсчёт времени. Произошла смена поколений, просто где-то в СНГ это случилось раньше, где-то перемены запоздали, и проходили с определенным надрывом. Нечто подобное случилось в Тирасполе. На смену политикам постсоветской волны, вроде украинского Кучмы и молдавского Лучинского, приходят свои Януковичи. В Приднестровье население выбрало вместо Смирнова представителя относительно молодого поколения – Евгения Шевчука.

Стараниями предыдущего руководства, которое усиленными темпами 20 лет затаптывало любые политические инициативы, заглядывая в рот Смирнову, на последних президентских выборах особой интриги не произошло. Люди выбрали того, кого активно раскручивали местные СМИ в период правления Смирнова – того, кого сам Смирнов длительное время растил себе в преемники.

Удивительно и то, что российские чиновники также приняли участие в судьбе этого уже немолодого человека – он мелькал на съезде «Единой России», в компании высокопоставленных кремлёвских персон… Помнится, и в мой адрес летели шишки – за критику этого же самого Шевчука, когда он предлагал законодательные новации по введению жесточайшего прессинга против СМИ. Ещё тогда я предсказывал, что перед нами отнюдь не демократических взглядов интеллектуал, а всего лишь бывший милиционер, с соответствующим набором ценностей.

Так что выбор населения был по сути безальтернативным. Это был запрограммированный последним десятилетием выбор народа, с той лишь разницей, что примерно за год до этих самых президентских выборов Шевчук порвал со своими кураторами в Кремле, в бизнесе и в местных политических кругах. Порвал тогда, когда ему, уже широко известному, с фамилией-брэндом в местных кругах, предложили отойти в сторону, и помочь другой, малоизвестной персоне.

К тому ж, многие помнят, – Смирнова начал активно топить Кремль, он стал неприемлемой фигурой для Москвы, и эта «принципиальная позиция» обернулась тем, что кураторство Москвы в любых формах отныне не является приемлемым для Приднестровья. Со всеми вытекающими из этого последствиями – в том числе отсутствием обещанных масштабных финансовых вливаний. Они были обещаны под победу прокремлёвского кандидата – Каминского. Сейчас помощь заключается в небольших целевых траншах на поддержку пенсионеров и детских учреждений. И на этом, пожалуй, всё.

Сегодня Шевчук и его пропагандисты, монополизируя политплощадку в Приднестровье, пытаются слить всех своих оппонентов в общее ведро с вывеской «ретрограды» и «смирновцы». Это очень удобно, позиционировать себя самым прогрессивным, ему хочется быть в глазах избирателей «таким как Путин». Но пока очевидно, что у него много времени уходит не на решение проблем экономики, не на преодоление коррупции, а на борьбу с независимым мнением. Это крайне опасные тенденции, далёкие от реалий, которыми живут цивилизованные государства.

А.Ш.: Каковы были первые шаги Евгения Шевчука? Он что, не пророссийский политик, разве такое вообще возможно в ПМР?

Р.К.: Первым делом Шевчук избавился от опеки россиян – раскассировал старую спецслужбу – МГБ. Её начальник Владимир Антюфеев был со скандалом уволен, затем в ночь на 24 января 2012 у него под дверью в подъезде девятиэтажки была взорвана граната, при этом камеры, фиксировавшие двор, сигнал с которых идет на пульты охраны республиканского банка, эти самые камеры были заботливо отключены за 5 минут до взрыва. Все эти манипуляции происходили в полвторого ночи, банк в тот момент был уже под контролем новой власти. Следствие по делу о взрыве новые спецслужбы грамотно завели в тупик и развалили. Антюфеев по понятным причинам оказался в России, а в Приднестровье по нему одно за другим возбуждаются уголовные дела, наверное, чтоб не вздумал возвращаться обратно.

У Антюфеева есть старинный оппонент, который дружит с новой властью, – бывший сослуживец генерала Лебедя – Бергман. Сегодня он является спецпредставителем президента ПМР в России, максимально близок к новой власти. Возможно, он пытается исполнять роль «серого кардинала».

Говорить однозначно, что в Приднестровье, например, «антироссийские» политики стоят у руля, – нельзя. Они, все как один, могут часами рассуждать о своей любви к Таможенному Союзу, накалывают на праздники Георгиевские ленты, они очень любят, когда выходят имиджевые статьи, где их сравнивают с Владимиром Путиным. В принципе, они ведут себя как идеальные, типичные СНГ-шные жулики, грантополучатели и потенциальные распильщики российских денежных средств, тем самым намекая, что готовы брать, как все берут, и так далее… Не секрет, что ведомства, отвечающие за зарубежье в РФ, – это эшелонированная коррупция. Вполне возможно, со временем они о чём-нибудь да договорятся, и будут дружно устраивать жизнь своих близких. Кто-то заработает в Москве, кто-то в Кишиневе, кто-то в Тирасполе… Удобная, уже классическая схема.

Правда есть и другой фактор – Миссия ОБСЕ, которая сегодня играет главенствующую роль в переговорном процессе между Кишиневом и Тирасполем. ОБСЕ активно продвигает тему объединения под собственным кураторством. Европе не нужна эта горячая точка, они готовы инвестировать некоторые деньги, оказывать консультативную помощь, поддерживать инфраструктуру. К тому же в регионе – как в Кишиневе, так и в Тирасполе, – с ОБСЕ никому не хочется ссориться, это влиятельная структура, и кто знает, – быть может, она переживёт не только ПМР, но и Молдову как государство.

А.Ш.: Разве возможен такой вариант?

Р.К.: Традиционно молдавско-приднестровский регион не может существовать в отрыве от какого-либо крупного игрока. Если Россия со своей бесконечной коррупцией и метаниями загоняет себя в статус региональной державы, ей на смену выдвигается Румыния со своими имперскими амбициями. И кто знает, быть может спустя 5-10 лет Транснистрия, это румынское название земель «за Днестром», будет автономией в составе Румынии и, соответственно, Евросоюза…

А.Ш.: И такое возможно?

Р.К.: Вполне. Несмотря на видимое сопротивление крупных мировых игроков, на недовольство ЕС и на боязни Украины, как вариант это вполне вероятно. Молдове трудно одной, в особенности, когда рядом живет родственный этнос, идентичный по большинству критериев, к тому же страна-член Евросоюза.

В Молдове есть внутренние силы, которые пытаются поддерживать «молдовенизм» – продукт пропагандистской машины сталинского СССР. Но эти силы уже находятся на политической обочине. В Приднестровье пока ещё не звучат публично, на ТВ, позитивные темы про Румынию, но население, имеющее корни, время тоже зря не теряет. Молодежь Приднестровья достаточно активно приобретает болгарские и румынские паспорта, потому что это ворота в ЕС. Это возможность получать там образование, ездить на работу. Политики, которые надеются получать деньги в Москве на свою деятельность, конечно, не говорят об этом вслух. Но эти процессы идут, и они вполне естественны – пространство не терпит пустоты. Особенно, если речь идет о пространствах в центральной части Европы.

А.Ш.: А как же Украина? Неужели она не имеет интереса заменить собой российское влияние?

Р.К.: Отчасти это происходит. Есть информация, что нынешнее руководство Приднестровья активно консультируется с Киевом, а представители украинской разведки сейчас включили Приднестровье в зону своего особого интереса. Появлялись сведения и о том, что сегодня спецслужбы Приднестровья ориентируются в первую очередь на Киев, а не на Москву, как раньше. По сути, выходит, что сегодня они уже являются своего рода неформальным филиалом украинских компетентных структур.

У Украины, безусловно, есть опасения по поводу активности Румынии. Власти Румынии занимаются паспортизацией на территории Украины – в местах компактного проживания румын, и не только.

На гражданство Румынии могут претендовать лица без различия национальности, чьи предки проживали на территории, находившейся в годы борьбы с нацизмом на землях, подконтрольных румынской армии. А это, замечу, не только Приднестровье, но и Одесская, и Николаевская области Украины. Так что интерес Украины к Приднестровью далеко не праздный, он обоснован страхами, но в отличие от прошлых лет, когда можно было рассказывать молодежи про румынские плётки, сегодня эти пропагандистские сюжеты не приносят результата – паспортизация идёт полным ходом. Украина в глазах молодежи – меньшая ценность, чем паспорта Евросоюза, молодежь выбирает себе возможности. Она не верит разговорам своих политиков «про Родину», и тому подобное, поскольку видит, как эти политики живут сами, где отдыхают, и так далее. Да и румыны не жалеют инвестиций на мероприятия в своём ближнем зарубежье.

А.Ш.: При каких обстоятельствах тебе пришлось уехать из Приднестровья?

Р.К.: Наше издание активно освещало предвыборную кампанию в республике. Вплоть до того, что смирновские пропагандисты на гостелеканале в наспех снятых «страшилках» несколько раз демонстрировали мою физиономию и скриншоты нашего агентства, как некие «оранжевые» силы. Были тревожные моменты и в период выборов, и после них. Мы не жадничали – давали возможность высказаться разным политическим силам. Когда начались реформы в спецслужбах, этот процесс мы тоже освещали достаточно широко, нетипично для местных изданий. Аналогично – по взрыву гранаты под дверями экс-министра госбезопасности.

В результате новая администрация и новые спецслужбы решили развлечь себя конспирологическими теориями. Меня назначили одним из потенциальных «заговорщиков». Для нейтрализации выбрали подходящий момент – в одной из статей я сравнил Шевчука с ослом. Буквально, написал, что в таких-то случаях президент поступил «как лев», а вот в этих, имея в виду его новации в экономической сфере, – «как осёл». Для руководства спецслужб эта фраза оказалась зацепкой. После согласований на местечковом «высшем» уровне, было принято решение прицепиться, с последующим уголовным преследованием по статье «Клевета» в местном УК.

Здесь как раз, накануне, полгода провёл в тюрьме по аналогичной статье украинец, автор листовок против Шевчука, арестованный в ходе выборов. Ему дали реальный срок, отпустили лишь под жестким внешним давлением. Так что и нам было не до шуток. События развернулись в стиле американских экшенов.

За несколько дней до Пасхи, а точнее 11 апреля, мне позвонил весьма информированный источник, и сообщил о претензиях ко мне относительно «осла», и о том, что у меня есть 40 минут, чтобы покинуть республику. Я выехал немедленно. Жена осталась паковать наши вещи, и выехала через час, с отцом. Правда ей пришлось пережить короткую, но бурную «осаду» с барабанным боем руками и ногами в дверь, пока, видать, господа из спецслужб не прояснили по своим каналам, что опоздали – меня на территории республики уже нет, и не удалились восвояси. Странная история произошла с моим заграничным паспортом – из него были вырваны две страницы. Так и не ясно кем – либо это дело рук приднестровских органов во время досмотра на границе, либо их коллег из Украины, в адрес которых я как-то в одной из последних на тот момент публикаций нелестно обошелся насчёт их унизительного попрошайничества на российско-украинском участке…

Такая вот, весьма неприятная история. Она, как оказалось, получила продолжение – в виде повышенного интереса в мою сторону со стороны агентуры КГБ ПМР, регулярно на горизонте всплывают различные мрачные люди, загадочные звонки, настойчивые предложения посетить Тирасполь. Там недавно похожая история возникла с одной из бывших представителей администрации Смирнова – главой Центробанка Ионовой. Её пригласили, вроде как, на новую должность – заманили, теперь сидит в тюрьме.

В политике я уже не первый день, так что вижу, что моя деятельность новое руководство ПМР весьма раздражает. Дошло до того, что наш портал пережил DDOS-атаку, затяжную, почти в месяц. Параллельно злоумышленники пытались создать сайт-дублёр с какими-то откровениями, якобы от моего имени. В общем, новые власти начали свой путь с весьма криминальных проделок. Боюсь, что криминальная деятельность в конце концов станет их основным занятием. Выжимание денег, и всевозможные понты на тему любви к России.

А.Ш.: А как складываются отношения у Евгения Шевчука с Молдовой?

Р.К.: Блестяще. В Молдове он суперпопулярный политик, прикоснуться к которому для всех тамошних политических игроков считается большой удачей. Его считают антагонистом Москвы, человеком, который победил Кремль. Что ж тут гадать, в Молдове его считают «своим», тем более что он избрал для республики тактику мелких шагов в сторону Кишинева. Это сейчас реализуется на практике. Молдавские таможенники уже работают на территории Приднестровья, осенью закончатся все нюансы по демаркации приднестровско-украинского участка, и там могут появиться совместные украино-молдавские посты. Таким образом, ОБСЕ и Украина аккуратно прижимают Приднестровье к Молдове. Украина тем самым, я думаю, надеется обеспечить себе поддержку со стороны ЕС от экспансии румын.

На самом деле, для приднестровцев не так уж страшно объединение с Молдовой – тем более что больше половины из них уже имеют молдавские документы. Остальные, если понадобится, оформят тоже какие-нибудь. Есть различные встречные нюансы, связанные с тем, что нынешняя Молдова не конечна в своём статусе. У неё нет внутренних стержней для государственности, – она может существовать лишь как часть большого пространства. Россия уступает этот регион – значит, пространство будет румынским. Украинским оно не будет – это совершенно точно.

А.Ш.: Так возможна ли «сдача» Приднестровья?

Р.К.: Приднестровье сегодня лежит в экономическом штопоре. Ситуация очень тяжелая. К тому же она усугубляется перекосами в сфере гражданских прав и свобод. Нынешнее руководство не понимает, что существует другая совершенно модель, что есть Европа, у которой можно многому научиться, как обеспечивать приток инвестиций, как гарантировать свободу и безопасность.

По сути, молодое поколение у власти, на большой процент состоящее из эдаких полукриминальных элементов, – по обоим берегам Днестра, отмечу, – получило в свое ведение авторитарную модель. В Молдове она осталась после отстраненного от власти Воронина. В Приднестровье – после свержения Смирнова. Ломать эту модель – не выгодно ни Филату у себя в Бессарабии, ни Шевчуку – у себя в Приднестровье. Она же удобна! Можно решать свои вопросы, можно держать всех в кулаке и тешить собственное самолюбие. Но и Молдова, и Приднестровье сегодня – в плачевном экономическом состоянии. И в трудный момент им понадобится плечо. Поскольку в дружбе Кишинева и Тирасполя всегда будет доминировать столица, плечо это будет румынским.

Говорить о какой-то принципиальной «сдаче» не вполне корректно. Да, есть некоторые странности в действиях тех, или иных чиновников в Приднестровье, уступки по мелочам, которые лишены встречного импульса… У меня есть ощущение, что нынешние власти ПМР вынуждены идти на поводу у внешних игроков. Они имеют обязательства самые разные, порой взаимоисключающие. Они имеют давление на себя. И это давление будет нарастать – ОБСЕ наращивает активность, Москва получает моральное утешение, Киев получает рычаг давления на Румынию, так что у Шевчука при всём желании дальше оставаться самым главным на этом участке земного шара вряд ли будут шансы сохранить свой авторитет и власть на долгое время.

А.Ш.: И что будет дальше с ПМР? Какова будет роль Москвы? Будет ли федерализация?

Р.К.: Если ничего радикального не произойдет, то роль Москвы будет минимизирована до нуля в ближайшие месяцы. ОБСЕ дожмёт ситуацию до конца за год-полтора, Приднестровье свалится в Молдову. Русские войска уйдут, как было в бывшей Югославии. Разумеется, ни о какой федерализации речь идти не может. Как максимум возможного, Приднестровье получит особый статус по аналогии с Гагаузией.

Сейчас в ПМР бродят разные конспирологические теории на счёт, якобы, кулуарных договоренностей Меркель и Путина. Якобы, Германия всё возьмёт в свои руки, и объединит Молдову. Россия получит утешительный бонус в виде этого ярлыка «договорились Меркель и Путин», хотя я сильно сомневаюсь, что Путин на эту тему договорился с Меркель.

Если говорить о судьбе населения, не касаясь геополитики, то перспективы отнюдь не радужные. Сегодняшнее Приднестровье – это, в основном, пенсионеры. При соединении с Молдовой там будет много проблем с документированием. Это, конечно, не все проблемы. В отличие от Гагаузии, где гагаузы являются сплоченной этнической общиной, в Приднестровье общины существуют лишь в умах так называемых «лидеров». И если добавится националистическая компонента, поплывут какие-нибудь застарелые обиды, славянам будет нелегко, и вряд ли комфортно.

Самое же удручающее заключается в том, что Молдова, как и Приднестровье, пусть и со своими особенностями, где-то более прогрессивными, где-то пещерными, в связке – напоминают Украину при Януковиче. Олигархи, которые манипулируют политиками, политики, готовые легко переступать через гражданские свободы и международное законодательство, когда это нужно, мафия, кумовство, и совершенно нищее, тёмное и бесправное большинство, которым легко манипулировать на фоне безответственных обещаний.

На мой взгляд, у Румынии больше чем у кого бы то ни было энергии и амбиций «заниматься» этой территорией, и этот фактор стоит учитывать тем, кто планирует там жить дальше. Россия в регионе сегодня присутствует лишь номинально. Вряд ли европейцам будет интерес долго ковыряться в местечковых дрязгах, как только до чего-нибудь Кишинев и Тирасполь договорятся, о здешних краях все сразу забудут. Вот тогда и начнётся настоящая серая реальность, унылая и бесперспективная. Когда не понятно, чья это провинция – Румынии, Украины, или всё-таки России…

И каждый маленький царёк, как обычно, будет видеть себя могучим диктатором и Дэн Сяопином местного розлива. Правда вместо экономических реформ население, как правило, будет слышать смешные байки, как их кумиры на полусогнутых, с протянутой ладошкою отираются по коридорам администраций Бухареста, Москвы и Брюсселя с просьбой подбросить хоть чего-нибудь по мелочи, да зиму пережить… А потом выдать свое попрошайничество за крупные дипломатические успехи и экономические достижения устами придворных журналистов… Полный, как говорится, постмодерн…

 

Приднестровье. После монархии

РИА "Днестр", дата публикации: 13 августа, 2012.

 

В апреле месяце, после вынужденного отъезда из Тирасполя, помню, с каким особым чувством просматривал диск с фильмом «Бег». Тот самый, про белогвардейцев, снятый в советскую эпоху по булгаковским произведениям.

Переосмысливая события декабря 2011, всё же сравнение с падением монархии имеет повод быть. С тем, что происходило в царской России… Наверное, ещё в начале девяностых Приднестровье слишком заигралось в эти имиджевые фишки царской России… Вот говорят, что ПМР была советским осколком, а по сути – ну памятники, да. Никуда не делись. По факту же ПМР эпохи Смирнова была осколком скорее царской России, нежели советской. С соответствующими замашками элиты, и, в общем-то, весьма драматической судьбой.

Теперь, оглядывая издалека те самые события, во многом находишь отличительные черты.

Кто проигравшие? Их, собственно, две группы. В Приднестровье они вполне сопоставимы с персонажами начала прошлого века. Это белогвардейцы – то самое офицерство, над которым новая власть поглумилась и втоптала в грязь. Ну и, куда ж без них, – аристократия, всевозможные графы и мальчики в белых перчатках. Нежно парящие по ступенькам Верховного Совета… С их вечной любовью к восточным тезисам… Помню, встречался с одним из них в предвыборную эпоху – так тот в ответ на мой любопытствующий вопрос о том, когда ж они бороться за власть соизволят, он мне гордо и с авторитетными нотками в голосе заметил – «ты не понимаешь ничего, наша борьба и главная стратегия – это оборона!». Ещё до дня выборов было месяца эдак полтора, но мне уже тогда всё было вполне ясно с ними.

Проигравшие в ту унылую декабрьскую пору – белогвардейцы и графы, выброшены сегодня на обочину. Если графам за их уступки ещё разрешили носить их белые перчатки, милостиво к ним, так сказать, отнеслись, позволили откупиться… то белогвардейцам запрещено многое.

Вспоминаю какие-то декларации из Кишинева о том, как в будущем молдавском Приднестровье при желании смогут найти себя все. Кроме работников спецслужб. Ну, так и получается уже сейчас. По факту – уже сегодня. Нынешние власти ПМР превратили белогвардейцев в касту изгоев. Такая вот курьёзная штука. Плевать на их прежние заслуги. На работу их никуда не берут, боятся брать. На госслужбу – строжайше запрещено, КГБ бдит. И, по сути, в родном Приднестровье они сегодня – как в далёком Стамбуле. Изгои. Иммигранты в своей же стране. Даже если их не вышвырнули оттуда так, как, к примеру, меня. Их ситуация ничуть не лучше… Сидят теперь, стратеги блин, ковыряются в Интернете со своими нелепыми рассуждениями о том, что неплохо было б, дескать, свою партию заиметь. Продув последние штаны в политических тараканьих бегах, задумались наконец о партиях… Когда поезд уже ушел, а пароход – уплыл… Смешно, не правда ли…

Режим, который руководил до декабря 2011, был далеко не идеальным. Но по законам жанра на смену монархии обязательно приходит диктатура. Где-то она называла себя большевистской, где-то это был фашизм, в любом случае людям вряд ли подсунут что-то хорошее. И уже прошлого не хочется, накушались. А и выбирать-то особо не из чего… Придется брать то, что дают новые господа. И не вилкою, а как-нибудь так. Руками.

