Как журналист Дудь, уничтожил политика Навального.

Журналист Геннадий Владимиров — о том, как политический мертвец Навальный прокололся в нелепом двухчасовом интервью.

Есть странные сближения — Навальный бодро и задорно описывает свои страдания, и мы узнаём: он любит смотреть мультики на взлёте самолёта, он описывает отравление как поцелуй дементора из “Гарри Поттера”, он думает, что его укусили, как Человека-паука, его жена смотрит на него как на героя фильма “Чужой”, когда он в судорогах извивается на койке в “Шарите”.

Это явление человека с того света, а он нам про мультики и комиксы заливает. Дудь смотрит на старого знакомого и заметно удивляется. Это оправданно: мы видим перед собой человека бодрого, который так мультяшно рассказывает нам, как он чуть Богу душу не отдал.

Помнится, когда Урмас Отт (давняя, ещё советская предтеча Дудя — вопрос “Сколько вы зарабатываете?” тоже был его любимым) спрашивал пережившего клиническую смерть народного артиста Евгения Леонова, что он чувствовал и что там видел, Леонов полным потустороннего мерцания взглядом смотрел мимо камеры и журналиста, а потом грустно отшутился: “Перестройка у них там”.

Леонов — великий артист, может, и сыграл в этой сцене, но ему верилось: он вернулся и сам не понимал как. Он не тратил слов и шуток в ответе на глуповатый вопрос. Если вступил в отношения со смертью, лучше вот так тихо и немногословно отшутиться. Навальный говорит быстро, рассыпает образы для подростков, жена его жеманно хихикает, а Дудь всё пытается вывести разговор хоть на какую-то конкретику. Единственное, чего он добился в итоге от собеседника, — это ответ на вопрос “Кто отравил?” — “Путин”.

Дудь разводит руками. Немая сцена. Двухчасовое интервью с человеком, восставшим из ада, превращается в калейдоскоп банальностей, Дудь прямо говорит об этом собеседнику, на что тот не реагирует. Отравил Путин (а кто же ещё?), коррупция — это плохо (а кто говорит, что хорошо?), он набирает популярность (признаваясь, что его даже бортпроводник в самолёте не узнал), он непримирим к оппонентам (а как же диалог с обществом?), Путин ничего не достиг за три года с прошлого интервью (“суперджет” не летает. “Летает”, — парирует Дудь).

По последнему пункту точно можно поспорить, и сам Навальный признаёт: космодром “Восточный”, да, построен. Но ведь украли много всё равно. А Крымский мост? А трасса “Таврида”? А дорога Москва — Петербург? А сельское хозяйство, вдруг восставшее из небытия, так же бодро, как сам Навальный с койки в больнице? Но про это уже Дудь и не спрашивает.

К этой минуте интервью ощущение растерянности героя и слабости постановки всё острее. Тут уже нечего уточнять. Дудь мимоходом замечает, что место съёмки за три часа до записи проверяли немецкие спецслужбы, даже в носках Дудя порылись, а сам Навальный прибыл в сопровождении большой охраны. За кадром остались эти мощные силы, и Навальный разводит руками: ну так надо, вдруг опять траванут на германской земле? Налогоплательщики Евросоюза не поймут.

Перед нами идеальная семья, словно из комиксов, о которых всё время говорят герои. Они улыбаются и твердят об уверенности в себе, не отвечая ни на один вопрос, который волнует всех, кто следит за историей с отравлением.

Нет, один вопрос семья прояснила. Жена рассказала, что дочка учится в Стэнфорде, потому что там лучше учиться, чем в Томске, а сам Навальный сказал, что находится на содержании у миллиардера Зимина. Зимин оформил его консультантом и платит большую зарплату, просто чтобы поддерживать.

Чем это лучше откатов, которые критикуемые им чиновники получают от таких же олигархов, Навальный не уточнил. Просто поверьте, что он лучше, чем чиновники. Многомиллионная аудитория Интернета бросилась смотреть первое после отравления интервью, чтобы увидеть человека, который выжил, и послушать его, узнать, что это было и что будет дальше.

Но узнала только одно: Навальный видит себя прямым соперником Путина и уверен, что и Путин видит его именно таким. “Это похоже на манию величия”, — говорит Дудь иронично, но вышедший из комы человек утратил самоиронию. Он только переспрашивает, а кто же ещё мог отравить? Ну хорошо, мы можем поверить, что он так искренне думает или Меркель ему во время визита в палату про это по-русски шепнула. Хорошо. Болеет человек, всё может быть.

Тут интересно другое. Сам Навальный в конце цитирует фильм “Брат-2” про то, что сила в правде. Все же хотят узнать от него эту правду, понять, как и что происходило в клинике, почему, если было понятно, что он отравлен, его соратники так беспечно разложили улики из его номера по ручной клади (не страшно было после Солсбери? Там ведь даже кота умертвили из опасений, что он заразный). Но ощущение остаётся, будто от правды мы только удаляемся.

Допустим, что Навального отравил Путин. Но почему, когда он летел в самолёте, путинские убийцы даже номер не прибрали и все улики соратникам оставили? У Навального и на это есть ответ: разучились работать в путинской России. “Суперджет” же не летает. (“Летает”, — сново напоминает ему Дудь).