Оценивая возможности какой-либо новой социальной революции в Приднестровье, мое глубокое убеждение заключается в том, что её не способны провести ни белогвардейцы с их длинным послужным списком и болезненно завышенным самоуважением, ни графы в белых перчатках. И те, и другие – тени прошлого, слабо разбирающиеся в политических реалиях, не имеющие никакого опыта практической оппозиционной деятельности, без ресурсов…

Кредит доверия предыдущей властью был исчерпан полностью. Те, кто имел к ней какое-либо полноценное отношение, могут сегодня пойти продышаться – им в будущих политических раскладах Приднестровья, скорее всего, ничего не светит.

Сегодня многие вспоминают с горечью конец смирновской эпохи. Но, думаю, мало кто в здравом уме возрадовался бы, увидев Смирнова в прежнем монархическом статусе. В окружении Королёва и Великой Княгини Марии Владимировны с дражайшим её отпрыском…

Что интересует современное приднестровское общество? Смена ли власти? Нет. Обеспокоенность за судьбу республики? Она, как бы, присутствует. Но из Приднестровья идут несколько иные сигналы. Людей больше чем судьба ПМР интересуют отнюдь не политические, а красочные бульварные темы.

К примеру, самая обсуждаемая приднестровская тема последних месяцев – это ни возможное объединение с Молдовой, ни судьба Альянса за евроинтеграцию и его противников, ни НАТО, ни успешные инициативы Миссии ОБСЕ в переговорном процессе… а то, что очередной высокий барин голубых кровей наконец женился, а с женой в силу вялого влечения под одной крышей жить не желает, вместо этого спит с её братом. В общем, «Родриго бросил Сару». Что-то из этой оперы. И, наверное, для юга это вполне нормальные общественные настроения. Ещё бы больше латиноамериканской музыки, и будет полное Макондо… Завершенный образ во всей своей провинциальной прелести… Как минимум, до следующего цикла, когда прибавится разочарованных, и наступит время неких реальных действий. Если, конечно, к тому моменту все не разъедутся.

 

Реальный план урегулирования приднестровского конфликта будет другим

РИА "Днестр", дата публикации: 17 августа, 2012.

 

Кто может быть заинтересован во вбросе "плана по урегулированию".

Читая всем известный документ, первым делом обратил внимание на самую, казалось бы, принципиальную "поблажку" со стороны мирового сообщества – в фальшивом плане прозвучал термин "федерация". Что, в общем-то, само по себе первый признак фальшивости. Когда будете читать новые "планы" урегулирования приднестровского конфликта – увидите термин "федерация" – бросайте его в мусорную корзину.

Федерация – это слишком большая поблажка людям, живущим в ПМР. Украине и России, может быть сложно понять, почему такие вот все из себя разнесчастные власти Республики Молдова и примкнувшие к ним политики Бухареста выступают против федерализации. А их логика очевидна ровно настолько, насколько очевидно выглядело желание мирового сообщества, например, оставить какие-то земли Каддафи, или Саддаму Хусейну. Нет никаких промежуточных вариантов – для Молдовы незыблемость её границ – дело принципа, без разницы – в случае ухода в Румынию и НАТО, или без оного. Вопросы блоковой ориентации и Унири должен будет решать явно не Тирасполь. Никто не собирается давать ему подобные права, превращать Приднестровье в дополнительное "крыло", которое на пару с Гагаузией должно грести в сторону Москвы. В Кишиневе тоже не дураки сидят. Зачем им крыло? Зачем им пятая колонна? Она у них и без того есть.

Кто мог быть заинтересован в публикации этого плана? Представлю ряд совершенно равнозначных версий, как новых, так и тех, что уже озвучены отдельными политическими акторами по принципу "сам дурак".

1. Официальный Кишинев.

Влад Филат и его коллеги по АЕИ сегодня несколько вторичны по отношению к Бухаресту и Европе в целом. Надо это понимать, помогают Кишиневу не глупые и не бедные. Укрепляют спецслужбы, развивают инфраструктуру, консультируют, и прочее. Так что в данном случае может иметь место банальная бессарабская "дразнилка" просто с целью в очередной раз подстегнуть Тирасполь, чтоб коллеги поменьше ломались и не делали громких и очень пафосных публичных заявлений на тему России. У Кишинева есть свой сценарий, и приднестровский тандем "Шевчук-Штански" будет столь долго иметь благосклонность и любовь Кишинева, сколь долго сумеет быть послушным и покладистым в процессе урегулирования конфликта. Как только ребята начнут ломаться, строить из себя независимых и изображать невинность на лице – их начнут одергивать. Разными методами, в том числе и компроматом. Уверен, пройдет время – найдется и компромат.

Прямо завтра Кишиневу Униря с Приднестровьем не нужна – и это подтвердили эксперты с молдавской стороны, как только вышел пресловутый "план". Это может подхлестнуть и без того непростую ситуацию в Молдове. А что нужно? Нужно держать на контроле тираспольский тандем. Чтобы развитие ситуации имело логику и сценарий. В рамках этого сценария Униря с Тирасполем, а потом и с Бухарестом, конечно же, произойдёт. Но только в своё время, когда будут обнулены нелояльные элементы, способные устроить встречные провокации, бунты. И, конечно же, никакой федерации никто тандему "Шевчук-Штански" дарить не собирается. Никаких поблажек. Если всё пройдёт по плану и урегулирование состоится, им просто скажут "давай, до свидания"… Ну, может дадут какую-нибудь премию… Не нужно преувеличивать их значение, изживайте провинциальное мышление, господа…

2. Официальный Тирасполь.

В пользу этой версии выступает тот факт, что источник публикации – Regnum в ходе президентской кампании весьма лояльно относился к Евгению Шевчуку. Там и сегодня предпочитают публиковать свои хвалебные оды сталинского толка люди, максимально лояльные Шевчуку – Галинский, Тулгара, новые МИДовцы… Ключевой электорат в Приднестровье – люди пенсионного возраста. Им Интернет-СМИ по боку. Так что все эти микро-провокации в сети избирателей ПМР не коснутся. Но этот вброс может теперь стать поводом для массовой истероидной кампании в поддержку "дорогого Евгения Васильевича" и его непорочных дев в приднестровских государственных газетах, на гостелеканале, то есть в местах, регулярно посещаемых бабушками и прочими ключевыми избирателями. Провокация в лучших традициях сталинской пропаганды – найти и покарать виновных. Исторических примеров тому много – поджог Рейхстага, "нападение польских провокаторов на мирный сон германской армии-освободительницы", и тому подобное. Поиск ведьм, кстати, уже начался. И что поразительно, тираспольская администрация использует при этом… тот же самый Regnum! В духе советских сталинских процессов приближенный к тандему "Шевчук-Штански" политолог Илья Галинский уже, оказывается, выяснил, кто виноват, и где нужно искать врагов народа.

«И дело даже не в том, кто конкретно из политико-экспертного приднестровского сообщества является автором, инициатором или исполнителем данной политической провокации (хотя на этот счет у нас есть вполне аргументированный ответ). Возможный список организаторов и исполнителей сего действа может быть достаточно обширен – как велик круг тех политиков, чиновников от власти, скандальных "политологов" и политтехнологов (некоторые из которых "второпях" покинули Республику и безбедно устроились за ее пределами), которые очень многое потеряли с приходом во власть президента Евгения Шевчука», – яростно негодует Галинский.

Прямо речь накануне троцкистско-зиновьевских чисток… Ни больше – ни меньше…

Не знаю других "скандальных" и не скандальных политологов, вынужденных покинуть республику в последнее время. Галинский, конечно же, меня имеет ввиду, что уж тут "между нами, политологами", скромничать. Так бы и написал. В суд я не побегу. По поводу бедности правда тема курьезная.Я на госслужбе за всю жизнь проработал полтора месяца, в России, в начале "нулевых". Остальное время работаю сам на себя. Галинский всю жизнь проработал на госслужбе – в университете. Занимался, так сказать, выпуском юристов и других гуманитариев. В плане коррупции у универистета, скажем так, имеются весомые издержки репутации. При этом зарплата преподавателей крайне низкая. Что же до Галинского и его бедности, то в последнее время приднестровские негосударственные СМИ рассказывают о госслужащих порой удивительные вещи – Смирнов, оказывается, магнат рынка связи на Украине. Когда успел им стать? Не понятно. Интересно, госслужащий Галинский хоть раз в жизни заполнял налоговую декларацию? И если, как утверждают его коллеги, у него действительно имеется квартира в Санкт-Петербурге, то каким образом она была приобретена? Где в нищей республике, находящейся на гуманитарных траншах России, можно госслужащему, преподавателю университета, заработать на квартиру в Питере?

В общем версия с "поджогом Рейхстага" и поводом поискать врагов народа является не менее актуальной, нежели первая, молдавская. План мог быть разработан в Тирасполе представителями официальных властей для последующей травли оппонентов и политических преследований.

3. Политические оппоненты и конкуренты властей ПМР

Третья версия – "происки врагов Евгения Шевчука в Приднестровье и за его пределами".

У официального Тирасполя имеется множество оппонентов и недоброжелателей. Если, действительно, план исходил от этих людей, я имею ввиду представителей предыдущей администрации, а также новых политических игроков – то это может говорить скорее о несостоятельности их как политиков.

Почему?

По той причине, что при отсутствии каналов доставки любой столь скандальной новости к основному потребителю, на такие вещи не стоит тратить силы. Поскольку интерпретация по основным каналам перекроет эффект от вброса. А основные каналы – в руках Шевчука.

У Шевчука есть две группы оппонентов, которые можно обозначить как "мощные". Это парламентская партия "Обновление" с одной стороны, и группа бывших работников спецслужб – с другой. У обоих игроков нет сопоставимого с "тандемом" медиаресурса – нет своих каналов ТВ, и читаемой населением популярной прессы – тоже нет.

Власть у "тандема", что называется, абсолютна. Бросить в тюрьму и вышвырнуть из Приднестровья они могут любого. Пока в оппонентах Шевчука не видят особой угрозы, репрессивный аппарат на полную катушку не включается, но, судя по пылкости придворных политологов, в центре Тирасполя об этом много размышляют.

4. Документ реален & Мечты Нины Штански.

Есть и четвертая версия, которую также не стоит сбрасывать со счетов.

Это версия того, что документ, о котором много говорят – реальный. И подписи – реальные. Но он является не официальным документом, а, например, рабочим. Сырым. Скажем, рожденным в ходе консультаций с глазу на глаз где-нибудь на задворках встреч формата 5+2.

Например, это может быть позиция Нины Штански, её сокровенные мечты, её пожелания федерализации. Как я уже сказал, крайне наивные и фантастические желания. В Приднестровье много кто уже открыто говорит о том, что не прочь федерализации Молдовы.

Об этом и в Кишиневе некоторые рассуждают. Вон, Додон приехал даже в Тирасполь выступить на эту тему. Но. Одна деталь. Для мирового сообщества все политики, говорящие о федерализации Молдовы – как из Кишинева, так и из Тирасполя – маргиналы. В Кишиневе это сплошь популисты без рейтинга. О федерации никогда говорят те, кто реально там решают что-либо – Филат, Лупу, Гимпу. А раз не говорят – то с какой стати заговорят потом? Под давлением Германии? Это больше похоже на бредовый сон. Ну а приднестровские деятели… Для мировой политики вся приднестровская политкухня – маргинальна. Т.к. в мировом масштабе нет ни президента ПМР, ни министра иностранных дел. Есть граждане Российской Федерации Евгений Шевчук и Нина Штански, уполномоченные населением Транснистрии вести переговоры о порядке передачи своих функций и своих силовых структур под контроль признанных мировым сообществом властей и международных структур.

Я бы не стал исключать, что рано или поздно граждане России Шевчук и Штански какой-либо подобный документ подпишут. И безо всякой федерации. Не сейчас. Подпишут тогда, когда это будет нужно. Думать, что они сами что-либо решают в этой затяжной шахматной партии – и есть самая большая наивность.

 

 

Пора бросать медвежат…

РИА "Днестр", дата публикации: 27 августа, 2012.

Властям Приднестровья повезло с подопечными жителями. Математику они, похоже, любят гораздо меньше, нежели своих политиков. Вопросов задают мало. Или, быть может, просто боятся задавать лишние вопросы. А то мало ли что…

По последним данным, глава правительства Пётр Степанов пообещал стараться, чтобы к 2015 году ВВП на душу населения в республике составил 2500 долларов США.

Конечно, всем известно, что эта сумма зависит от ряда параметров, но есть ключевой – это количество душ. Чем меньше душ – тем выше показатель.
Каждый месяц публикуются статистические данные. Население вымирает и разбегается. Конечно, не таким потоком, как при военных действиях, но тенденция очевидна.

ВВП на душу населения в ПМР при Смирнове доходил по разным оценкам до 1800 долларов США. При Шевчуке и Степанове, возможно, действительно дойдет до 2500. Разница не так уж и велика, на самом деле. Пенсионеров в республике много. Медицина деградирует на глазах. Молодежь уезжает. Кладбища прирастают, увы, весьма быстрыми темпами. Почему ж не вырасти ВВП на душу населения? Душ – меньше, ВВП – больше. И без промышленного роста подрастёт. Правда, замечательная арифметика, господин Степанов? Сократить число жителей в два раза – ВВП вообще удвоится, не находите? А если попросить господина главу КГБ, и он удалит из республики ещё половину – ВВП удвоится ещё разок! Красота!

Что до самих цифр ВВП на душу населения, то напомню, к чему руководство ПМР стремится. Камерун (источник) – 2257$, Йемен – 2307$, Кыргызстан – 2372$, Папуа-Новая Гвинея – 2532$, Нигерия – 2578$.

Продолжать, думаю, не стоит.

Следует из этих цифр лишь то, что Пётр Степанов намеревается пристроить ПМР в хвостик к Папуа-Новой Гвинее. Достойная цель, очевидно.

Два года назад к 20-летней годовщине ПМР я по своей инициативе подготовил доклад, который власть предержащие в Тирасполе предпочли вежливо не заметить. Фрагменты из доклада, правда, опубликовала газета «Человек и его права». Больше никто не осмелился. Тот самый доклад и сегодня имеется в свободном доступе, и, наверное, был бы полезен кое-кому в Тирасполе сегодня.

Хотя бы по той причине, что со сменой власти в ПМР мало что изменилось.

Отлично видно, что «советский хозяйственник» Петр Степанов и «следователь начала девяностых» Шевчук продолжают с более жестким усердием идти тропою Игоря Николаевича Смирнова, упорно. Рогами вперёд.

Всё, что предлагается новыми властями, – это рецепты и методы предыдущей команды.

Всё, что реализуется, – реализация заветов Смирнова. Усиление госрегулирования и централизации экономики, милитаризация всего, чего только можно, камуфляж как вторая одежда у госслужащих высшего звена, новые памятники, игра мускулами, использование силовых структур в угоду политическим амбициям, – очень много общего с режимом Смирнова. Практически один к одному. Разница минимальна. Риторика – да, другая. Суть – ровно та же.

У Шевчука есть даже собственное подобие Анны Захаровны Волковой, советницы Смирнова. Её роль в нынешнем политическом спектакле играет целый профессор Илья Николаевич Галинский. Смысл жизни официозной интеллигенции на ступеньках пред властью традиционно тот же, не меняется в Тирасполе с советских времён, – хвалить своего кумира так, словно мёд течёт по устам, рукам и прочим конечностям. Как хвалили Сталина в СССР.

В остальном – всё так же, не меняется. Людей уносят на кладбище за железной дорогой, где скоро опять всё будет заливать водой, и тираспольчане по-прежнему будут хоронить близких, надевая на ноги полиэтиленовые мусорные пакеты, чтобы не утонуть в грязи. Как и раньше.

Новая команда спешит в свою пользу перераспределить контрабандные и финансовые потоки, надеется уже на ближайших выборах полностью подмять под себя политическую площадку, критики властей как не было в местных СМИ – так и нет. Как и в былые времена, основу регионального бюджета составляют российские газовые миллиарды, которые изымаются «во временное пользование», и исчезают, словно в чёрной дыре. При этом в качестве имидж-образца власти ПМР на полном серьёзе обращаются за опытом к Беларуси и Лукашенко. Рукоплещут и лайкают Рогозину в его патриотически «мощной» Twitter-атаке на певицу Мадонну за её поддержку девчонок из Pussy Riot, поддакивают фанатикам «православного джихада»…

А тем временем войска готовятся к очередному торжественному параду, конечно, куда ж без парада-то… Без парада обойтись нет никакой возможности…

Может ещё увидим кукурузник над Тирасполем, с медвежатами… Мирными плюшевыми медвежатами. Может и увидим. Пора бросать медвежат, пора…

 

 

Драконы и фашизация приднестровской элиты

РИА "Днестр", дата публикации: 13 сентября, 2012.

Процессы, которые идут сегодня в Приднестровье с легкой руки местных руководителей и их оппонентов, напоминают снежный ком абсурда. Можно бесконечно долго перечислять «умные» изобретения местной администрации, в особенности, если обратить внимание на экономические новации людей Шевчука – предложения в налоговой сфере, и т.п. Там глупостей хватило бы на десять правительств признанных стран. Это вполне естественно для замкнутой общины, лидеры которой видят себя если не богами, то уж точно кем-то весьма близким по духовному и мирскому статусу к руководству Северной Кореи.

Налицо борьба между двумя весьма амбициозными кланами, каждый из которых не лишен весьма здорового аппетита. Нельзя сказать, что клан Шевчука пожирает т.н. «официальную оппозицию» в лице партии «Обновление» и окружения этой партии. Сложился некий условный баланс сил, и Шевчук не отстает, не отступает, а скорее наступает своей недружественной оппозиции на больные пятки.

Сегодня во властных коридорах Тирасполя складывается весьма интересная прелюдия к большой баталии – можно запастись попкорном и наблюдать, как два крупных зверя начнут отрывать друг от друга куски. Для отброшенной на обочину местной интеллигенции, конечно же, будет повод пожелать тем и другим поскорее загрызть друг друга во благо всех остальных. Однако, конечно же, кто-то один из этих двух зверушек в результате останется. И, судя по всему, молодой преемник старого льва Смирнова – Шевчук – имеет больше шансов загрызть своих оппонентов, и именно его клан, его приближенные в результате получат весь ассортимент удовольствий, которыми издавна славится и не оскудевает приднестровская земля. Это, согласитесь, весьма аппетитный бонус – стоящая собственность, финансовые потоки, российская газовая труба, контрабандные коридоры и прочее.

В довесок ко всему Шевчук, скорее всего, не остановится на тех технологиях политического менеджмента, которые использовали люди в подчинении у Смирнова. Защищая свои политические активы, новая приднестровская элита уже включила механизм постепенной фашизации анклава. Со всем необходимым прилагающимся инструментарием – запугиванием и шантажом не только инакомыслящих, но и аполитичных граждан. Всё это проходит своим чередом в тени фейерверков по результатам официальных встреч формата «5+2», где обещано блюсти права человека по мере возможности. Будут ли те возможности? Сложный вопрос…

Надо понимать, что здравомыслящим людям желать успеха одному из двух противостоящих сегодня на политплощадке Тирасполя кланов – это тупиковый путь. Пусть одни мягче, другие жестче, одни более циничные, другие менее жадные, у них у всех есть собственные цели, весьма далёкие от тех, кого они отшвырнули на обочину, от тех сотен тысяч, кто был вынужден уехать из Приднестровья.

Как ни пытаются оба клана выглядеть цивилизованными, жизнь диктует своё – молодежь как бежала, так и бежит из ПМР как из зоны бедствия. Старики остаются без должного ухода, без медицинской помощи, без нормальной пенсии. Пока кланы бросаются обвинениями, лишь немногие имеют благоразумие читать между строк – предприятия Приднестровья, с «промышленным потенциалом» о котором так много говорили, – эти предприятия по словам нынешней администрации неконкурентоспособны без снижения чуть ли не до нуля налоговой нагрузки и без дармового газа. Это значит, что как 20 лет сидели на российской газовой и финансовой игле предыдущие «Смирнов и компания» – так и нынешние «Шевчук и компания» идут ровно тем же курсом.

Если бы им хотелось одних только денег…

Вспоминая о том, с чего начиналось Приднестровье… С противодействия радикальному национализму, тем, кто бросался фразами «Чемодан-вокзал»-…и так далее… Последние месяцы в Приднестровье эта самая фраза очень часто в неформально-фейсбучно-форумной обстановке звучит не из Молдовы, а из Тирасполя и Бендер – это язык нынешней приднестровской элиты. Язык спецслужб КГБ, язык политпропагандистов. Это значит, что болезнь, которой Молдова болела 20 лет назад, – она как какой-то древний скотомогильник вскрылась уже в самом Тирасполе… Всё происходящее уже слишком напоминает сюжет, когда в кромешной борьбе Добра со Злом, с Драконом, Добро, подцепив некий вирус, некую деформационную формулу, само превратилось в Дракона. Может быть в чём-то даже более страшного, чем тот, первый Дракон…

На фоне тираспольских Драконов с их амбициями и страстью разгрызть друг дружку даже злосчастная «Ноуа Дряпта» в Кишиневе смотрится сегодня как невинный детский утренник, как маскарад. Как сущая чепуха, вполне себе европейская такая забава субкультурки из тридцати студентов, обчитавшихся консервативной литературы… Там рафинированные юноши играются в рыцарей Константина Кодряну… Пока над Тирасполем летают многоголовые огнедышащие Драконы…

 

Главному советнику ООН по правам человека в Приднестровье есть чем заняться

РИА "Днестр", дата публикации: 19 сентября, 2012.

Поразительно, как каждый визит еврочиновника либо россиянина должностные лица Приднестровья умудряются трактовать в свою пользу через призму политического PR. В это же время реальность, в которой живут люди, остается не менее горькой, чем была в период до президентства господина Шевчука. Как и тогда, так и сегодня, у проживающих в Приднестровье людей нет возможности обжаловать решение приднестровских судебных инстанций в ЕСПЧ, и вообще где бы то ни было за пределами Приднестровья. С учетом того, что эти суды вполне можно назвать мартышкиными, поскольку там всеми процессами заправляют президентские мартышки, права граждан и права собственности в этих судах не защищаются, а скорее нарушаются. Конечно, существует некое подобие справедливости в отношении резонансных и публичных дел, однако и по этим делам ни одно решение невозможно подвергнуть сомнению в наднациональных инстанциях. Это противоречит декларируемым властями тезисам о необходимости защищать права человека, поскольку от произвола со стороны самих представителей власти ни один человек в Приднестровье сегодня не защищен. Данная претензия является лишь одной из многих возможных ремарок на полях назначения Главным Советником ООН по правам человека в Приднестровье Томаса Хаммарберга, который накануне посетил Тирасполь. Измышления на счёт данного назначения господ из МИДа, которые, судя по многочисленным фото, приоделись в новомодную форму гестаповского стиля, выглядят весьма колоритно, но эти местечковые показы мод, напоминающие Freak Show и фестивали поклонников садо-мазо, вряд ли радуют приднестровцев.

Население Приднестровья лишено не только права на судебную защиту, грубейшим образом нарушаются права заключенных на всех этапах их пребывания под стражей. Люди в тюрьмах болеют и испытывают жесточайшие мучения и страдания, им не оказывается медицинская помощь, эта зловещая ситуация не имеет аналогов в Европе, близость к которой всегда пытаются изобразить приднестровские власти. Приднестровские тюрьмы – это настоящие лагеря смерти в центре европейского континента. Эта проблема, как и прочие, заслуживает первоочередного внимания спецпредставителя ООН.

После выборов декабря 2011 население Приднестровье остается таким же бесправным. В то время как политическая и бизнес-элита купается в роскоши, люди лишены права на квалифицированное медицинское обслуживание, устанавливаются всевозможные поборы по различным мотивам, в том числе в отношении обладателей образовательных документов, выданных за пределами Приднестровья. Есть ещё много других тем, которые заслуживают внимания международного сообщества.

 

«У власти в ПМР находятся профессиональные упыри и садисты»

            "LentaCom.ru", дата публикации: 1 октября, 2012.

О текущей ситуации в Приднестровье и перспективах разрешения конфликта корреспондент российского информагентства LentaCom.ru побеседовал с приднестровским литератором и независимым журналистом Романом Коноплевым, владельцем неправительственного агентства DNIESTER.

– Как можно охарактеризовать ситуацию внутри и вокруг ПМР?

Р.К.: Существует определенная последовательность во всех процессах, как внутри, так и снаружи ПМР. Внутри республики мы наблюдаем укрепление режима, построение шаг за шагом абсолютной власти, где во главе пирамиды расположен диктатор, а подчинённые вокруг него создают атмосферу благодушия, слащавой преданности, процветает подхалимаж, и прочие восточно-деспотические элементы управления. Эта нелепая ситуация способствует вымыванию из Приднестровья молодежи, деятельных людей, т.н. «креативного класса». Снаружи ПМР ситуация также развивается вполне последовательно, согласно определенной логике. Пока ПМР и её верхушка деградирует и любуется собой, а население уверенными темпами переезжает либо на кладбище, либо в соседние регионы, – мировое сообщество пытается решить т.н. «приднестровскую проблему», используя методику кнута и пряника. Использует постепенно, но с надеждой на успех.

– С точки зрения политологии, как можно определить политическую систему и режим правления в ПМР?

Р.К.: Как разновидность тоталитарных систем – фашизм. Все элементы нынешнего режима тому живое свидетельство. Власти ПМР занимаются очевидной мифологией, прикармливая население имперскими сказками о том, что они, дескать, за «Великую Россию» и её Таможенный Союз. В аналогичную дудку дует Церковь, год от года усиливая свои позиции во власти и общественном сознании. В том же ключе пропагандистскую работу ведут всевозможные общественные структуры, преданные власти и финансируемые за её счёт. Тем же самым занимаются платные агитаторы власти в Интернете. Этот имперский миф, отмечу, к реальности имеет мало отношения – никто не в силах назвать примерные даты, когда именно Приднестровье станет частью «империи» – этому всегда что-то мешает, то неправильные политики в Киеве, то в Кишинёве, то ещё что-нибудь… Однако параллельно с культивацией этого мифа силами спецслужб и хунвейбинов дискредитируются оппоненты власти, проплачиваются акции по борьбе с неугодными, всё происходящее подчинено единственному смыслу – укреплению абсолютной власти диктатора и его свиты.

Мировое сообщество воспринимает происходящее неоднозначно. Факты нарушения прав человека признаются как действительность. Но фигуру нынешнего тираспольского диктатора не трогают, наоборот, осыпают комплиментами в надежде на уступки, на то, что он переведёт Приднестровье под юрисдикцию Кишинёва.

Есть и другой фактор – нынешнего диктатора считают «меньшим злом» на фоне предыдущей власти. Этим пользуется нынешний режим – они везде намекают – «смотрите, перестанете поддерживать меня – вернутся люди прошлого». Это старый приём, уже многократно испытанный.

Период правления Смирнова не слишком сильно отличался от того, что есть сегодня. Отличался разве что некоторыми деталями – меньше зажимали печатные и Интернет-СМИ, поскольку оценивали их влияние как мизерное, так что существовали определенные шлюзы. По мелочам не цеплялись, Смирнов, можно сказать, был великодушным диктатором, в нём много чего было от руководителя советского стиля, кем, собственно, он и был. Сегодня у власти в ПМР находятся профессиональные упыри и садисты. Я даже не знаю, что они обожают больше – свою власть, свои доходы, роскошную жизнь, или собственную манию величия, воспитанную в условиях замкнутого пространства…

– Почему на твой взгляд бегут люди из ПМР?

Р.К.: Потому что когда создавалась ПМР, Кишинев на фоне Тирасполя выглядел отсталым и мракобесным. Сегодня ситуация прямо противоположная. В конце восьмидесятых Тирасполь, а тем более Днестровск, где я жил, были технократическими центрами, это были города инженеров, выпускников Одесского Политехнического. В библиотеках составляли списки – очереди на месяц, чтобы прочитать новый роман, и на это давалась иногда пара дней…

Сегодня Приднестровье имеет в плюсе только то, что никак не зависит вообще ни от чего – географический фактор, тепло. Вместо технократизма – попы и КГБ, и количество дорогих автомобилей, в пропорции несоразмерно любому другому региону Европы. На фоне элиты, которая блещет роскошью, мрачная нищета, «Скорая помощь», которая окажет помощь только по звонку «сверху». Кладбище, где хоронят в грязи, надевая на ноги полиэтиленовые мешки, учреждения, где людям не за бесплатно выдают документы, которые по сути таковыми не являются. Потому что фашизм, потому что страшно, неуютно, потому и бегут…

– Что спасет и что погубит Приднестровье?

Р.К.: В американской драме «Таинственный Лес» протестантская община ушла из городов, от пороков и преступности, чтобы создать собственный, новый мир… В Приднестровье произошло нечто подобное. Красные директора, спасая приднестровцев от национализма и последствий распада СССР, «увели» их за собой в новую мечту, в замкнутую Систему. В рамках этой Системы почему-то вышло так, что эти самые «директора» оказались сторонниками не протестантской этики, а восточного, азиопского деспотизма. В результате они и их дети стали мультимиллионерами, их свита приобрела колоссальные доходы, обжилась имуществом. А население погрузилось в нищету. Сейчас вместо одной шайки жуликов пришла другая, помоложе, с не меньшими аппетитами. Вся история послевоенного Приднестровья, вся истинная история последних лет, – это, пожалуй, только две истории, – история приватизации и история газовой трубы. В обоих случаях отдельная категория удачливых госслужащих превращается в миллиардеров. Все остальные истории и мифы – они пишутся людьми на зарплате с единственной целью – нагнать пафоса, создать снаружи некую ауру, которая скроет всё зло, скроет от своих граждан, и от россиян, чьи деньги 20 лет крадут через непрозрачные схемы и манипуляции газовых и других компаний.

Всё это уже погубило Приднестровье.

Что может спасти людей? Разум и знание. Что бы ни говорил телевизор, попы, платные сетевые агитаторы – нужно самому пытаться во всём разбираться, видеть между строк, в Интернете искать учебники, комментарии умных, неангажированных людей. Если смотрите ТВ – смотрите там познавательные программы, а не новости, которые написали платные пропагандисты.

– Каким ты видишь Приднестровье в идеальном будущем: Часть России или маленькая Швейцария?

Р.К.: Я думаю, что не случайно в последние месяцы можно наблюдать, как в приднестровские «дела» активно вникает ООН. Это хороший знак. Из конфликтов, урегулированных благодаря вмешательству ООН, на мой взгляд, наиболее благополучным можно считать разрешение проблемы Аландских островов. Проблема Приднестровья – это внутренняя проблема для европейского континента, частью которого является и Россия. Так что в таких условиях при столкновении интересов и множестве игроков, завязанных в этом узле, ООН выглядит непредвзятым институтом, способным всё расставить по своим местам.

Конечно, в отличие от Аландских островов, рядом с Приднестровьем не Швеция с Финляндией, а Украина и Молдова. Это страны с множеством проблем, неокрепшей государственностью, и тому подобное. Но даже если так случится, что в каком-нибудь отдалённом будущем Приднестровье окажется на стыке интересов Румынии и России – вот в этом случае аналогия с Аландами будет вполне логичной. Так что, почему бы ООН не попытаться предложить что-либо в данном контексте уже сегодня?

 

Приднестровцы оказались в заложниках

Интервью. РИА "Днестр", дата публикации: 11октября, 2012.

Роман Коноплев ответил на вопросы читателей портала РИА «Днестр».

– В Приднестровье политика приобретает все больший оттенок скандальности. Появились различные вбросы в интернет, которые затрагивают личную жизнь и служебную деятельность членов правительства и самого президента Евгения Шевчука. Что это означает на твой взгляд и к чему приведет?

– Пока это приводит к тому, что власти Приднестровья развязали криминальную войну против негосударственных сайтов и неугодных людей. Это продолжение той войны, которая шла накануне президентских выборов – тогда её вели власти, и сегодня её снова ведут власти. Наш портал Dniester.ru несколько раз, подолгу, заваливали DDOS – атаками. Создали даже сайт-дублёр, но эту их криминальную идею мне удалось на ранней стадии задушить. Слали угрозы, вплоть до намерений физической расправы.

Приднестровье сегодня – неблагополучный регион, где не работают международные законы, и не имеют влияния международные институты. Где власти привыкли общаться с окружающим миром лишь одной фразой – «что вы нам можете дать, желательно наличными». Криминальные лица, которые шантажируют мировое сообщество, держат в заложниках стариков и детей, – это персоналии власти.

По поводу компромата… Он интересен, но не совсем ясно, кто автор подобных вбросов. Возможно, это просто какая-нибудь конкурирующая банда, которой тоже хочется денег, власти, и щупать молоденьких девочек, осыпая их подарками за бюджетный счёт…

– Инициативы Евгения Шевчука по изъятию из уголовного кодекса Приднестровья сроков давности по ряду преступлений и по применению этих норм в режиме обратной силы, причем с 1992 года, вызвали скандал в правовом сообществе республики и зарубежья. По общим оценкам они разрушают правовые основы ПМР, вырывают нас из семьи цивилизованных государств, где и сроки давности существуют, и закон обратной силы не имеет. Как бы ты прокомментировал эти инициативы, их идеологию, насколько они вредны для Приднестровья?

– После того, что произошло 11 апреля 2012, когда мы с женой чудом успели выскочить из захлопывающейся ловушки КГБ, мне как-то сложно на полном серьёзе обсуждать любые правовые инициативы этого персонажа. Я о Шевчуке.

Его уговаривает мировое сообщество, жмут руки дипломаты, и он думает, что равен им, и равны его приближённые…

На самом деле есть такая общая неловкость. Она вполне объяснима.

Когда в самолёте обезьяна сидит на чемодане с динамитом, с ней будут обращаться очень трепетно, совать бананы, приносить сладкую газировку, и, может быть даже, предложат услуги обезьяньей самки из обезьяньего борделя – лишь бы «оно» продолжало сидеть на этом самом чемодане до приземления, выгрузки пассажиров и приезда квалифицированных сапёров.

Приднестровье сегодня – это тот самый самолёт. Ну а кто обезьяна с динамитом, – думаю, объяснять не нужно, все сами всё понимают… Людей надо спасать. Они и сами понимают, что должны будут хотя бы на время покинуть самолёт. Потом, конечно, как-нибудь придётся что-то делать с этой самой взрывчаткой. С обезьяной поступят в зависимости от её поведения. Возможно, усыпят.

– Сегодня бегство людей из ПМР приобретает уже не контролируемый, массовый характер. Что делать власти, бизнесу и гражданскому обществу на этом фоне? Есть шансы изменить ситуацию или уже поздно?

– К сожалению, люди, которые остались в Приднестровье после массового выезда трудовых ресурсов и молодежи… эти люди слишком темны и бесправны, чтобы противостоять своему большому несчастью – своим правителям. Они как заложники в самолёте. У них может быть «стокгольмский синдром», они могут даже полюбить своих мучителей. Так, как любят северокорейских вождей тамошние люди, как плачут, орут, убиваются у них на похоронах. Это значит, что ситуация в Приднестровье может измениться только под влиянием извне. При этом определенно, что людьми местные бандиты в случае чего будут прикрываться, как щитом.

Кто-то должен публично взять на себя ответственность за происходящее здесь. Какая-либо страна. Или группа стран. Или лучше – ООН. Установить свою смешанную полицию, свои суды, свою администрацию. Может быть даже на несколько лет. А потом, когда восстановится население, заработает экономика, окрепнет гражданское общество, – можно будет рассуждать о высоких материях.

– Твое пожелание приднестровцам?

– Когда помер Ясер Арафат, его вдовушка с его же политическими товарищами по террористической войне с Израилем несколько лет не могла поделить в судах десятки миллионов долларов наследства «отца народа»…

Помните, один видный местный деятель, который и сегодня чувствует себя вполне успешно в финансовом смысле, любил говорить прибаутками, про «память предков» и «право жить на этой земле». Он и сегодня имеет право тут жить. И его преемник с пушистым затылком. Но этого права уже оказались лишенными сотни тысяч людей, которых не румынский язык, а нищета, бесправие, несправедливость власть предержащих выгнали из своих домов, отправили их скитаться по свету, от Ванкувера до Владивостока…

Мое пожелание приднестровцам, чтобы в рамках какого-нибудь международного трибунала все эти господа из конкурирующих банд, которые двадцать лет наживались и продолжают наживаться на коррупции, приватизации, распиле российских газовых средств, – все они предстали перед судом, чтоб не смогли спрятаться ни на Украине, ни в России, ни в Молдове, ни в каких-нибудь азиатских сатрапиях. И чтобы приднестровцы дожили до этого момента. Так что я желаю вам, дорогие приднестровцы, крепкого здоровья и долгих лет жизни. Чтобы дожить до суда над вашими мучителями и палачами.

 

 

О христианских ценностях приднестровских депутатов

 РИА "Днестр", дата публикации: 17 октября, 2012.

Официальное информагентство Приднестровья разразилось слезливым комментарием по поводу отказа депутатов массово поддержать некую "межрегиональную группу" по защите "христианских ценностей".

Чтобы понять, в чём дело, нужно всего лишь разобраться, чего не хватает Шевчуку? Ему не хватает ручного парламента, всё остальное уже у него под контролем. Да, Верховный Совет с каждым месяцем становится всё более ручным. Депутатики, в особенности, имеющие свои "маленькие свечные заводики", постепенно к нему перебегают. Но скорость их продвижения под ласковое крыло диктатора какая-то не слишком высокая. Чтобы депутатам сподручней было бежать к нему в объятия, создается такая вот уловка – новая посудина. Межрегиональная группа. Вроде как не важно, в какой ты партии, – важно в неё войти, и это вроде как не будет предательством твоей партии. То есть, есть шанс сохранить лицо и не опозориться.

Партий в Приднестровье и без того не много. Они все до единой полудохлые, но маленьким партиям полудохлыми быть не стыдно – они такими и родились. А вот разложения большого белого кита "Обновление" – этого не заметить сложно. "Обновление" было партией власти и создавалось как партия власти. Сейчас у этой партии не самые лучшие времена, но там есть какой-то актив, готовый сопротивляться Шевчуку в силу инерции, или инстинкта самосохранения – не важно. Но есть в рядах "обновленцев" и потенциальные перебежчики. Под них и создавалась т.н. "Межрегиональная группа". Её инициатором выступил депутат Тобух – симпатизант Шевчука. Сама попытка протащить эту инициативу по созданию группы была очередной пробой сил – она продемонстрировала, что у Шевчука в парламенте уже имеется на данный момент 15 своих карманных народных избранников. Думаю, у Шевчука уже приголовлена для каждого из этих персонажей своя, особенная сахарная косточка.

Что же до христианских ценностей, то они здесь, разумеется, совершенно ни при чём. Хотя кое-кого из оппонентов эти новоявленные православные штурмовики, местные борцы с Pussy Riot и гей-парадами, могут начать анафемствовать и всячески обличать. Разумеется, когда это будет выгодно Шевчуку. Один лишь маленький нюанс. В близком окружении Шевчука хватает геев. В том числе есть и открытые геи. Сможет ли Шевчук спрятать их, когда православный джихад в Приднестровье наберёт полную силу?

 

 

Конспирология Приднестровья. Две скандальные ленты

 РИА "Днестр", дата публикации: 21 октября, 2012.

 

В последнее время на приднестровских читателей обрушился вал всевозможных плёнок. Политическая документалистика в субъективном изложении. Компроматные аудиозаписи, и тому подобное.

Сначала по поводу «документального» фильма – продукции некоего парня из Пскова.

Фильм анонсирован терминологией от Михаила Леонтьева – что-то по поводу «Большой Игры». Там, действительно, было что-то из геополитики. Из фильма мы увидели единственное бело-розовое пятно – нынешний глава ПМР Шевчук. Все остальные фигуранты творчества российского политолога – один хуже другого, и вообще не исключено, что все оппоненты Шевчука работают на спецслужбы Турции, разлагая приднестровский заповедник всеобщей радости.

Обструкции подвергнуты и российский влиятельный чиновник Винокуров, и местные – Соин, Каминский, Сафонов, и меня не забыли… в общем, досталось всем более-менее тянущим на звание «конкурента» Шевчуку.

Ну что ж. Мне удалось пообщаться с автором – он сообщил, что денег на фильм у Шевчука не брал, но перед выкладыванием на YouTube проконсультировался у себя на родине с юристами, которые его успокоили, мол, изложенная в фильме информация и дезинформация – это всего лишь «оценочное суждение». Хотя в начале фильма автор амбициозно заявил, что будут «факты». Значит, всё-таки не факты.

«Не фактов» набралось там слишком много, но с учетом тесного общения автора с г-ном Шевчуком, что он в конце подтверждает, демонстрируя сканы своей с ним переписки по поводу моей скромной персоны в Facebook, можно сделать вывод о том, что творчество это было всё-таки одобрено нынешними лидерами Тирасполя. И можно его озаглавить как «краткий курс истории ПМР с позиции администрации Евгения Шевчука». Именно так.

Ну что ж. Фильм посмотреть, я считаю, интересующимся обязательно стоит. Посмотрели его немногие. Его нужно видеть по крайней мере для того, чтобы понимать, насколько неточной наукой является История. Каждое поколение политиков переписывает её под себя. Этот фильм – отредактированная «История ПМР», хоть и рассказана она устами псковского длинноволосого парня, но с позиции нынешней власти.