Ощущение заданности ответов заметно начинает раздражать даже лояльного к Навальному Дудя. И безапелляционность ответа о причинах отравления (а кого же ещё Путину отравлять в России?). И его рассказ, что Путин вообще любит травить людей. И какая-то каша из слов в ответ на вопрос, почему он не призывал голосовать против поправок в конституцию, слив возможный протест. И вечный вопрос про политическое кредо “второго политика в России”, на который один ответ: чтобы “Единую Россию” победить руками коммунистов и ЛДПР. Слабенькая цель для будущего президента.

Здесь Дудь даже начинает учить “второго политика России”, как расширять аудиторию и пытаться изменить страну. Но Навальный лишь говорит, что с оппонентами не дискутирует, а мальчиков из Росгвардии на митинге, в которых Дудь увидел простых людей и свою аудиторию, Навальный продолжает называть преступниками. И уверяет, что при всей видимой хорошей форме ещё продолжает страдать от последствий невиданной силы химического оружия.

Насчёт невиданной силы “Новичка”, впрочем, известно одно: силу его действительно так никто и не видел. Навальный говорит, что мало кто выжил после этого яда. Так ведь проблема в том, что все и выжили, включая Навального. Даже кот Скрипалей выжил, но его усыпили. И ещё странная смерть женщины, чем-то найденным на свалке на себя брызнувшей. Но тому, что это был именно “Новичок”, приходится верить на слово британским спецслужбам.

Странная история, странный пациент и странное интервью. И весёлая едва не овдовевшая жена, кокетливо замечающая, что её напугало количество приехавших в омскую больницу высокопоставленных чиновников. С её слов получается, что они, видимо, хотели Навального умертвить, потому что главврач был членом “Единой России”.

В стране у нас не всё идеально, но ещё раз посмотрим на эту историю, просто перечисляя факты. Блогера-оппозиционера спасают, срочно сажая самолёт, в больницу привлекают специалистов из Минздрава, быстро, по первой же просьбе, отправляют в Германию. И всё это делается, потому что Навального хотели убить. Логика, конечно, страдает.

Тщетно Дудь пытается расспросить про обстановку в больнице, про разговор с Меркель, про собранные соратниками “улики” в номере, даже про трубку от аппарата ИВЛ (только через два часа интервью супруга вспомнит, что была трубка в горле. Но следов от неё не видно. Ну ладно, допустим, грим).

Есть, впрочем, момент единения журналиста и героя, когда они обсуждают качества кандидатов “умного голосования”. Дудь с ужасом констатирует, что один из них “поддержал Крым и Моторолу в Донбассе”. Это однозначно плохо для Дудя и Навального. Дудь возмущается, что кандидат даже предлагал поставить Мотороле памятник. Навальный отвечает, что это отвратительно, но всё равно лучше “Единой России”. Чем для Дудя плох Моторола, сражавшийся и отдавший свою жизнь за русских в Донбассе, непонятно. Вот Моторола в траншеях Донбасса за русских сражался, а Навальный на койке в “Шарите” за свою жизнь боролся. Сопоставлять подвиги не будем, просто запомним этот момент.

Какой вывод нам сделать после того, как более двух часов своей жизни мы вычеркнули ради просмотра интервью Навального, восставшего из комы? Вот сам Навальный вспоминает, как страшные дементоры высасывали жизнь из Гарри Поттера. Но мальчик, который выжил, дементоров поборол. Похоже, Навальный, переживший действительно неприятную историю (о которой мы по-прежнему ничего не знаем), ощущает, что некие дементоры и вправду только сейчас, уже после его выздоровления, начинают по-настоящему свою работу. И три года назад интервьюировавший его Дудь теперь в изумлении смотрит на идеальную хихикающую пару: да живые люди ли перед ним или прикладная функция политической игры? Будто некие силы шепнули Навальному в коме: встань и сиди! Сиди перед камерой, а слова ты знаешь.

Человек, который уверяет, что хочет оживить политику в России, говорит, как политический мертвец, не отвечая ни на один из вопросов. Будто за окном дементоры. И даже Волан-де-Морт в далёком Кремле кажется ему живее, и от этого становится холоднее вокруг “Шарите”. И немецкие люди в штатском и в форме сжимают кольцо, и хохочут прошедшие по “умному голосованию” в Мосгордуму коммунисты, и весёлая свадьба, которая так запомнилась жене Навального возле омской больницы, всё продолжает гулять по непостижимой России. И приходит снова в его наркотических снах на больничной койке группа “Кровосток” с японским профессором, и все задают один вопрос: “Ну что, Алексей, помогли тебе твои немцы?..”

Спросишь себя: почему вот так обернулось это интервью? Ведь жалко было человека, по-человечески жалко. И хотелось пожалеть, как в России всегда. А теперь не получается. Потому что либо страдания настоящего не было, либо по-человечески его осмыслить у героев интервью не получилось. Станиславский бы сказал: “Не верю”. Но жизнь не театр, скажем лучше: мы увидели, как выжил человек, а умер политик. У журналиста Дудя получилось раскрыть тему.

Источник

0

Автор публикации

не в сети 1 день

Cub

Cub 10
Комментарии: 431Публикации: 205Регистрация: 07-11-2012

Добавить комментарий