Что касается политических персонажей в фильме, пусть каждый скажет за себя своё неудовольствие. Мою позицию в отношении приднестровских властей автор изобразил слегка поверхностно, упростив её до максимальной безболезненности. Мол, всё пугаю, что Шевчук отдаст ПМР Молдове…

Это, конечно умышленное упрощение. В начале 2012 года мне, действительно, всё виделось в таком вот последовательном ракурсе. Тем более, что этому способствовали некоторые известные всем события. Однако со временем ситуация изменилась. Изменился и тон моих комментариев, думаю, кто следит за моими публикациями, это заметил.

Моя позиция следующая – Шевчук отыграл реверансы в адрес всех, кого можно, – поклонился поочерёдно Молдове, Европе, Украине, а теперь и России. Бьёт челом по поводу Таможенного Союза. Но смысл всех этих манипуляций, как и его поведения внутри Приднестровья, – не сдача, а укрепление собственной абсолютной власти и сосредоточение в руках нынешней элиты, собственной элиты, – всех механизмов политической и экономической машины, которую представляет собой Приднестровье. Никаких перемен для обычных граждан это не сулит, политические лозунги прошлых выборов давно выброшены на свалку. Не нужны и никогда не были нужны – ни перемены, ни демократия, ни свободные выборы, ни многопартийность, ни свободная пресса, ни открытость для всего мира, ни приток инвестиций. Нужно было приобрести власть и взять под личный контроль финансовые и бизнес-потоки, коридоры, трафик товаров.

Приднестровцы, голосовавшие зачастую против монополии «Шерифа» в итоге получают абсолютную монополию политики, бизнеса, таможни, и всего-всего-всего. Сверхмонополию.

То, что мы видим сегодня – это построение диктатуры, жить в которой со временем станет менее комфортно, чем в любом соседнем регионе, – в том числе и в Молдове. Когда это дойдёт до среднестатистического обывателя… Думаю, продолжать не надо.

Всё это, я думаю, ненадолго. Потому что в XXI веке, в центре Европы, это всё смотрится как атавизм, как некая болезнь, которую вылечат. Когда придёт время, дойдёт очередь до решения этой проблемы среди множества разных проблем. А время это, я думаю, скоро придёт…

Тут пришел черёд поговорить и о второй плёнке. Речь идёт от вбросе фрагментов телефонных переговоров, где фигурирует множество важных фамилий, говорится про трафик товаров, какие-то интересы «самого Шефа», и прочие деликатные вещи. Бергман опроверг существование данной плёнки.

У вброса данной записи может быть масса заинтересованных фигур. Конечно, я бы, имея оригинал, не ограничился бы сервисом YouTube, а прислал эту плёнку, например, представителям стран формата «5+2». Как минимум для того, чтобы заинтересованные правоохранительные органы смогли расследовать этот инцидент в той степени, в которой посчитают нужным.

Конечно, без экспертизы доказательств никаких. Качество плёнок тоже никакое. Я предполагаю, жучёк просто был замурован в стену, и из-за штукатурки многое не разобрать. Но это лишь мои предположения. Не знаю, может быть, в том самом кабинете все выходные активно работают кувалдой… Кто поблизости – сходите, посмотрите. Может, услышите стук молотков. Значит записи настоящие.

У меня, замечу, есть предположение, что плёнки эти подлинные. Мои аргументы? Во-первых, ничего сверхшокирующего там не происходит. Обсуждаются вполне обыденные и знакомые любому приднестровцу вещи. Что, в Приднестровье никто не слышал, что граница используется для трафика различных товаров, для не всегда прозрачной очистки тех или иных грузов? Что, там, среди этих компаний не может быть интересов представителей официальных властей? В том числе интересов «самого шефа»? У любого приднестровца на улице спросите – вам среднестатистический горожанин даст расклад лучше любого журналиста или официального лица. Попробуйте убедить в обратном население – на смех поднимут.

Но всё это совершенно не важно. Важен общий смысл, или, если хотите, общий фон всех этих плёнок. А он таков.

Приднестровье как проект интересует различные политические и бизнес- группы и кланы не для каких-то пафосных вещей, и, боюсь предположить, что даже не для спасения русскоязычного населения, а как высокорентабельный бизнес.

С одной стороны – непрозрачный бюджет, куда постоянно проваливаются российские газовые деньги. Уже почти 4 миллиарда провалилось. Каждый год дефицит бюджета около 70%, а рубль себе держится. Значит деньги берут с газового счёта. Как распределяют? Им известно, как они там у себя их распределяют. Но, думаю, там хоть как-то можно отследить потоки. Деньги эти размазываются по зарплатам бюджетников, по мизерным расходам на инфраструктуру, на разные приёмы делегаций, коньяки и вина, но там много не украсть. Разве что родственника пристроить на работу. Так что тут и сам «шеф», и «жена Цезаря» – вне подозрений.

Наиболее важной в теме «Приднестровья как бизнес-проекта», является коммуникация с украинскими компаниями и тамошними бизнес-элитами. Не знаю, чем занимается миссия EUBAM, может горилку пьёт, может заглядывает в багажники двадцатилетних иномарок…

Если вдруг участок границы между Украиной и Приднестровьем перестанет походить на то, что можно, к примеру, увидеть в фильме «Свадьба в Малиновке»… На следующий же день в Приднестровье все «дорогие госслужащие» в ранге «шефа», а также министров и им подобных почувствуют себя в роли доктора Шпака. Помните?

… Всё, всё шо нажил непосильным трудом…Три магнитофона, три кинокамеры заграничных, три портсигара отечественных, куртка замшевая – три куртки. И они ещё борются за почётное звание дома высокой культуры и быта!…

И страшно подумать, какие кошмары начнут сниться «самому Шефу», главе КГБ и прочим, понимающим в таких деликатных вопросах как маленький кусочек границы с большой Украиной…

 

 

Евгений Шевчук догнал и перегнал Владимира Воронина

 РИА "Днестр", дата публикации: 25  октября, 2012.

Нынешний правящий режим в Приднестровье теперь можно не только сравнить с режимом Воронина, который царствовал в Молдове до апреля 2009 года. Шевчуку удалось затмить славу Воронина. Он догнал и перегнал Владимира Воронина.

В Молдове Владимира Воронина преследование инакомыслящих являлось доминантой государственной политики, а СИБ и другие силовые структуры всегда были готовы исполнить любой политический заказ. В воронинской Молдове заключенного гагаузского политика Ивана Бургуджи вносили в здание суда на носилках. В воронинской Молдове правозащитников били трубой по голове у подъезда собственного дома.

Оказывается, это ещё не предел.

То, что происходит в Приднестровье в отношении Оксаны Ионовой, – это не просто взятие под стражу бывшего чиновника, подозреваемого в выводе средств за пределы региона. Это политическая месть, месть со стороны новой власти. Это акт устрашения всем, кто не лоялен Шевчуку.

Лично глава ПМР Евгений Шевчук несёт ответственность за всё, происходящее с Ионовой.

Что произошло с Оксаной Ионовой, теперь известно многим. У неё проблемы со здоровьем. Это не удивительно, в приднестровской тюрьме трудно не получить проблемы со здоровьем даже совершенно здоровому человеку. Она попросила о медосмотре. Её досматривал гинеколог в присутствии нескольких мужчин-надзирателей.

Это немыслимо.

Это, напомню, произошло в регионе, где есть ответственное лицо. Ответственное за всё, что здесь происходит, поскольку это лицо – диктатор, он обладает абсолютной властью, и он может сотворить с любым человеком в Приднестровье всё, что угодно. Его зовут Евгений Шевчук.

Ещё до прихода к власти Шевчук обладал мощным административным ресурсом, включая влияние на любые судебные решения в Приднестровье. У него задолго до выборов были «свои люди» в МВД и других силовых структурах. Для Шевчука старались спецслужбы и милиция, когда год назад арестовывали и бросали в тюрьмы политтехнологов из России и Украины, когда на полгода оказался в тюрьме художник – декоратор Гасаненко. Уже в период правления Шевчука этому молодому человеку назначили срок, а потом после многочисленных унижений – помиловали, изображая великодушие, растоптав его публично телеэфирами из тюремной камеры.

Меня не удивляет гробовое молчание членов депутатского корпуса.

Ионова, конечно, не ваш персонаж, господа депутаты. Она была приближенной Смирнова, и заступаться за неё сегодня – это, наверное, вредит вашему политическому имиджу. Наверное, так считают те, кто помалкивает о происходящем. В то же время, замечу, каждый, кто помалкивает на эту тему, становится соучастником преступления, которое нарушает нормы международного права. Нарушает конвенции по правам человека и многие другие документы.

Происходящее с Ионовой опускает нынешний режим Приднестровья ниже воронинской Молдовы. Это ставит режим Шевчука на одну доску с Саддамом, Каддафи и прочими им подобными.

Гинекологический осмотр Ионовой в присутствии мужчин-надзирателей – это, разумеется, акт политического устрашения, направленный в адрес всех потенциальных оппонентов главы ПМР.

Недопустимо публичное молчание других стран – участников формата «5+2». У издевательств над Ионовой есть не только исполнители, но и духовные вдохновители. Это те, кто руководит ПМР сегодня. Эти люди должны стать изгоями в глазах мирового сообщества. И никакие геополитические интересы крупных держав не могут считаться уважительными в подобном случае. Это следует понять тем, кто контактирует с нынешним режимом Приднестровья – и в Москве, и в Киеве, и в Брюсселе.

 

 

В Приднестровье завёлся свой Остап Бендер

РИА "Днестр", дата публикации: 29 октября, 2012.

Заявления Шевчука по поводу строительства международного аэропорта в Тирасполе – это блеф и одурачивание населения. Известно, что несколько дней назад на взлётке разгорелся нешуточный конфликт между людьми Шевчука и российскими военными. Несмотря на то, что стороны не хотят публичности данного конфликта, его смысл очевиден – власти ПМР проводят рейдерский захват взлётной полосы, которая всегда являлась частью российской военной инфраструктуры, никаких гражданских самолетов там отродясь не было.

С целью скрыть эту неприятную историю был осуществлен незатейливый информационный вброс – по поводу аэропорта, который свяжет Тирасполь с мировыми столицами. Это что-то из репертуара Остапа Бендера.

Очевидно, что для работы аэропорта понадобится разрешение Молдовы, а также таможенный и пограничный досмотр соответствующими органами Республики Молдова. Без допуска молдавских таможенников, полицейских и пограничников в зону аэропорта никакого разрешения дано не будет – это очевидно. Но с учетом практики по Рыбнице пустить их, конечно, теоретически власти ПМР могут.

Сегодня в Приднестровье большинство населения – пенсионеры и дети. Им нужны больницы и школы, а не аэропорт.

При наличии в зоне менее ста километров двух аэропортов, перспективы этого коммерческого предприятия весьма сомнительны. Однако на подобном строительстве можно украсть очень и очень много, так что желающие строители найдутся быстро.

Рассуждать об аэропортах при полностью деградировавшей муниципальной инфраструктуре, при отсутствии современной медицины, при продолжающемся снижении уровня жизни населения, падении спроса на товары и услуги, – это форменное глумление над приднестровцами.

Если хочется оказать помощь пассажирам – власти Приднестровья могут без особого ущерба решить вопрос экспресс-доставки пассажиров в аэропорты Кишинева и Одессы. Это более логичное решение.

 

 

Тирасполь, Кишинев и "телевизионная война"

 РИА "Днестр", дата публикации: 7 ноября, 2012.

ТВ ПМР в Кишиневе восприняли как отравленный подарок. Власти Молдовы не согласились на его трансляцию.

Телевидение – мощный пропагандистский инструмент, а политическое телевидение – тем более. Чему может научить ТВ ПМР? Образец политической цензуры, авторитарной пропаганды – пусть его смотрят приднестровские лидеры, пусть любуются собой, умиляются…

Я очень удивился, когда узнал, что Филат готов включить ТВ ПМР в Кишиневе. Подумал, ну, может быть Филат хочет распространить этот опыт на Молдову – чтобы Филата в Молдове публично обхаживали и хвалили, как в Приднестровье сегодня хвалят Шевчука, а когда-то в Молдове нахваливали Воронина. Совсем недавно нахваливали. И пели ему «Боже, царя храни…».

У Молдовы телевидением манипулируют олигархи. Олигархов там хватает, каналов тоже хватает. Население примерно осознает, какой канал кому принадлежит. Примерно так, как было в России в конце девяностых. Пока главные каналы не оказались в одних руках, и новости стали одинаковыми.

В Приднестровье телевидением манипулируют политические лидеры. ТВ ПМР – рекламное издание власти. Там нет критики, там нет конкуренции. Нет оппозиции. Ничего нет – только они, любимые собой.

Если сравнивать медиа Молдовы и Приднестровья, то в Молдове телезритель ориентируется на свои политические вкусы, и нажимает кнопки, исходя из этих вкусов. В Приднестровье выбора нет.

С точки зрения профессионализма и нейтральности медиаконтента – Молдова и Приднестровье – это два разных мира. Молдавские производители визуального контента пытаются следовать европейскому опыту, ищут доверия у зрителя. По крайней мере пытаются создать впечатление неангажированности. Приднестровские – обслуживают власть. Лижут ноги. Без стеснения. Публично.

Мнение самого зрителя в Тирасполе давно никого не колышет.

В Приднестровье показывают много каналов, например ТВ Беларуси, но оно не пользуется спросом, приднестровский зритель такое уже не любит. И ТВ ПМР не имеет доверия зрителя. ТВ ПМР хвалил Смирнова с утра до глубокой ночи, – и это ему не помогло. Теперь рекламирует нового президента…

У Молдовы много бед, много дикости. Но надо отдать им должное – в сфере медиа не без участия европейцев там что-то сдвигается в позитивную сторону. Время агитлистков прошло. Время диктаторов прошло. Ни того, ни другого в Тирасполе не заметили. И не замечают, что сегодня со своим ТВ ПМР в кармане они выглядят неуместно, несовременно.

В медийной сфере региона в целом Приднестровье со своим убогим ТВ ПМР «де-факто» – уже провинция. Не законодатель моды, не авторитет. Так что молдавский зритель ничего, по сути, не потерял. А приднестровский зритель? Ну, у приднестровцев много телеканалов с кино. Традиционно много. Так что приднестровцы воспитываются на художественных фильмах. Их воспитывает не ТВ ПМР, а Голливуд. И, может быть, это к лучшему.

 

8 ноября 2012 по требованию руководства КГБ Приднестровья портал РИА «Днестр», владельцем которого является Роман Коноплев, был заблокирован для доступа местным читателям провайдером-монополистом ПМР.

 

 

Бесценное молчание Антюфеева

 РИА "Днестр", дата публикации: 9 ноября, 2012.

 

Каким мог быть мотив для теракта против экс-руководителя госбезопасности Приднестровья?

Годовщина

Уж скоро год, как в Приднестровье сменилась власть, прогремели отставки и взрывы… Чтобы разобраться в причинах тех, или иных действий новых властей ПМР, можно попытаться оценить их как-нибудь. Разумеется, не стоит рассуждать о пользе "общему делу", "спасению республики", и прочим громким фразам. Скорее стоит исходить из суммы возможного ущерба для самих персоналий новой власти, не случись тех самых отставок и взрывов.

Много загадок оставил, к примеру, после себя взрыв гранаты на пороге квартиры экс-министра госбезопасности Владимира Антюфеева, и многочисленные к нему претензии со стороны новых властей. Все помнят череду возбужденных уголовных дел по поводу исчезновения служебной документации, и т.п. Вроде как Антюфеев оставил после себя чистое место – новой власти никого не сдал, папочек заветных не передал. И последнее, на самом деле, стоит разобрать повнимательней.

Взрывать Антюфееву самого себя, как о том чирикали сетевые тролли нынешнего президента, наверное бы имело какой-либо смысл, будь экс-шеф ГБ таким реальным, разухабистым политиком, некой альтернативой для выборов, но этого нет. Антюфеев не пошел в политику, а значит взрывать самого себя не имело какого-либо практического смысла. Значит, взорвали другие. И можно попытаться понять, за что.

Неотвратимость

В разгар избирательной кампании один из её негласных, но как оказалось вполне реальных фаворитов, рассуждал на телекамеру о неотвратимости наказания для лиц, совершивших те, или иные правонарушения. Борец за общественный порядок, нынешний теперь уже глава ПМР, резко обрывал своего оппонента…

Сегодня борец за «неотвратимость наказания» продвигает идеи по отмене срока давности, намекая на неких депутатов, которых можно хоть завтра сажать за убийство. Что уж тут гадать. За этими новациями прослеживается личный мотив – страх Шевчука перед депутатом Соиным, кстати ещё одним опальным чекистом, руководившим отделом по защите Конституции МГБ ПМР, в ведении которого находилась всевозможная политика и всевозможные т.н. «политики».

Антюфеев… Соин… Не слишком ли часто спотыкается Шевчук о бывших чекистов?

Конечно, с учетом нынешних возможностей главы исполнительной власти ПМР, рано или поздно он получит полномочия сажать по своему усмотрению кого угодно. Соину, как и любым другим опасным в той, или иной мере для Шевчука персоналиям, придётся в срочном порядке уезжать. Либо садиться в тюрьму. Ради торжества "неотвратимости".

Есть правда одно "но". Дело в том, что орудие, использованное главой ПМР, может быть в определенный момент использовано другими против него самого. И не обязательно в самом Приднестровье. Поводы тому при желании могут найтись, причём в самых неожиданных местах.

Гуси

В современном праве существует два альтернативных взгляда на проблему проституции. Одни рассматривают её как социальную болезнь, а данный вид ремесла – как неизбежность, которая сопровождает человечество на протяжении тысячелетий. К примеру, в странах СНГ милиция задерживает проституток, выписывает им штрафы, демонстрирует их лица в теленовостях, но почему-то крайне редко наказывает их сутенеров и "покровителей" в силовых структурах.

Другой взгляд рассматривает проституцию как работорговлю, проституток – как её жертв, а клиентов данного криминального бизнеса – как правонарушителей.

В ряде стран существует уголовная ответственность для тех, кто пользуется услугами проституток, невзирая на должности, общественный статус, политические связи и прочее. Считается, что покупатель "живого товара" участвует в работорговле – в человеческом криминальном трафике, – и несёт уголовную ответственность наравне с сутенёрами – держателями девушек-рабынь. В жаргоне медиа, к примеру, в Скандинавии, мужчин, покупающих проституток, называют "гуси". Это не просто обидное сравнение с животным. Это обязательно – крах деловой и политической карьеры, тюрьма, крупный штраф и общественный остракизм.

В бедных регионах планеты, в том числе Молдавии и Приднестровье, проститутки – как живой товар – не только продаются сутенёрами за деньги. Их иногда дарят попользоваться. Статусным друзьям. На "день милиции", и прочие "профессиональные праздники". Проститутки обязаны обслуживать бесплатно всевозможных дружков сутенёров, их политическую и полицейскую "крышу", разного рода "коммерческих партнёров", и так далее. Обыватели, как правило, в этих регионах особо не вдаются в детали данного вида бизнеса. Они могут похихикать по поводу политика, но не более. Это, быть может, не какая-то там природная недоразвитость данного типа обывателей, а просто слабая информированность о реальной сути вещей.

День ВДВ

В 2003-2004 годах в правоохранительные органы Приднестровья обратилась молодая девушка, которая рассказала, что на Балке, в известном высоком доме, где расположены студии и антенны ТВ ПМР, была арендована квартира. В ней был организован притон. Барышню в эту квартиру заманили, пообещав деньги за благопристойный секс. Вместо этого её избили, а потом изнасиловали, в том числе и в извращенной форме.

Подобных случаев и обращений было море. Десятки приднестровских девушек прошли через эту страшную квартиру. Устроителями оргий, по словам девушек, оказались весьма влиятельные по местным меркам, представители мафиозно-политической элиты Приднестровья.

Очередную жертву этого притона закадычные друзья насиловали втроём – отмечали "День ВДВ". Это известный день, когда в странах бывшего СССР у бывших десантников принято носить береты, напиваться, купаться в фонтанах и устраивать драки на межнациональной почве. В "День ВДВ" троица надела на голову девушке военный головной убор "натовцев", и, нацепив на себя береты советских десантников, насиловали её несколько часов подряд. Отмечали, надо понимать, будущие победы над НАТО.

Эта жуткая сцена, пожалуй, сопоставима с балабановским фильмом "Груз 200". На основании жалоб девушек, наверное, можно было бы снять какой-нибудь фильм ужасов про Приднестровье нулевых…

Папочка

Куда могли деться заявления потерпевших? Увы, такого рода документы в странах с коррумпированной судебной и правоохранительной системой не становятся поводом для расследований. Ни в коем случае. Это где-то там, в «нищей» Италии, в судах и прессе задаются вопросы Берлускони, и общество к нему относится весьма брезгливо, как к грязи. А в бывшем СССР, к примеру, Берлускони – чуть ли не народный герой, угнетаемый мировым империализмом, страдалец. В бедных странах подобного рода обращения жертв не расследуются, а просто акуратно подшиваются. В папочки. Папочки ложатся на стол руководства спецслужб, и… уходят в архив. Подальше от сторонних глаз. Таким образом "сохраняется стабильность в обществе". Та самая "стабильность", за которой не видать вообще никаких проблем – сплошное благоденствие.

Так и эта самая папочка, с заявлениями пострадавших от влиятельных насильников в Тирасполе, возможно просто была заботливо укрыта от сторонних глаз. Ради «стабильности», не иначе. Компромат на публичных персон – это покушение на стабильность, и вообще на святая святых – государственную власть!

Взрыв

По одной из версий, судьба компромата на высокопоставленных политиков может оказаться ключом к разгадке многих странных событий в Приднестровье, происходивших чуть менее года назад. Отставки Антюфеева, полёта одного новоявленного "друга шефа" с высоких ступенек здания на улице Манойлова, террористического акта на пороге квартиры девятиэтажки в центре города, сильной озабоченности новых властей ПМР по поводу отсутствия каких-либо документов госбезопасности, якобы уничтоженных по злому умыслу бывшего руководителя. Что искали там новые? И не было ли среди искавших нужные для себя бумаги тех, кто боялся документальных свидетельств по поводу "борьбы с НАТО на День ВДВ"?

Полагаю, что если такого рода папочка в действительности существовала, наезды на бывшего руководителя спецслужб ПМР вполне понятны. Кто-то очень боится разоблачений.

Воистину, молчание Антюфеева бесценно… Если он владел компроматом, понятны опасения тех, кому очень хотелось, чтобы на всякий пожарный, это молчание стало вечным. Гробовым молчанием. Для этих людей молчание Антюфеева, возможно, являлось ключевым мотивом при совершения теракта.

Но, пожалуй, стоит их успокоить. Владимир Антюфеев, даже если и вывез какие-либо компрометирующие документы в Москву, то этот ценный груз лично Антюфееву сегодня не принадлежит, и он как офицер, хоть и в отставке, наверняка передал его на хранение в соответствующее ведомство Российской Федерации. Так что эта папочка сегодня – как и многие другие, похожие папочки, – собственность России. Компромат подобного рода может использоваться какой-либо лоббистской группой в своих интересах, или просто осядет в архивах, лет на пятьдесят. Это уж как повезёт.

Проблема элиты ПМР ещё и в том, что такого рода папочка может когда-нибудь всплыть не только в России. Не исключено, к примеру, что похожая папочка есть где-нибудь в Европе, у тамошнего, европейского Антюфеева. Например, на Кипре.

Вопросы к госслужащим

Понятно, что идентичные случаи правонарушений элиты в СНГ можно замять, замусолить. На Западе тоже не в один день всё становилось явью. Вспомните педофильский скандал вокруг Католической Церкви. А эта структура весьма влиятельна, и ничего не помогло. Ни статус, ни упования на "стабильность", которая не должна поколебаться…

Просто в определенный момент люди перестали бояться, а в ответ на попытки спецслужб и полиции замять инцидент, находили другие способы борьбы со злом. У общества есть некие законы самосохранения. Совершенно вопиющие вещи могут найти реакцию и поддержку большинства.

В свете всех этих догадок, предположений и версий у меня есть всего лишь два вопроса к нынешним высокопоставленным госслужащим Приднестровья. В том числе и к президенту Евгению Шевчуку. Как и любой госслужащий, он, живущий на средства налогоплательщиков, должен быть прозрачен, и не иметь каких-либо «скелетов в шкафу».

Быть может, в далеком будущем для претендентов на высокие государственные посты в обязательном порядке станет прохождение интервью на детекторе лжи. Чтобы люди больше не выбирали себе кота в мешке…

Вопросов этих, напомню, всего два –

1. Может ли занимать общественные посты в структурах власти лицо, пользовавшееся услугами индустрии проституции?

2. Пользовались ли Вы в своей жизни услугами проституток и иных жертв работорговли, не важно, покупали ли Вы их за деньги, или Вам их передавали во временное пользование, как "подарок"?

Эти вопросы, к сожалению, бесполезно задавать в судах бедных регионов планеты, где судьи не имеют своей власти, а манипулируются политиками и спецслужбами. В подобных случаях и силовики не всесильны. Именно по этой причине я являюсь сторонником внешнего контроля над силовыми структурами, пенитенциарной и судебной системами Приднестровья. Этот контроль может обеспечить отдельно взятая страна, в частности РФ, к которой отсылает претензии ЕСПЧ. Либо следует учредить специальный коллегиальный орган под эгидой международных организаций – ООН, ОБСЕ, и т.д. Только так можно решить основную проблему – обеспечить права лиц, нарушенные высокопоставленными чиновниками или просто влиятельными людьми в Приднестровье. Лишь в этом случае мы получим полноценный механизм, защищенный от политического давления и различных лоббистских группировок в отдельно взятой стране.

И последнее.

На фоне развернувшейся дискуссии относительно вектора развития ПМР… У Приднестровья, действительно, лишь два пути.

Один – к цивилизованному сообществу наций, где методично, различными средствами, ведётся борьба с работорговлей и различными её формами, в том числе и проституцией. И путь другой – в азиатскую деспотию, где рабство является вполне обыденной нормой, а спецслужбы существуют лишь для того, чтобы сохранять "стабильность" и хранить в тиши архивов нелицеприятные истории из жизни политиков.

 

 

Политический файрволл в Приднестровье

 РИА "Днестр", дата публикации: 13  ноября, 2012.

С 8 ноября 2012 в Приднестровье без суда, без публичных заявлений, по-тихому, как воры, власти заставили местного крупнейшего регионального провайдера поставить фильтр на РИА «Днестр». Вместо привычной страницы dniester.ru читатели почему-то стали попадать на сайт компании, предоставившей сервер под сайт. Во всём мире dniester.ru виден, через анонимайзеры виден и в Приднестровье. А напрямую – нет. Потому что поставлен фильтр.

Спустя пару дней хунвейбины господина Шевчука начали убеждать приднестровцев в том, что, дескать, это редакция РИА «Днестр» придумала такой технологический трюк. «Для пиара». Чтобы выгородить своего патрона, чего не придумаешь, не так ли?

В Приднестровье фильтр провайдера-монополиста используется уже не впервые, и не только на новостные порталы.

Впервые с технологией такого рода цензуры в Приднестровье я сталкивался ещё во времена работы в «Ленте ПМР». После какой-то политической статьи года четыре назад местный провайдер «зафильтровал» сайт для местных читателей, это длилось пару дней, потом провайдер благосклонно снял фильтр. Уже после того, как меня сменил там другой редактор, пару лет спустя «Ленту» тем же самым образом фильтровали около недели – контент-менеджеры и новости грузили через анонимайзер, по другому было нельзя. Как я уже сказал, это было несколько лет назад…

Год назад, в период выборов, фильтр ставился на сайты оппонентов Евгения Шевчука. Провайдер-монополист тогда постоянно баловался с фильтрами, ограничивая по своему усмотрению доступ на политические сайты.

Ещё раньше, года два назад, в Приднестровье сначала поставили фильтр на сайт Skype, чтоб нельзя было скачать программу, потом нашли более «мудрое» решение – ввели резкие ограничение на скорость при использовании всех «скайпоподобных» программ – стало невозможно общаться по Интернету. Быть может, тоже по указке КГБ, так как невозможно подслушивать разговоры, но ещё и с учётом собственной выгоды – этот же провайдер владеет телефонной сетью, утекает прибыль… Приднестровцы в Москве, Питере и Европе, оказывается, слишком часто говорят по Скайпу, а не по телефонной сети…

РИА «Днестр» в результате включения 8 ноября 2012 провайдером фильтра потерял 70% своих читателей, приднестровских читателей, – именно такая цифра фигурировала в регулярном отчете Google аналитики все годы существования портала. Часть этих людей, конечно, научится преодолевать фильтр через анонимайзеры, но это, знаю сам, не очень удобно. И расчет властей ПМР был простой – читатель будет лениться заходить через анонимайзер, и со временем забудет про сайт.

Вы наверняка спросите – будем ли мы предпринимать какие-то технические меры, чтобы противостоять фильтрации трафика в Приднестровье? Отвечу – нет. Это частное дело провайдера, его репутация, его отношения с властями, с КГБ, и так далее. По большому счёту, проблема свободного Интернета – это проблема не только производителя контента, но и читателя. За вас, дорогие приднестровские читатели, никто вам не вернёт свободный Интернет. Так что вам либо смириться, либо… придётся более активно интересоваться политикой. А для чтения политических статей пользоваться услугами других провайдеров – в конце концов, если лень пользоваться анонимайзером, можно купить USB-флешку молдавской сотовой компании, и воткнуть её в компьютер. Проблема решается суммой дешевле ста долларов, гарантированно и надолго. Или купить смартфон и подключиться к любому GSM-оператору Молдовы или Украины, если телефон ловит украинскую связь. Подержанный смартфон тоже будет стоить около 100 долларов. Это цена, которую придется заплатить, чтобы не чувствовать себя бараном, которому втюхивают пропаганду госслужащие на зарплате. С местным провайдером полноценного политического Интернета в Приднестровье больше не будет, когда-нибудь в решающий момент, вам просто заблокируют очередной сайт, или социальную сеть. Новости и публицистику, свободные от цензуры, можно и на смартфоне почитать.

Много ли потеряли приднестровцы после установки фильтра на РИА «Днестр»? Нет, конечно. Это сущая чепуха на фоне того, что приднестровцы потеряли вобще за последние годы и десятилетия. Да и за последний год, когда в Тирасполе на смену адептам авторитарной модели к власти пришли сторонники модели тоталитарной…

Слишком много было потерь, и без сайта. Приднестровье покинуло около 400 тысяч человек. Жили 700 с лишним тысяч… Осталось фактически порядка 300… Те, кому некуда ехать. Пенсионеры и дети. Количество других потерь не счесть – это и здравоохранение, и дороги, и инфраструктура… Приобрели лишь избранные… Так что тут говорить о каком-то частном СМИ, о том, что бы приднестровцам почитать… Так ли уж важно в концлагере, подали ли к столу на обед горчицу…

 

Как я стал «вражеским голосом»…

 РИА "Днестр", дата публикации: 18  ноября, 2012.

 

Уже 9 дней, как портал dniester.ru блокируется ведущим провайдером-монополистом Приднестровья.

Какое-то время я думал, что за реакция должна быть на такую новость? Чего хотели они добиться глушением? И вот, немного погодя, подумалось, а ведь, блин, это круто! Стать вдруг, ни с того ни с сего, «вражеским голосом»…

Пик медийной карьеры, для любого издания это признание… Когда власти запрещают, боятся слова. Букв на мониторе – и тех боятся.

Глушат.

Прямо как Би-Би-Си во времена СССР.

Вспоминаю конец восьмидесятых… Я тогда часто делал школьные политинформации по новостям Би-Би-Си… Слушал новости, делал пометки, а потом в понедельник пятнадцать минут рассказывал то, чего не было по телевизору…

Би-Би-Си в совке нещадно глушили. Но слушать было можно. Бывало крутнёшь ручку, настроишь, а волна раз – и в сторону… На коротких волнах… Догоняешь её, постоянно докручиваешь… И снова – помехи. И снова – подкрутить нужно…

По выходным на Би-Би-Си ещё были передачи Севы Новгородцева. И Севу тоже приходилось подкручивать… Романтичные были времена, да. Унылый совок, в очереди за молоком час-полтора постоишь на сыром снегу, а вечером программа Севы Новгородцева… Всё тогда разжижалось постепенно… Склизкая Система стекала куда-то вниз… В поселковый ДК привезли фильм «Асса», потом появились ДДТ, Гребенщиков, Настя, Наутилус, ну и так далее…

А затем как-то в один момент совок взял и рухнул. Стал безразличен людям. До тошноты. Вместе со своими бесконечными очередями за сапогами, мукой и сахаром, с каким-то наигранным «братством народов», о котором любили говорить, как о большом достижении, но в реальной жизни довольно часто всё выглядело совершенно иначе, не так, как в речах партийных бонз…

Вот я думаю, быть «вражеским голосом» – это не самоцель, это то, чем тебя делают вопреки твоей воле. Без суда, без долгих разбирательств. Пришел большой дядя из КГБ, погрозил пальчиком провайдеру. Или позвонил. Страшно? Конечно страшно. Отдаются приказы по цепочке. Закрывает доступ провайдер – и твоего сайта не видно. Как когда-то радио. Так сегодня в Приднестровье не видно dniester.ru.

Что я могу делать теперь, в новом ракурсе, в качестве «вражеского голоса»? Что делать нашим читателям?

Я как-то раньше об этом не думал.

Наверное, нужно просто чтоб все мы оставались самими собой. Чтоб были живыми, человеками были. Они ж, те, кто отдают идиотские приказы, кто боится букв, такие как раз больше всего и боятся самых обычных вещей. Им нужны роботы, люди не нужны. Ведь почему они боятся? Потому что чувствуют своё слабоумие, свой скорый финал, свое поражение…

И ещё. Фишка в том, что свобода она состоит не только из новостей. Не только из политики. И не только из сайтов. Так что им, тем кто включает глушилки, всё равно крышка. Их время слишком скоротечно…

 

 

Приднестровский «ПРОРЫВ!». Партия, которой больше нет

 РИА "Днестр", дата публикации: 19 ноября, 2012.

 

В Приднестровье Верховный Суд ликвидировал партию «ПРОРЫВ!». Это вторая партия в моей жизни, перед «прорывовцами» были «нацболы», судьба их организации оказалась трагической, большей частью из-за ошибок её лидера. И вот, моё второе партийное членство, шестилетнее. И эту партию закрывают.

Полтора года из шести, с октября 2006 по март 2008, я входил в ЦК, руководил партийными медиа, пресс-службой…

«Прорывовцев» ликвидировали 8 ноября 2012, в этот же день одновременно заглушили доступ на наш РИА «Днестр» (dniester.ru) в ПМР. Государственное агентство Приднестровья в своем релизе о ликвидации партии не забыло оповестить о том, что к «ПРОРЫВу!» я имел весьма не дальнее отношение, «участвовал в разработке идеологических документов».

Продемонстрировали власти читателям своим, что вот такая в Приднестровье «ненастоящая» оппозиция, от неё отвернулись члены, и партию можно было ликвидировать.

Ликвидационный процесс начали ещё до выборов президента, прошлогодних. Сотрудники силовых структур, тыча удостоверениями, ходили по квартирам, обозначенным в партсписках для Минюста ПМР, и… мягко, но настойчиво, просили подписать заявления об отказе от членства. Люди отказывались, конечно. Кто из страха, кто от равнодушия, у всех разные причины. Отказались многие. В Приднестровье люди боялись и боятся – и спецслужбу, и милицию…

Осенью 2006 года, первым местом куда я приехал в Приднестровье после скандинавских странствий, был офис «прорывовцев». На террасе знакомого многим иностранцам бара «Айленбург» вместе с Сашей Гореловским мы в честь моего возвращения пили коньяк, и ели яичницу…

Потом, спустя время, партия отказалась от радикальных акций, и религиозный фундаменталист, ныне ярый поклонник Шевчука Букарский публично покинул её. Долго изливая проклятия на весь свет, что это я, вернувшись из Европы, «повлиял», изменил партийный курс, как скрытый «агент Запада и норвежских спецслужб», с «антиоранжевого» чуть-ли не наоборот. И с тех пор, якобы, из-за меня партия стала «менее православной», «перестала бороться с Ющенко» и ещё кем-то там…

Действительно, я видел «ПРОРЫВ!» организацией, которая принесёт Приднестровью гражданские свободы, цивилизованный имидж в глазах мирового сообщества, и в результате – признание… И пока несколько лет был «профессиональным политиком», способствовал этому в меру сил.

Название «ПРОРЫВ!» придумал политолог Сергей Ильченко, и ещё много-много лет назад, когда на земле жили динозавры, а молдавские коммунисты были маленькими и не питались человеческим мясом, Ильченко предложил это название для молодежной организации Марку Ткачуку. Но тот им как-то неумело воспользовался, не случилось.

Существует и другая версия по поводу названия приднестровской молодежной организации, согласно которой термин "ПРОРЫВ!" придумал весной 2005 Дмитрий Соин, не зная о ранних творческих экспериментах Ильченко в политических кругах Кишинёва. Обе версии возникновения имени организации имеют, на мой взгляд, достойное право на жизнь. Что там и как было на самом деле, пожалуй знают только Ильченко и Соин. Как и любой "интересный" со всех точек зрения брэнд, "ПРОРЫВ!" до сих пор является тем, о чём есть кому поспорить и высказать встречные аргументы.

В Тирасполе название оформили в политическую идею, и Модест Колеров отстегнул деньжат «на борьбу с оранжевыми силами в СНГ». Со временем актуальность борьбы быстро сошла на нет, денег тоже не стало, но брэнд терять было жалко, и в отличие от многочисленных «ПРОРЫВов!», приднестровский стараниями Соина и его небольшой, но мобильной команды, превратился в респектабельную, умеренную левоцентристскую партию. Идеологические документы для молодежной организации, а затем и партии, в творческом порыве ваял Соин, мне довелось поучаствовать в подготовке нескольких глав Манифеста ММК "ПРОРЫВ!", стать редактором партийной газеты, вести радиопрограмму, и т. д.

Последние несколько лет, примерно с середины 2009, я был достаточно далёк от партийной деятельности – плотно занимался РИА «Днестр», всевозможным творчеством, и т.д. Даже на «прорывовский» съезд последний, летом 2011, меня пригласили, но объявили как гостя – редактора агентства, наравне с другими приглашенными владельцами частных СМИ и представителями дружественных партий. Тем не менее, с Соиным мы регулярно общались, пили кофе в его уютной штаб-квартире, на крыше гостиницы «Аист»… Он спрашивал моего совета, по-товарищески воспринимая даже самую жесткую критику в свой адрес, с интересом слушал мои комментарии, мы записали несколько совместных телепрограмм для YouTube.

«ПРОРЫВ!» тем временем зачем-то окончательно сменил свою стратегию. Стал умеренным. Оправославился. На партийных ресурсах еженедельно стали появляться фотосессии с попами, партийное руководство под надзором попов кормило население кашей. Посмотрим, выйдут ли теперь попы и те, кто ел на площадях прорывовскую кашу, поддержать партию, подержать хотя бы один флажок…

Осенью 2011 минюстовцы с подачи ГБ начали усиленно копать под партию, мне однажды позвонил Саша Гореловский, дескать, Минюст «копает» архивы и считает моё заявление о вступлении в партию фальшивкой, т.к. там фигурировали данные российского паспорта, и у них возникли сомнения, гражданин ли я ПМР… Пришлось подтверждать членство, разъяснять «копающим», что у меня есть вкладыш, что «гражданин», и т.п…

Потом, помнится, пошел морально поддержать Дмитрия Соина, который выдвигался на президентских выборах, ходил с ним в ЦИК… Тамошние грозные дяди исподлобья как-то на меня поглядывали… РИА «Днестр» не жаловал Смирнова, чего уж там… Всё понятно…

Ближе к выборам, партийцев оголтелые смирновцы начали травить и избивать на митингах. РИА «Днестр» оперативно давал информацию об этом, и государственное телевидение Смирнова постоянно демонстрировало скриншоты РИА «Днестр», опровергая, дескать, «сами себя избивают, а потом жалуются»… Зачислило партию и меня заодно в «оранжевые революционеры»… В общем, как обычно случается при диктатуре.

Выборы президентские и уход Смирнова в декабре 2012 ничего не изменили, при новой власти диктатуры стало даже больше, чем прежде… И хоть «ПРОРЫВ!» пытался не вступать в политические склоки, старался в отличие от РИА «Днестр» не выходить «на лобовую» с властью, пытался филигранно лавировать между теми, другими и третьими, лавировал-лавировал, да не вылавировал…

Партийная «Лента ПМР» в последние месяцы постоянно осторожничала, моих статей там не было, обошли они молчанием и инцидент с моим скоротечным отъездом из Приднестровья в апреле 2012. Мои взгляды лишний раз не освещались, чтобы «не обострять», не ссориться с президентом. Партия пыталась играть в «конструктивную оппозицию». Президент, конечно, этой их вежливости не оценил. Гопники в тёмном переулке вообще не понимают вежливости. Они от неё заводятся, звереют…

Вот и сейчас, в последнем заявлении «ПРОРЫВа!», уже по факту ликвидации организации, видно, как руководство осторожничает. Разоблачает наступление диктатуры, но из этих разоблачений не понятно, ни дат, когда наступила эта диктатура, ни как эту «диктатуру» величать по фамилии, имени и отчеству. А они, разумеется есть. Не марсиане же принесли в Приднестровье эту самую диктатуру. И не 8 ноября 2012, а гораздо раньше. Так что игры в «умеренность» и «конструктивность» в итоге обернулись ничем.

Конечно, в Приднестровье сегодня быть в оппозиции – опасно, в том числе и просто для жизни. Так что если бывшее партийное руководство после ликвидации организации вдруг «образумится» и неожиданно примкнёт к власти, удивляться тут нечему, у них в Тирасполе семьи. Не в партизаны же им идти. Другие, более солидные в финансовом смысле партии в Приднестровье с властью сегодня тоже не ведут борьбу, а «сосредотачиваются», копят силы к следующим президентским выборам, и надеются на внешнюю моральную и медийную поддержку… Теперь мы знаем, к чему подобная тактика уже привела в декабре 2011.

У Соина были свои сторонники, пусть не много, но по данным социологов при проведении выборов по партийным спискам «ПРОРЫВ!» мог бы получить какую-то часть парламентских мандатов… Брэнд этот в Приднестровье узнаваемый, много было сделано за несколько лет, в том числе и с моим непосредственным участием – сайты, газеты, буклеты, программы, и прочее…

На Соина его оппоненты постоянно «вешали» один и тот же эпизод его юности – с убийством какого-то блатного, который бросился на служебную машину. Для меня, как, наверное и для любого мирного человека, это был всё же нормальный мужской поступок, достойный уважения. Я хорошо помню начало девяностых – хамы и блатные мешали нормально жить, не давали проходу, убивали очень часто. И то, что ботаник – Дима, молодой паренёк в очках, из МГБ где платили долларов 30 в месяц, случайно разрядил ствол в голову какому-то прыгающему на его напарника отморозку, – это вполне в духе свободных демократических обществ, где «товарищ Кольт» учит взаимному уважению и лечит любых подлецов.

Вся проблема Приднестровья, на мой взгляд, в том, что такие вот прыгающие отморозки там теперь победили. Они там теперь присутствуют тотально – в различных администрациях, силовых структурах и тому подобное. Мне там находиться невозможно. Думаю, и Диме Соину, и Саше Гореловскому, несмотря на их умеренность и прагматизм, теперь там не будет комфортно. А уж тем более, там не может быть больше никаких разносторонних партий и разных политиков, с разными взглядами, в том числе увлечённых йогой и социологией.

Территория победивших гопников… Блеснул свет в конце тоннеля, несколько лет поигрались в демократию – и снова, обратно в стойло… Под надзор конвойного…

У меня на память о «политической юности» осталось два партбилета. Один – чёрно-белый, с серпом и молотом, другой – жёлтый, в цвет «прорывовской» символики. Надеюсь, больше партбилетов в моей жизни не будет…

«ПРОРЫВ!», несмотря на свою нарочито пророссийскую риторику, мог бы со временем стать в смысле ценностей наиболее европейской партией в Приднестровье, всё же он значительную часть своей политической истории отстаивал ценности европейской цивилизации, европейской культуры. Если бы чаще не забывал про гражданские свободы… Но даже в тех умеренных пропорциях здравомыслия, которые у «ПРОРЫВа!» имелись, в ПМР у него альтернатив всё равно не было. Нет и сейчас. Сложно сказать, какая ещё партия в Приднестровье хоть в каких-то вопросах, пусть самых безобидных, предлагала приднестровцам учиться у успешных регионов Европы. Так что вполне объяснимо, что молодой диктатор расчищает под себя поляну даже от «ПРОРЫВа!». Ему ничто не должно заслонять и осквернять взор. Как и во времена Смирнова, нынешний глава ПМР тоже хочет во всём быть единственно значимым, главным – и лучшим россиянином, и старательным европейцем, и грозной карой, и главным правозащитником в одном лице. Прямо как Гай Юлий Цезарь. Лучший муж для любой женщины, и лучшая жена для любого мужчины.

А «ПРОРЫВ!»… Пусть земля тебе будет пухом, «ПРОРЫВ!»…

 

 

Молдавия и Приднестровье – рогозинские обломы, проблемы легитимности и др.

 РИА "Днестр", дата публикации: 23  ноября, 2012.

 

Из Тирасполя и Кишинева продолжают приходить новости, часть которых можно отнести к разряду жутких, другие – курьёзных. Некоторая часть событий заслуживает более пристального рассмотрения.

Подошел к концу пафосно анонсированный визит российского политического слона Дмитрия Рогозина в Молдову и Приднестровье. Итогов у этого визита нет. Разве что принимающие стороны подсчитали энное число опорожнённой посуды. В Кишиневе, вероятно, это были вина подвалов Криково, в Тирасполе наверняка пили коньяк КВИНТ. Как говорят телезрители, Рогозин понаобещал в Тирасполе так много, что наверняка, как протрезвел, уж и забыл, что именно. И помощь тебе финансовая, и специалисты – экономисты, и новый аэропорт, и консульство. Всё это, разумеется, телезрители восприняли неподобающим образом. Примерно так, как большинство жителей ПМР последние годы вело себя в Новогоднюю ночь, после выступления Смирнова. Обычной реакцией был русский мат и самые разухабистые пожелания. В этот раз примерно того же самого за своими столами приднестровцы пожелали Рогозину, вникая в его пафос на пресс-конференции.

Но главным итогом столь высокого визита явилось жесткое «нет», которое Рогозину продемонстрировали два молдавских маленьких, но упёртых человечка – Филат и Тимофти. По поводу открытия консульства в Тирасполе Рогозину так прямо и ответили – «сначала уберите свою армию, потом открывайте чё хотите». В переводе с дипломатического на русский желающие могут убедиться – использован вполне внушительный ассортимент наиболее ненормативной лексики.

В итоге приднестровцы остались у того же самого разбитого корыта, да ещё и с обломанным видным политическим слоном Российской Федерации.

Это какими ж нужно было обладать глубокими навыками политаналитики тем, кто готовил этот самый визит, чтобы не просчитать, что именно покажут Рогозину скромные молдавские парни? И куда он с этим всем пойдёт? Вот в чём интерес так вляпываться, а?

В Приднестровье, соответственно, у Рогозина стояли другого рода задачи, он, наверное, когда брался за эту пафосную роль «спецпредставителя в урегулировании», рассчитывал на некие бонусы для российской политплощадки, для себя в неких новых ролях будущего. Только это дело бесполезное, неблагодарное. Вообще не понятно, к чему ведущее в итоге.

Есть ещё одна штука.

В Приднестровье близкие к Рогозину эмиссары разыгрывают свою политическую комбинацию – в качестве «своих людей» у рогозинцев и их «Родины» в Тирасполе – бывшие друзья Игоря Николаевича Смирнова. Его пламенные соратники и прочие физиономии, на которых у приднестровцев за 20 лет правления команды «дедушки» выработался рвотный рефлекс. «Рогозинцами» в Приднестровье очень хотят быть и Шевчук со Штански, но у них, похоже, с этим пока имеются проблемы. Быть может, временные. В любом случае, за неимением других адекватных «рогозинцев», будет малоудивительно, если эта роль таки спустя некоторое время окончательно перейдёт к тандему «Ш & Ш».

Тем временем тандем «Ш & Ш» активно зачищает местную политплощадку. В Приднестровье судом ликвидирована партия «ПРОРЫВ!». Осталась правда одноимённая «Международная Молодёжная Корпорация», но это уже не партия вовсе. Таким образом Шевчук пытается вбить осиновый кол в тело будущей оппозиции. Ежу понятно, что «ПРОРЫВ!» знает толк в уличной политике. Параллельно по всем возможным Интернет-каналам, форумам, социальным сетям пошла угрожающих размеров волна наката на главу этой партии – депутата Дмитрия Соина. Травля эта, напомню, началась во времена Игоря Смирнова, и продолжается сейчас, пожалуй, с ещё большим энтузиазмом, уже кружком сторонников нового президента. Впрочем, не исключено, что занимаются привычным для себя делом травли Соина одни и те же люди, доставшиеся по наследству новой власти.

Ещё одной новостью последних дней стала оживлённая дискуссия на тему, имеет ли кто ль в Приднестровье право жаловаться международным организациям на местных политических уголовников? Мое замечание по этому поводу простое – не только имеет, а должен. По ряду пунктов – пытки Ионовой, ликвидация «ПРОРЫВа!» и насильственная зачистка медийного поля (блокировка провайдерами РИА «Днестр» тому пример) – к официальному Тирасполю могут появиться вопросы. Все эти пункты являются нарушением международного законодательства. И по этим фактам ответственные лица сегодняшней ПМР могут быть истребованы какими-либо международными инстанциями на предмет более тщательного изучения их мотивации в том, или ином случае. Конечно, происходящее не идёт ни в какое сравнение с теми вещами, которые вытворяет, скажем, ХАМАС в своих владениях, называемых «Палестинской автономией», – по своему усмотрению убивая десятки своих же соотечественников, подозреваемых в тайном сотрудничестве с израильскими властями. Дикость, где бы она не проявлялась, конечно ужасает. Однако, чтоб закрутить колесо международного правосудия, приднестровцам придётся очень серьёзно стараться. А так как при подобных стараниях жертв не избежать, то цепочка замыкается. Скорее всего, власти в Тирасполе и дальше на свой манер продолжат глумиться над подконтрольным населением, а люди будут иметь простую альтернативу – либо жить и помалкивать, либо уезжать подобру-поздорову.

Мои наблюдения и, как следствие, рекомендации на сей счёт остаются прежними. Коль Приднестровье мыслит себя частью европейского политического и этнокультурного пространства, наравне с Россией, например, – необходим внешний контроль над ПМР в части исполнения решений ЕСПЧ, а также в части деятельности судов, пенитенциарной системы и силовых структур. Лучше бы, конечно, обеспечить на переходный период их полную замену. К примеру, российскими специалистами. Этот вариант наверняка устроит приднестровцев. Или, если официальный Кремль не готов взять на себя всю полноту ответственноости, не готов всерьёз ковыряться в столь мелких, недостойных проблемах, а поручать третьесортным посыльным опасно – будут воровать и опозорят страну – в этом случае российские специалисты могут участвовать в некой объединенной миссии под мандатом ООН.

Поскольку то, что имеет Россия в регионе сейчас – это скорее ущерб собственной репутации.

Пока российские солдаты на миротворческих постах в недоумении поднимают и опускают шлагбаумы, вовсю резвится различная околополитическая мафия, прикидывая, какого рода барыши можно извлечь на всей этой невнятности. Люди же, проживающие на этой самой многострадальной территории, и вовсе вынуждены хлопать глазами, глядя на то, как различные шулеры изображают своё мега-российское происхождение, и обещают ещё немного потерпеть, ради стремления к светлому будущему.

Гражданам России в Приднестровье становится жить всё опаснее, они либо уже умерли, порой при весьма странных обстоятельствах, либо оттуда бегут, либо уже сбежали, или же думают о том, куда бы деться.

А в это время с одной стороны границы ПМР расположены миротворцы, которые о происходящем мало что знают – они имеют иного рода функции и обязанности.

Внутри же ПМР находятся военнослужащие ОГРВ, которые также занимаются сугубо своими делами, охраняют вооружение, например.

В конечном итоге, любые разбирательства в ЕСПЧ и международных структурах оборачиваются против самой России, только лишь потому, что стоят войска и миротворцы. Но ни войска, ни миротворцы не контролируют официальный Тирасполь – этими вопросами занимаются высокопоставленные мафиози, посредники, предлагающие Кремлю, словно напёрсточники, каждый свой вариант глобального доминирования, геополитического превосходства и прочий набор профессионального политического жулика. У этих людей огромное влияние, они не бедны, и хотят стать ещё богаче. Но им, разумеется, никакого дела нет до людей, живущих на берегах Днестра. Их волнуют только их миллионы, серые финансы, амбиции и политические инвестиции. А что творят зверьки-аборигены, как они глумятся над своими подданными? Да какая разница!

В СИЗО ПМР на днях зверски замучен ментами очередной паренёк, который не выдержал пыток расследования неких «хозяйственных правонарушений», другие «опасные преступники», наверное, ждут своего часа, когда и их запытают до смерти. Сходил бы, что ли к ним российский посол, полюбовался бы на своих граждан, что они едят, что пьют, как часто меняют одежду… Или какой-нибудь Нарышкин нашел бы повод посетить зэков с гражданством РФ и без гражданства… А так ездит к ним Дженнифер Браш, и, конечно же, разводит руками, не может же она матом наорать на какого-нибудь представителя официальной ПМР – ещё объявят персоной нон-грата, или вообще посадят куда-нибудь на нары, рядом с Ионовой…

Думаю, значительная часть этих сидящих и замученных в Приднестровье людей имеет российские паспорта, а по готовящимся Госдумой изменениям в законодательство РФ, если не имеют, то являются как минимум потенциальными гражданами той же РФ.

Конечно, этими ужасающими вещами Рогозину заниматься было некогда. Да, пожалуй, ему бы никто и не позволил. Мало ли было обломов в Кишинёве? Сунул бы нос не туда куда надо в Тирасполе – ему бы и там этот нос прищемили весьма эффектно.

Многие в своих письмах спрашивают у меня – разве правильно считать законы Приднестровья нелегитимными? Легитимность – это общее дело, дело граждан, дело соседних стран, дело очень и очень многих. Мы живём в очень маленьком мире. Вчера власть в одной стране была легитимная, и законы её были легитимными, а сегодня эта же самая власть, в этой же самой, признанной мировым сообществом стране, сотнями и тысячами убивает своих жителей, бомбит города, грозит сопредельным государствам. Оттуда текут потоки беженцев. Можно ли считать такую страну и её законодательство – легитимными? Нет. Легитимность – штука весьма гибкая. Гитлер тоже был вначале легитимным. И законы Германии тридцатых годов воспринимались как вполне частное дело страны. Прошло немного времени – и эта ситуация изменилась.

То же самое произошло и с Приднестровьем. Ни сегодняшний режим, ни законы ПМР не являются легитимными в международном контексте. Но если раньше можно было хотя бы «де-факто» уважать институты ПМР, в частности суды, то с каждым днём новой реальности, в которой происходят совершенно иррациональные вещи, уважать их резона нет совершенно. Как и силовые структуры, и прочие организации, которые пугают, пытают людей, закрывают партии, режут гражданские свободы, цензурируют Интернет. Как можно их уважать? Как можно считать их легитимными? Это людям решать, кто легитимен, а кто – нет.

Когда-то в Приднестровье принято было с ужасом смотреть на Молдову, где русского могли побить на центральной улице. Сегодня любой житель Молдовы может пожаловаться на свои власти в ЕСПЧ и получить возмещение, по факту нарушения своих гражданских прав. Ситуацию в Молдове мониторит масса международных организаций, посольства шлют депеши в Вашингтон, Брюссель, Лондон, Москву и Киев. Сегодня Молдова при всей своей бедности выглядит более серьезным в правовом отношении местом, более безопасным. Кто виноват в том, что власти ПМР не позаботились о том, чтобы иметь благоразумный вид? Чтобы не выглядеть просто каким-то бандитским анклавом, где людьми правит страх… Было 750 тысяч жителей. Осталось 300 тысяч, в основном старики и дети. И продолжают бежать люди. Кто может… Большая часть населения вынуждена жить далеко от Приднестровья, и уже вряд ли когда вернется на свои места. О какой легитимности можно вести речь сегодня? Замороженная в нынешнем виде ситуация плодит беззаконие, не знаю, может быть мировое сообщество просто ждёт, что приднестровцы сами устанут, и как-нибудь решат свою проблему, избавят себя от мучителей, от проходимцев разных мастей. Но у людей просто нет сил. Ни прав, ни сил, ни надежд.

 

 

В Тирасполе – очередные политические игрища

 РИА "Днестр", дата публикации: 29  ноября, 2012.

 

Когда правители не могут дать своим подданным хлеба, они пытаются компенсировать свою жадность и некомпетентность различного рода зрелищами.

Очередным таким театральным представлением в Тирасполе явилась так называемая «инициатива президента». Шевчук решил развлечь избирателей новой охотой. Вслед за обрезанием неподконтрольного Интернета, что удалось провернуть втихушку, без скандала, власти ПМР решили придать обратную силу уголовному законодательству, с целью отмены срока давности по ряду особо опасных преступлений.

Занятие это – наказывать – для Шевчука самое что ни на есть подходящее. Первым его местом работы была милиция. Зная эту сферу он и пытается завоевать политический капитал. Продемонстрировав хоть чего-нибудь успешного. Например, пойманных убийц, которые кого-либо убили, либо отдавали такого рода приказы в лихие девяностые.

Следует отметить, что Шевчук, возможно, много знает на эту тему. Он поработал не только в милиции, одной из страниц его жизни было трудоустройство в по сути государствообразующей компании ПМР. Она и сегодня во многих отраслях имеет монопольные позиции. Как минимум потому, что посторонние боятся соваться со своими деньгами в «серое» Приднестровье.

В «лихие девяностые» в Приднестровье было убито много всевозможных уголовных авторитетов, контролировавших разные отрасли экономики, которые впоследствии перешли в ведение государствообразующей компании. Есть, конечно, нравственный аспект. Убитых рэкетиров и разных обладателей воровских кличек, которых стреляли по всему СНГ, наверное, есть кому пожалеть. Есть предположения, что этих уголовных авторитетов зачищали по всему СНГ в том числе и силами правоохранительных органов, в том числе сталкивая друг с другом различные группировки. На эту тему снято много отечественной кинопродукции – фильм «Бригада», и тому подобные фильмы.

Кто-то, разумеется, пытался манипулировать войной группировок, истреблявших друг друга. Это нормальная практика для любой страны, для её спецслужб и руководителей.

С какой целью понадобилось новым властям ПМР искать, кто мочил уголовных авторитетов в середине девяностых? Чтобы утешить скорбящих родственников? Вряд ли.

Они ищут компромат на предыдущее руководство, в том числе на руководство спецслужб, на бизнес – тех, кто остался в живых после многочисленных загадочных убийств. А раз ищут компромат, то не от жажды справедливости, а ради укрепления собственной власти. И отъема чужих активов.

Так что по поводу инициатив руководства ПМР о снятии сроков давности у меня имеются предположения, что всё это придумано ради нейтрализации потенциальных политических противников. И ради ещё одной цели – раскассировать главную приднестровскую компанию, бросив её куски как кости подчиненным на радость, либо присвоить её себе. Банальный отъём чужого бизнеса. Параллельно можно запугать и самих депутатов – мало ли кто чего слышал, кто чего знает… Думаю, если бы МВД Приднестровья, или например полиция Республики Молдова, по поводу «лихих девяностых» побеседовала бы с самим мистером президентом, занимавшим в те годы в монополии руководящий пост, возможно и он что-нибудь бы рассказал на эту тему. Что, руководитель такого бизнеса, и не знал, куда подевались все конкуренты? Ай-яй-яй…

В Приднестровье многие в курсе, кого, когда, кто и для чего убивал. Маленький регион. Половина населения друг другу родственники, другая половина ходит к первой половине в гости.

И когда бывший топ-менеджер крупной компании, умудрившийся пролезть во власть, начинает что-то плести в присутствии не старушек, а вполне солидных господ, «о Боге, дарующем жизнь», как-то не верится в его искреннсть. Фальшивит как-то он. Люди этой категории, топ-менеджеры, бывают богобоязненны лишь в случаях, касающихся собственной шкуры. В отношении разного рода конкурентов обычно их христианские ценности не распространяются.

Итог. 24 против 11. Теперь над 24 депутатами государственные СМИ Приднестровья изголяются, дескать, это недостойные люди, покрывающие убийц. 11 депутатов уже легли под новую власть. То ли ещё будет…

ПМР выстраивали, конечно же, в том числе и на костях. На костях криминальных авторитетов, которые таинственным образом погибали. Нужно обладать большой долей цинизма, чтобы выдавать свою жажду власти и подобных разоблачений за стремление к справедливости. Это слишком похоже на справедливость Владимира Воронина, семья которого в Молдавии за считанные годы обогатилась на миллиарды, а спецслужбы выжимали деньги у малого бизнеса. И отнимали собственность у предыдущих хозяев. Зная много информации, любого можно прижать…

Экономика Приднестровья лежит в руинах. Малый бизнес стонет, люди жалуются, что стало гораздо хуже, чем даже было в смирновские времена. А приднестровцам демонстрируют очередное театральное шоу. Опять же, налицо вполне очевидные амбиции, коммерческие аппетиты руководства ПМР.

 

 

Диктатура в Приднестровье. Восток – дело тонкое…

 РИА "Днестр", дата публикации: 6 декабря, 2012.

Несколько лет назад, когда нынешний глава ПМР работал председателем Верховного Совета Приднестровья и главой партии «Обновление», я руководил коллективом ИА «Лента ПМР». Периодически там же выкладывал и свои комментарии по разным вопросам. Как-то я написал пару критических материалов по поводу законодательных инициатив Шевчука.

Реакция последовала незамедлительно.

Со следующего дня в здании Верховного Совета ни на одном компьютере больше нельзя было открыть «Ленту ПМР». Системные администраторы просто легким движением пальцев заблокировали доступ на этот сайт. Можно было сидеть в «Одноклассниках», но «Ленту ПМР» читать было строжайше запрещено.

Так продолжалось до тех пор, пока будущий диктатор не убрался с должности председателя Верховного Совета.

Прошли годы.

Шевчук стал президентом Приднестровья. На наш новый портал dniester.ru одна за другой обрушивались DDOS-атаки. Нам пришлось даже сменить партнёра, размещавшего сайт. Уж слишком существенным был ущерб от этих атак. Неделями сайт был не доступен пользователям. Позднее мы нашли лекарство против такого рода криминальных действий.

Но и наш старый знакомый не успокоился.

В итоге руководитель КГБ позвонил в офис провайдера-монополиста, и в жесткой форме потребовал закрыть доступ приднестровским пользователям к Dniester.ru – и доступ закрыли.

Вам не кажется, что это ровно то же самое, как в здании Верховного Совета?

Диктатор охраняет свой маленький уютный мирок. Со своими подконтрольными СМИ, безропотными журналистами, пребывающими в нищете и страхе. Политологами, которые дрожащими губами хвалят его высочество. Социологами, которые публично рассуждают о пользе государственной пропаганды. Мальчиками-девочками, которые за десять долларов в месяц строчат тонны хвалебных комментариев по поводу солнцевеликого на местных форумах.

Мне как-то рассказывали, что туркмены в своё время так натерпелись от Туркменбаши, что когда тот распорядился установить самому себе памятник из чистого золота, люди ночью испачкали истукана дерьмом.

Ещё немного, и в Тирасполе напишут свою «Рухнаму», или какую-нибудь «Зелёную книгу».

Тираспольскому диктатору очень не нравится, как устроена политическая жизнь и экономика Молдавии. Не нравится, что во всемирном индексе восприятия коррупции Молдова за один лишь последний год поднялась на пару десятков пунктов. Вверх. Туда, где на недосягаемых высотах расположены страны, в которых пенсионеры счастливы, а заболевших лечат квалифицированные врачи. Где есть работа, и дают дышать бизнесу.

Тираспольский диктатор не в восторге от этих рейтингов. Ему нужно поближе к тем, где пишут «Рухнаму». Где целуют золотую туфлю. Где убивают журналистов, а по телевидению с утра до вечера хвалят власть. Он равняется на других. Не на тех, кому нужны высокие строчки в рейтингах.

Поэтому в Тирасполе до смерти пытают заключенных. А люди теперь ходят просить милостыню прямо в магазины. Ходят по магазину, и просят дать хоть немного денег на еду.

Раньше таможенники ПМР обирали не всех мелких предпринимателей. Теперь мзду платят все. Наличными. В карман. Для этого нужна таможня в ПМР. Чтобы те, кто везёт трусы и носки из Одессы, набивали карманы руководства таможни.

Тираспольский диктатор равняется на те места в мире, где в тюрьмах люди сидят или вешаются в зависимости от платежеспособности. От наличия денег у родственников.

Всё это происходит в Приднестровье. В том числе и с гражданами России.

И мне не понятно, что там делают теперь российские миротворцы. Какая у них роль? Охраняют покой диктатора, в то время как у них за спиной граждан России пытают, унижают и изгоняют вон? Это делает не Михай Гимпу, которым в Приднестровье пугают младенцев. Не Дорин Киртоакэ. Не НАТО и не румынские националисты из «Ноуа Дряпта». Этим не занимаются Плахотнюк и Лупу. Этим занимаются местные монстры и монстрики, находящиеся в услужении у диктатора.

В Приднестровье сегодня нарушаются все мыслимые конвенции и нормы международного права. Это место, где граждане России, как и Украины, как и Молдовы, пенсионеры и работяги, запуганы и поставлены в положении скота. Которому предлагается за 80 долларов в месяц при квартплате 120 долларов в месяц работать лопатой и целовать сапоги высокому начальству. Это всё, что смог предложить людям диктатор. И платить дань, если ты предприниматель.

Определённо, любой, кто освободит приднестровцев от этого зла, окажется освободителем, спасителем и миротворцем. Приднестровье сегодня – то же самое, что самолёт с заложниками. С людьми, которых запугали и измордовали. Которые готовы заплатить любые деньги за документы, чтобы выехать куда-нибудь.

В Молдове тоже бедность, но там, после ухода от власти Воронина, ничего не слышно о политзаключенных. О том, чтобы правозащитников и журналистов били трубой по голове, как случалось раньше, или на носилках заносили в здание суда.

Плохие новости теперь следуют из Тирасполя.

А диктатор вместе со своими «воробышками» ухмыляется, и пишет в своем Facebook всякие глупости. Про то, кто для него не подходит в качестве примера. Какие страны подходят, какие – нет. Учится, наверное, у Туркменбаши…

А «воробышки», наверное, рады оказаться в наложницах у своего солнцеголового господина…

Восток – дело тонкое. Ага.

 

Приднестровье – последний полёт в никуда

 "АПН", дата публикации: 17 декабря, 2012.

Год назад в Приднестровье прошли президентские выборы, разделившие жизнь анклава на «до» и «после». Правившего два десятилетия Игоря Смирнова сменил Евгений Шевчук. В России за судьбой Приднестровья следят более пристально чем где бы то ни было за исключением, пожалуй, Молдовы. Но многие уже позабыли весь трагизм той кампании и её судьбоносное решение для тысяч людей, инкорпорированных в элиту смирновских времён. Вместе с тем политический класс России, как элита так и оппозиционные группы, практически не уделяют внимание Приднестровью. Одни – поскольку не очень приятно обсуждать проблемы, где особо и похвастаться нечем, вторые – потому что не вполне понимают, как можно использовать приднестровскую тематику во внутриполитической российской игре.

Выборы. Как это было

Следует отметить крайнюю хаотичность политического ландшафта накануне выборов декабря 2011 в ПМР. Все помнят как энергично Кремль взялся за судьбы глав российских регионов с репутацией «почтенных старцев». Они либо уходили подобру-поздорову на почётную пенсию, либо против них использовалась тяжелая артиллерия.

Игорь Смирнов стал неудобен Москве. Во-первых, по той причине, что ПМР мировое сообщество ассоциирует с Россией, и получается что именно Кремль продолжает поддерживать на плаву князька с сомнительной репутацией и мрачными, несоответствующими имиджу современной России штампами по поводу «права жить на этой земле» и «Великой России». Нарышкин мягко предложил Смирнову уступить дорогу новому поколению политиков. Смирнов ослушался, и началась сокрушительная медийная война между Москвой и официальным Тирасполем.

Старый и опытный политический лис Смирнов никогда не клал яйца в одну корзину. И он, и его дети вообще к России имели мало отношения, кроме своих паспортов. Единственное, за что смог зацепиться Кремль – это какой-то пусть и дорогой, но вполне среднестатистический себе особняк Смирновых в Бл. Подмосковье. Финансы семья Смирновых не держала в России. Дети Игоря Смирнова более спокойно все эти годы чувствовали себя в Европе и Украине. И в финансовом, и в прочих других смыслах. Лишь невестка Смирнова – Марина, жена одного из сыновей, попытала счастья в российской политике. Неудачно, кстати. Но она – не «семья». У Марины свои амбиции и своя жизнь.

Таким образом, середина 2011 года проявила весьма плачевный для Москвы итог своих манипуляций в Приднестровье.

Единственным российским человеком в анклаве, обладающим статусом мощной фигуры, являлся Владимир Антюфеев, шеф местной спецслужбы.

Но.

Могущество данной структуры в последние годы было слишком преувеличено. Смирнов знал, что Антюфеев – человек Москвы, и сознательно долгие годы ослаблял МГБ и роль главы МГБ Антюфеева. Видел в нём возможного конкурента? Разумеется. Но и не только. Не исключено, что Антюфеева Смирнов ослаблял под давлением Киева.

В последние годы на передний план по влиятельности на «железного Игоря» выходили другие фигуры. Смирнов почему-то окружил себя персонами, имеющими серьёзные интересы в Украине. Таким образом, в силовых структурах Приднестровья, как и во всех прочих структурах, пошло негласное разделение. Но линию Москвы на смену Смирнова в итоге не поддержал никто. Не поддержало и ведомство Антюфеева. Сотрудники МГБ активно участвовали в поимке группы политтехнологов, действовавших в интересах Кремля, помогали в съемках телепередач против кандидатуры, благожелательно оцененной Кремлём – лидера партии «Обновление», опирающейся на крупнейшую региональную финансово-промышленную компанию «Шериф» – Анатолия Каминского.

Каминского и всех, кто его поддерживал, просто на части разрывало местное государственное телевидение, обвиняя в подготовке «оранжевой революции».

Поддержка со стороны компании «Шериф» Каминскому была, может и достаточной по финансам, но крайне скудной по смыслу. Робкое «Обновление» с робким «Шерифом», возможно, были уверены, что за них всё что нужно сделает Москва. А Москва не сделала.

Накануне выборов Каминский в регионе оказался один на один с мощной административно-силовой машиной Приднестровья. Монолитной по своей сути, и опирающейся уже не на официальный Кремль, а на совсем другие каналы в России, тоже весьма влиятельные. В то же время монолитная приднестровская властная машина оказалась полностью уязвимой для граничащей с ПМР Украиной. Поэтому против Каминского, по сути против единственной фигуры Кремля, оказались все.

Смирнова, вероятно, его ближайшее окружение вводило в заблуждение по поводу его безупречного рейтинга. Лесть сделала своё дело. Он верил в успех.

Сила медийного давления Кремля была не маленькой. Смирнов, по сути, был обвинён в предательстве – в неисполнении требований России. В отместку Смирнов начал использовать любые возможности, чтобы утопить замыслы Москвы. И именно Смирнов ответственен за административную и силовую поддержку шедшего к власти Евгения Шевчука. Смирнов, несмотря на затяжной конфликт с Шевчуком, накануне избирательной кампании полностью изменил тактику – он отнёсся к Шевчуку по-отечески. Назло Москве. Назло Нарышкину. Назло всем, кто поддержал в России Каминского.

Шевчук в ходе кампании имел мощные ресурсы. Он полагался на дружественное себе МВД ПМР, «своих» людей в Центризбиркоме, «своего» председателя Верховного Суда. Да и МГБ, по сути, таскало горящие каштаны из огня, раскатывая оппонентов Шевчука и Смирнова. У МГБ, надо понимать, была простая логика – «народ поддержит Смирнова, и Москва вынуждена будет уступить». Эта логика, замечу, не опиралась ни на что – ни на социологические данные, ни на здравый смысл. Восторжествовал махровый маразм властей, которые за 20 лет контроля над всем и всея слишком сильно оторвались от земли.

Смирнов с оглушительным треском вылетел в первом туре.

В ночь выборов центральная площадь Тирасполя была арендована сторонниками Смирнова. С трибуны неслись пламенные речи про то, какой он замечательный. Сторонников Смирнова свезли из других городов, собрали защитников, пришло руководство МГБ. Все демонстрировали «мощь и единство рядов». Выглядело это, мягко говоря, смешно и по-советски пошло.

Потом все разошлись по домам. Ночью стали известны позорные результаты. Говорят, «дед» крушил мебель в своём кабинете.

Был назначен второй тур. Без Смирнова. Только Шевчук и обескровленный Каминский.

И вся мощная административная машина, за исключением МГБ, по инерции поехала дальше «топить» Каминского. Люди на госслужбе поняли, что их шанс теперь – это Шевчук. И все ему быстренько присягнули. Тем более, что уже по первому туру было очевидно – у него преимущество. Он проходит! Конечно, толпа встала на сторону фаворита гонки.

«Рука Москвы» в лице МГБ была по сути деморализована. Всё, на что хватило ресурса ведомства, – это робкий медийный «выстрел» накануне второго тура выборов, Антюфеев заявил, что Шевчук может быть связан с иностранными спецслужбами. Эти откровения без пяти минут отставного шефа спецслужб не показало ни местное телевидение, ни московское. Ролик на YouTube. С почти не слышным звуком.

Такой вот позорный финал.

Москва потерпела в регионе настолько крупное поражение, что самое страшное оказалось – оказаться крайним. Кто понёс ответственность за провал в Приднестровье? Впрочем, этот провал был запланирован всей политикой России последних лет. Весьма странной, и слишком коррумпированной.

В этом хаосе и чехарде чиновников Москвы, Евгений Шевчук стал новым главой ПМР.

Победа и геополитический аспект.

Шевчук не ожидал своей победы и не готовился к ней. Он оказался всего лишь фигурой на доске в шахматной партии, исход которой предсказуем – это ликвидация ПМР. Есть лишь вопрос времени и вопрос торга.

Однако в этом торге роль Москвы теперь не просто минимальна, она близка к нулю.

Новый глава Приднестровья начал свои «реформы» с МГБ. Если во времена Смирнова этот очаг влияния Москвы имел хоть какие-то позиции, теперь весь руководящий аппарат и среднее звено ведомства, был жестко зачищен. Экс-сотрудников МГБ, «антюфеевцев», отныне категорически запрещено брать на работу в Приднестровье. Эти люди поставлены в положение изгоев, они и сейчас там находятся, рискуя свободой. Их место заняли ставленники спецслужб Украины.

Представители СБУ теперь негласно находятся в качестве кураторов во всех без исключения министерствах и ведомствах сегодняшнего Приднестровья.

МВД за поддержку Шевчука во время выборов, наоборот, ждало более приятное расположение. Глава МВД ушел в почетную отставку, с крепкими и дружественными рукопожатиями от Шевчука. Данная силовая структура ещё со смирновских последних лет, насквозь пронизана агентурой СБУ.

Новую элиту Приднестровья, также по уже традиционной схеме, Украина прикармливает весьма активно. Все эти процессы эрозии приднестровской «государственности» и постепенной замены российских рычагов влияния на украинские происходили не в один год, и не в два – речь идёт о последнем десятилетии. И плавное сваливание ПМР в орбиту Украины – явление вполне закономерное. Фактор границы.

Все козыри сегодня – в руках у Киева. Спецслужбы и другие ведомства повязаны украинской агентурой, знаковые руководители ПМР инкорпорированы в те или иные направления приграничного бизнеса, контробандного трафика табака и алкоголя, реэкспорта и прочие традиционные для региона функции. Украинский бизнес, военная элита, разведка – все крепко связаны интересами на приднестровском участке. Эти структуры и лица вместе с их контрагентами Тирасполя зарабатывают на использовании «серой зоны» миллионы и миллиарды евро.

Роль Москвы

Москва сегодня вынуждена изображать хорошую мину при полностью проигранной партии. На приднестровском направлении Россию льстецы и демагоги многократно провели вокруг пальца. Люди, из уст которых годами лились и льются до сих пор сладкие речи по поводу «Великой России», «дружбы», «геополитического форпоста» и тому подобного, за спиной у России уже давным давно интегрированы в схемы других государств.

У России остаются в регионе лишь две точки формального присутствия – миротворцы на Днестре и склады вооружений. Фактически, и то, и другое сегодня – это чистой воды недоразумение. Более того, это недоразумение оборачивается постоянными ударами по имиджу России на мировой площадке.

Присутствие миротворцев и небольшой группы военнослужащих, охраняющих склады с боеприпасами, даёт основание для конкурентов России рассуждать о её враждебных амбициях и коварных замыслах. В Молдове целый ряд общественных структур втянут в кампанию русофобии, одним из ведущих аргументов которой является сомнительное с точки зрения международного права нахождение российских войск в юридических границах страны.

В то же время ни миротворцы, ни ОГРВ не имеют никакого влияния на ситуацию внутри ПМР. Они находятся в плотном коконе «дружественной» опеки спецслужб других государств.

Дошло до того, что российским офицерам приднестровские власти устроили недавно выволочку за попытку воспользоваться взлётной полосой в Тирасполе, которая изначально была частью инфраструктуры российской армии. Теперь руководству Приднестровья при ужасающем бюджетном дефиците срочно понадобилось строить собственный аэропорт! Не понятно, как он может функционировать, но главное – вырвать из рук россиян важный транспортный узел! Определенно, данная инициатива руководства ПМР продиктована кураторами из Киева.

Самое смешное заключается ещё и в том, что руководство ПМР и тут решило провести россиян вокруг пальца – уже есть предположение, что строительство данного аэропорта и ремонт полосы должны будут взять на себя… российские власти! Якобы, даже Рогозин ходил лично в туфлях по полосе. Чего-то там проверял, оценивал. Россию разводят просто «по-одесски», как заезжего лоха. В Приднестровье шутят, что самое забавное будет, если этот аэропорт за свои деньги построит Россия, а потом местные власти сдадут его в аренду НАТО. Неплохой бизнес!

Да, в Москве до сих пор находятся лоббисты, в том числе и среди части силовиков, которые умудряются «продавать» Кремлю идею «удержания геополитического форпоста» на Днестре. Якобы, ради расширения влиняния на Молдову. Анекдотично, но в Кремле в эти бредни ещё до сих пор верят…

Идея «влияния на Молдову» из Тирасполя оказалась полностью провальной. Республика Молдова сегодня полностью избавлена от влияния России. Все пророссийские силы в Молдове маргинализированы. У власти находится Альянс за евроинтеграцию, партии которого считают для себя постыдной любую коммуникацию с Москвой за рамками экономического сотрудничества.

Русские в Приднестровье

Пока политики в Москве пытаются изображать патриотизм в лице, в Приднестровье ситуация с каждым месяцем все больше напоминает трагический спектакль. Республика уже целый год обсуждает кадровые решения властей, сногсшибательные инициативы и их последующую отмену. На этом фоне бегство населения продолжается. Безработица. Страшная нищета. Доходит до того, что люди просят милостыню прямо в магазинах, а кафе превращаются в свалки самого дешевого тряпья Second Hand, поскольку это единственный товар, который пока пользуется устойчивым спросом.

Граждане России преследуются новыми властями. Их пытают, доводят до смерти, а порой и убивают в СИЗО. На незаконных основаниях подконтрольными судами ликвидируются оппозиционные партии. Местный провайдер-монополист по требованию КГБ заблокировал доступ к ряду неподконтрольных местным властям Интернет-сайтов.

Все эти чудовищные вещи сопровождаются ежедневным глумливым причитанием на ТВ по поводу «замечательного Путина» и «замечательной России», которая ещё иногда и деньги присылает! И хвалой в адрес миротворцев и российских военнослужащих, которые поневоле оказались в роли «защитников» криминальных властей.

Итог: Россия платит. Украина зарабатывает. Русские подвергаются преследованиям и пыткам. Миротворцев шпыняет Молдова и международные организации.

На все эти, более чем двадцатилетние эксперименты с Приднестровьем, Россия уже истратила более 4 млрд долларов США – только по линии неоплаты Приднестровьем потреблённого газа. Были и другие траты – на регулярной основе Россия отправляет туда деньги. При желании на эти деньги можно было бы давно перевезти, расселить и провести программу интеграции для тех, кто любит Россию, и хочет там жить. К слову, из 750 000 приднестровцев, проживавших там в 1990 году, сегодня в анклаве живет фактически менее 300 000 человек. Эти люди сами бежали, и далеко не всем легко в России. Но обратно у них дороги нет.

Сегодня в Приднестровье больше половины населения – граждане Молдовы. Из 500 000 прописанных в ПМР, пусть порой и не живущих там людей, около 260 000 – обладатели молдавских паспортов, 100 000 – украинских, 170 000 – российских. Некоторые имеют двойное и тройное гражданство. Также распространено в качестве второго-третьего гражданство Болгарии и Румынии. Посольства РФ и Украины требуют у своих граждан, проживающих в Приднестровье, оформить должным образом Вид на жительство в Республике Молдова. Процедура эта сложна. Приднестровцы, как теперь выясняется, годами проживали здесь нелегально. Все бумажки делаются в Кишиневе. Это деньги, время, нервы и страшные очереди.

Политическая площадка

В Приднестровье год спустя многие вещи прояснились и в политике. У Евгения Шевчука появилась некоторая видимость оппозиции. Речь идёт об отдельных депутатах парламента. Сейчас они разделились следующим образом – 11 депутатов поддерживает всевозможные инициативы главы региона, 24 депутата выступают «против».

Костяк этой оппозиционной группы составили представители партии «Обновление», которые поддерживали Анатолия Каминского в ходе президентских выборов. По сути, это последний очаг напряженности внутри ПМР. Новое руководство анклава озабочено мыслями о его ликвидации. Провоцируется схема внесрокового роспуска парламента, налицо кризис, который может обернуться примерно тем, что происходило в Москве в 1993 году. Со скидкой на местные криминальные нравы элиты и общий пессимистичный ход событий в экономике и общественной жизни, ничего хорошего рядовым гражданам это не сулит.

У оппонентов Шевчука отсутствует мощный медийный ресурс, нет админресурса, финансы также под угрозой, поскольку «Шериф» находится под жестким прессингом со стороны властей. Данная компания сегодня скорее напоминает не мощную силу, а… курицу, несущую золотые яйца. Она, эта курица, пребывая в цепких лисьих лапах, вынуждена свои яйца «нести» любой власти. И сегодня эта компания является крупнейшим налогоплательщиком, фактически содержит новый политический режим, в то же время очевидно, что эпоха «Шерифа» не вечна. Новым властям не нужна никакая фронда. Они неплохо усвоили российский политический опыт последних лет. Как ликвидировать и маргинализировать оппозицию. Самое смешное, что этот опыт и тактику «делай как Путин» глава анклава использует в отношении «обновленцев» и «прорывовцев», связанных с Россией пуповиной, местных «путинцев», которые годами раздавали всевозможные георгиевские ленточки и пропагандировали ценности РПЦ. Это последние политические персоналии, которые имеют прямое отношение к Кремлю. И их в Приднестровье топчут теми методами, которыми Кремль топчет всевозможных несогласных у себя дома. Всё это сопровождается постоянными сравнениями Евгения Шевчука с Владимиром Путиным. Шевчук без устали напоминает о своем уважении к российскому президенту и его методам. И этими же самыми, «путинскими» методами в Приднестровье сегодня давят россиян и русских.

Непростая ситуация и c российскими паспортами. Многие приднестровцы были вынуждены платить за этот документ. Порой и три, и пять тысяч долларов. В России эти граждане, даже получившие внутренний паспорт, признаются таковыми далеко не всегда, по усмотрению работодателя. Приднестровье уже получило репутацию места, где, якобы, покупаются фальшивые документы РФ людьми, не имеющими к России никакого отношения. Порой люди, даже приезжая на «Большую землю», вынуждены скитаться, несмотря на русскую национальность, язык и новенький паспорт.

Благодаря «стараниям» отдельных военных лоббистов в Москве, Россия продолжает тратить средства налогоплательщиков на дорогостоящую миротворческую операцию, в то время как за спиной миротворцев граждане России роются в мусорных баках и умирают без должной медицинской помощи. А МИД РФ транслирует пафосные бредни по поводу «успешности» этой самой операции, игнорируя тот факт, что регион уже покинуло более половины населения, а те, кто остались, это в основном брошенные старики и дети, запуганные местным криминальным отребьем, именующим себя «властью».

В чьих руках ключи?

Кто держит ключ от решения конфликта на Днестре? Сегодня этот ключ находится в Киеве. У Москвы в регионе есть горстка миротворцев и солдат ОГРВ. Всего порядка пары тысяч человек. У Киева в Тирасполе есть разветвленная сеть агентуры во всех министерствах, есть подконтрольное КГБ ПМР. У самого официального Тирасполя, имеются тысячи военнослужащих, милиционеров и прочих «людей с ружьём». Таким образом, Киев сконцентрировал в своих руках колоссальное влияние, и способен повернуть судьбу Приднестровья в нужном себе русле в течение одного дня. В том числе, особо не оглядываясь на Москву. Была бы на то политическая воля.

В следующем году Украина председательствует в ОБСЕ. Таким образом, у Януковича есть два варианта. Он может войти в мировую историю президентом разрешившим судьбу конфликта на Днестре. Либо Украина тихонько проплывёт себе 2013 год, особо ни во что не вникая. В качестве пассивного наблюдателя разводя руками, глядя на очередные манипуляции со стороны персоналий Кишинева и Тирасполя. Которые, разумеется, ни о чём не договорятся. Приднестровье – для его властей весьма прибыльное коммерческое предприятие. С какой стати тамошняя верхушка разрушит собственный бизнес, передав его добровольно в руки Кишинева?

Но у Киева есть всё для решения конфликта. Вся внутренняя ситуация в ПМР под его контролем. Граница внешняя – опять же – это граница Украины. Закрыть её – вопрос телефонного звонка.

Таким образом, судьба конфликта – это теперь вопрос выбора между тщеславием и коммерческими интересами Киева. У Януковича масса проблем с мировым сообществом из-за Тимошенко, есть и другие поводы. Он, конечно, может легким движением руки всё разрешить. Если победит его тщеславие и желание вечной славы для Украины.

Но есть и другие интересы. Есть амбиции тех, кто много лет зарабатывал, и продолжает зарабатывать на «сером» трафике – представители бизнеса и военной элиты Украины. Граница – лакомый кусок. Они найдут свои аргументы, про свою «геополитику», о том, что надо попридержать Приднестровье в своих, украинских руках, чтобы попортить кровь «проклятым румынам», за остров Змеиный, или другие приведут аргументы, вроде того, что Румыния желает экспансии и продвигает лингвистические проекты в украинских регионах.

К тому же, это так выгодно – столько лет «доить» конфликтную ситуацию, в обнимку со старыми и новыми властями ПМР, а крайними делать «москалей»! Весь мир ругает Москву! Проклинает «русских оккупантов»! А наиболее ушлые московские прохиндеи по привычке «доят» Кремль, украинцы «дербанят» зелень на контрабандном трафике, и всем хорошо! Кроме, разумеется, русских, живущих в Приднестровье.

Впрочем, при полной деградации здравоохранения русским пенсионерам в Тирасполе и Бендерах осталось недолго. И пока в перспективе видится весьма унылая картина – обезлюдевшее Приднестровье, одиноко и нелепо скучающие российские миротворцы, в которых по привычке не забывает плюнуть каждый гражданин Молдовы по дороге из Кишинева в Одессу, трансграничные банды из сексотов СБУ, занимающие пару крупных офисных зданий в Тирасполе, называя себя по старой привычке «президентами», «таможней» и «министрами всевозможных дел»… И большие просторные кладбища, с русскими фамилиями на надгробиях тех, кто умер, но так и не дождался от России никаких внятных действий. Не дождался ничего в этом мутном конфликте – ни разумного решения, ни трезвого анализа, ни серьезной практической помощи людям.

 

 

 

Приднестровье. Неудачный Форпост

 РИА "Днестр", дата публикации: 29 декабря, 2012.

 

2012 подходит к концу. Год, который изменил Приднестровье. В некотором смысле. На самом деле, ничего совсем уж фундаментального по сравнению с предыдущими двумя десятилетиями не произошло. У власти в Тирасполе укрепилась новая группировка, расчистила себе дорогу к большим деньгам. ПМР как коммерческий проект, по-прежнему, благополучно функционирует на радость очередным его «владельцам».

Нынешний год продемонстрировал истинные потребности Кремля в происходящем в Приднестровье. Нынешнее руководство РФ удовлетворено тем, что в неподконтрольном молдавским властям Приднестровье местные князьки старательно популяризируют в Молдове идею вступления данной бывшей республики СССР в Таможенный союз и прочие евразийские проекты. Это самая главная роль, с которой руководство Тирасполя в лице тандема Шевчук&Штански определенным образом справляется. Продвигать идею – в массы. Всё остальное Москву не интересует. Тандем Ш&Ш за год сумел зарекомендовать себя «рычагом влияния» на Молдову. Брэнд «рычага влияния» как свою заслугу в Москве продвигает МИД РФ. И ещё какие-то структуры и физические лица, которые имеют некие бонусы от данной схемы. Одурачить Кремль сложно, но, как мы видим, вполне возможно.

Не стоит ворошить нелицеприятные, а порой постыдные страницы взаимоотношений молдавской и российской дипломатии. Посмотрим на то, что имеем сегодня.

МИД РФ, как Чапаев за столом, выкладывает картофелины.

«Вот – Шевчук и Хоржан, вот здесь – Воронин и ещё какие-то полуперсоны, а вот там – запасные полки наших дружественных НПО, вот – информационный резерв в виде энного числа газет и т.д. Молдовенисты наши – вот! Активная молодёжь – а как же без неё? Имеется! Славянские общины? Казаки? Ценители православной веры? Все в наличии, все прикормлены, все наизготовку! Всё под контролем! Ура!»

Примерно так МИД демонстрирует руководству России свою стратегию по возврату Республики Молдова под крыло.

Поскольку МИДу руководство РФ верит, наверное, сильнее, нежели другим структурам, данная схема реализуется на практике. Правда, в несколько комичном, а кое-где и трагичном виде.

И, возможно, в самом главном кабинете Кремля создаётся ощущение, что вот-вот, ещё стоит немножко поднадавить, нагнуть, прижать, послюнявить, и… Молдова на блюдце с голубой каёмкой ляжет, как жирная гроздь винограда! И тогда – вечная слава и почёт. Ордена, мемуары, торжественный приём в Кишинёве.

Поскольку реализуется такая красочная схема, многое другое касательно Приднестровья Кремль интересует мало, либо не интересует вовсе. Ведь такие широкие горизонты! А каков размах?

Кому интересно, например, что вместо 750 000 теперь в Приднестровье реально проживает от силы 300 000?

Руководство Приднестровья играет свою несложную игру в этой нелицеприятной схеме «распространения влияния», попросту дурачит руководство России. Поскольку это самое руководство прекрасно знает, что никакой Молдовы в Таможенном союзе не будет никогда. Что не будет в нём Украины, которая руками своих спецслужб активно помогает руководству Приднестровья понемногу выгрызать в свою пользу всё российское, что осталось в регионе после выборов декабря 2011. Просто все дружно валяют дурака. И ржут где-нибудь в кулуарах. Русские – они ж простые, «Ваня – дурак» за доброе слово последнюю рубашку снимет. Представляю, как ржут они все, прикрывая рот ладошкой – и розовощёкий пупс с пушком на головке, и его сподвижницы. Ржут над «дураком-Ваней». Над простофилями в Кремле.

А наблюдатели… видят дипломатично улыбающихся, сияющих здоровым румянцем приднестровских персоналий, которые что-то лепечут про свою любовь к евразийству и Таможенному союзу. При этом России предлагается оплатить эти высокопарные словеса звонкой монетой. Миллиардами долларов. И направить ещё паспортов, для продажи местному населению.

Поскольку Россия платит мало, в основном помогает своим пенсионерам, в Тирасполе приняли недавно свежее решение – повысить для местных российских предприятий цены на газ. Понятно, что деньги, собранные за газ с российских предприятий предназначены не для России, не для газовых компаний, а для содержания административного аппарата ПМР. России уже давно ничего за газ не переводится. Как не переводилось и в те времена, когда нынешний глава ПМР руководил Верховным Советом, и даже порой публично возмущался на тему газовых денег. Правда, и умолкал как-то быстро. Все ж были в курсе, как делились эти самые газовые деньги.

Пытаясь выжать из российских предприятий наличность, якобы плату за газ, руководство Приднестровья сегодня давит на Москву, давая понять – «Вы платите нам маленькую дань за свои геополитические прожекты, вы должны платить больше. Не хотите? Мы возьмём натурой – вашими предприятиями, которые тут у нас находятся. Которые когда-то вы приватизировали». Уже сегодня из уст приднестровских чиновников слышатся голоса о том, что россияне оказались плохими собственниками. Что высосали всё. Что мало вложили. Может быть. Но не возникает ли у приднестровцев, слушая эти пассажи, чувство стыда за своих правителей? Что они делают что-то не так? И, вообще, словами Высоцкого, «на грубость нарываются»?

2012 расставил всех субъектов по своим местам – пока МИД РФ дурачит Кремль, местечковая приднестровская братва зарабатывает себе и своим кумушкам на развлечения. Население в Приднестровье нищает и пытается решить одну проблему – куда бы деться.

Город Бендеры вообще по своим сводкам всё больше походит на Гарлем. Людей режут на улицах, врываются в квартиры, граждане боятся выходить из дому, открывать двери. И это в городе, вокруг которого двадцать лет бодаются милиционеры ПМР и полицейские Молдовы – в Бендерах есть и одни, и другие. Им некогда преступников ловить, там много думают о конфликте, о том, что вот-вот снова грянет война, и нужно срочно к ней готовиться. Наверное, инопланетяне спустятся с небес, и переколбасят и тех, и других…

Прибавил 2012 и новых проблем.

В Приднестровье и раньше всё было «не слава Богу» с правами человека. Помню, как на каком-то общественном мероприятии с участием сотен местных госслужащих на трибуне в международный день прав человека в роли председателей восседали Игорь Николаевич Смирнов и Евгений Васильевич Шевчук. Томно взирая вниз, на своих подчинённых. Главные правозащитники, радетели интересов простого народа. В Приднестровье раньше не глушили сайты. Интернет не воспринимало всерьёз поколение Игоря Смирнова. Нынешние власти осознают опасности, связанные со свободным распространением информации. Поэтому в Приднестровье заблокировали сначала РИА «Днестр», а перед самым Новым Годом – и «Ленту ПМР». Два частных портала, оба, отмечу, появились на свет не без моего участия. Весь год – атаки за атаками, потом блокировка местного провайдера-монополиста, по указке КГБ. Это, конечно, мелочи на фоне всего остального, но тоже симптоматично.

В общем, подходит к концу год.

Жители Приднестровья могут благодарить за ту ситуацию, в которой они оказались, сами себя. За свой неудачный выбор в декабре 2011. Возможно, выбери они другого кандидата, всё было бы иначе. Жители Приднестровья также могут отдельно поблагодарить МИД РФ и тех ответственных лиц в Москве, кто имеет отношение к политике в этом непростом регионе. Мидовцев, крышующих нынешние власти Тирасполя. И прочих влиятельных бонз, обещающих Молдову на блюдце российскому руководству.

Бесполезно обращать критические замечания на каких-то местечковых бандитов, а в Тирасполе и других городах Приднестровья именно эта публика сегодня правит бал. Так что хочу заметить по поводу тех лиц, которые в России, имеющей по-прежнему «золотой голос» в судьбе этого региона. Список их значителен. В нём же и Рогозин, прибавившийся к погруженным в проблематику персонам.

Ситуация постыдная. «Форпост России», о котором 20 лет говорил высокими словесами господин Смирнов, выглядит сегодня жалкой дырявой посудиной на фоне Молдовы и, тем более, Румынии. В нынешнем виде Приднестровье – со всей этой совковой архитектурой, убожеством, нищетой людей, и так называемой «элитой» – это возведённые в крайнюю, высшую степень недостатки и оплошности самой России. Не «витрина», а «днище». И это притом, что Молдова сама когда-то в начале девяностых была в ужасающем состоянии. Как-то с помощью европейских рецептов, при отсутствии промышленных гигантов, что-то там наладилось. А в Приднестровье всё пришло в запустение.

Не знаю, кто из Кишинёва слал в Москву бодрые отчёты все эти годы. Но Приднестровье не стало «витриной» для Запада, не является для бессарабцев чем-либо восхитительным. Такое было раньше. В середине девяностых. Но те времена уже далеко в прошлом. Из Тирасполя люди едут лечиться и рожать – в Кишинёв. Какое уж тут «притяжение»? Какое «влияние»? Какой «канат, удерживающий Молдову от вступление в Румынию»? Если завтра Республика Молдова пойдёт в Румынию, 70% жителей Приднестровья станут гражданами Румынии автоматически, согласно молдавских паспортов. А другие за неимением возможности уехать, будут искать «связи», чтобы решить вопрос аналогичного гражданства.

Не знаю, может быть, правители Приднестровья не станут претендовать на паспорта Румынии. Быть может, у них уже есть паспорта Кипра, например…

Конечно, с приходом молодых людей в приднестровскую власть маразма стала меньше.

Нынешнее поколение политиков Приднестровья уже ничего не говорит про «форпост». Они просто хотят быть с Россией «друзьями». За счёт России. Эти «друзья» за российский счёт слишком дорого обходятся русским, жителям Брянщины и Смоленщины. Из миллиардов долларов, российских, растраченных в Приднестровье, до пенсионеров и детей, обычных граждан России, дошли крохи.

Что в сухом остатке сегодня? Циничные улыбки руководства ПМР, разговоры про «Таможенный союз», удобные для выманивания денег из России? Какой-то балаган, честное слово.

Молдова уходит от российского влияния в силу разных причин. Есть и такая, что с одной стороны от Молдовы – расположена Румыния. А с другой – Приднестровье. И жители Молдовы бывают и там, и там. Им ничего не надо объяснять. Они и без объяснений всё видят. Даже русские, живущие в Кишиневе. Им, русским из Бессарабии, кажется, что в Приднестровье творится «что-то странное». Я цитирую людей. Они говорят об этом с некоторой долей иронии. Потому что не всё поддаётся обычной логике.

Как делается влияние? Нужно давать ответы на простые вопросы. Нужно внимательно следить за представительством РФ за рубежом. Чтобы Россия подавляла, а не плодила коррупцию, чтобы была примером во всём, когда речь идёт о престиже страны. О лице страны. У уважающей себя страны торговцы паспортами не могут быть её лицом.

Я не сторонник того, чтобы российский паспорт давался каждому встречному. Но мне трудно понять, почему до сих пор Россия не может автоматически дать паспорта людям, родившимся хотя бы до распада СССР в Республике Молдова и Приднестровье. Вне зависимости от их нынешнего гражданства. Почему эти люди должны покупать российские паспорта и своё право жить в России за страшные суммы – в три, пять тысяч долларов. У всевозможных «общин», которые имеют свой бизнес на документах с какими-то официальными и полуофициальными структурами России. Ведь достаточно депутатам Госдумы России принять соответствующий Закон – и всё! И эта коррупционная ниша, эта постыдная тема торговли российскими паспортами закроется раз и навсегда! В Молдове живут не дикари, а вполне русскоязычные, белые, христиане если уж на то пошло, и не бездельники – чем они плохи как граждане России?

Если представительства РФ в Молдове и Приднестровье лишить лакомой темы торговли паспортами, 99% всех этих «обществ дружбы» помрёт само собой. Но станет ли меньше дружбы между Россией и Молдовой? Россией и Приднестровьем? Дружбы станет больше. И уважения взаимного – больше.

Может ли Россия стать привлекательной для Молдовы? Разумеется, может. Не случайно миллион граждан Молдовы уже живёт и работает в России.

За 20 лет возни в Молдове – есть ли сегодня хоть один рейтинговый молдавский политик, который открыто сам позиционирует себя «пророссийским»? Пусть работники МИД РФ честно скажут в Кремле – такого политика нет. Ни одного! И пусть в таком случае расскажут, где плоды их трудов? Где результат?

И пусть ещё расскажут, как случилось, что Приднестровье вместо «витрины» превратилось во что-то совершенно противоположное. Внутри Приднестровья от России уже ничего не зависит. Нужно это честно признать, наконец. И сделать выводы.

Как проблема Приднестровья отражается на репутации России? Плохо отражается. А раз плохо – нужно делать то, что в подобных случаях делают израильтяне. Спасать людей. Помогать выехать оттуда, дать им возможность бесплатно и быстро получить в России документы и жильё. Это экстраординарный случай, да. Это граждане, принципиально получавшие российские паспорта, и попавшие в беду. Большая их часть – славяне. Среди них много пенсионеров, больных и детей. Возможно, МИД РФ считает, что все эти люди могут потерпеть ещё лет двадцать, ради великой цели, ради геополитики. Ради единой пророссийской Молдовы. Мне кажется, что люди уже натерпелись, хватит с них этого наказания. А Россия обойдётся без пророссийской Молдовы. Как и Молдова – без промолдавской России. Ничего страшного ведь не случится. Меньше цинизма, меньше коррупции, меньше показухи. Меньше розовощёкого гогота в кулачок.

Поучились бы российские власти, например, у Израиля. Как защищать национальные интересы, и определять в чём они вообще заключаются. Есть ведь у кого поучиться, полно хороших примеров, не правда ли?

Источник

 

0

Автор публикации

не в сети 1 месяц

KozheduB

KozheduB 24
Комментарии: 117Публикации: 143Регистрация: 21-11-2012

У этой записи 2 комментариев

  1. Ну почему так – Россия вечно всем должна? Особенно с витринами у нее не выходит. Была ГДР – не вышло с витриной, Болгария, Чехословакия, другие страны СЭВ… Вот, теперь, оказывается, защитив от военного геноцида, она, по мнению некоторых, автоматически опять взяла на себя обязанность создать витрину из ПМР. Может все же сами поработаете?

    М-дя, когда, наши писатели избавятся от психологии грантов?

    0
  2. Статья сырая. не соответствует действительности. На кого она рассчитана трудно предполагать. Трудно в Приднестровье наладить промышленность и открыть закрывшие предприятия из-за дороговизны сырья. Своего ничего нет. И вышедшие военные на пенсию употребляют большую часть пенсионного бюджета Пишите о СМИРНОЕ И ЕГО ДЕТЯХ. КОТОРЫЕ СВОРОВАЛИ ВСЕ….И ничего не сделавшие в свое время…

    0

Добавить комментарий

Закрыть меню
Яндекс.Метрика