4

УКРАИНА И ПРИДНЕСТРОВЬЕ: ПРАВО НА (А)СИММЕТРИЧНЫЙ ОТВЕТ / ВЛАДИМИР ЯСТРЕБЧАК

flag-pmrКак стало известно из сообщений средств массовой информации, в ходе телефонного разговора 11 марта с.г. руководители исполнительной власти Молдовы и Украины договорились о встрече в начале следующей недели в Киеве. Планируется обсудить широкий спектр вопросов «двусторонней и европейской повестки дня».

Предстоящая встреча заслуживает внимания по ряду причин.

Во-первых, оба чиновника планируют встречаться уже в новой политико-правовой реальности, т.е. после общекрымского референдума, который будет иметь серьезные последствия для региональной и глобальной ситуации.

Во-вторых, встреча состоится после возвращения господ Лянкэ и Яценюка из Соединенных Штатов Америки, в связи с чем потенциальные договоренности двух руководителей можно будет с высокой степенью вероятности считать согласованными со «старшими товарищами».

В-третьих, встреча будет проходить в ситуации, когда украинская сторона уже серьезно ограничивает пересечение границы гражданами России, постоянно проживающими в Приднестровье. Наивно ожидать, что г-н Лянкэ будет продолжать риторику молдавских властей, якобы считающих «всех приднестровцев своими гражданами», и просить украинских коллег прекратить массовые нарушения прав человека.

Есть достаточно оснований полагать, что вопросы «двусторонней и европейской повестки» будут включать и вопросы давления на Приднестровье с украинской стороны. Для молдавских властей открывается «окно возможностей» для наращивания давления на позицию Украины, в том числе через Запад, вплоть до попытки форсированного разрешения молдо-приднестровского конфликта.

Арсенал тех средств, на которые при поддержке западных «идейно-политических спонсоров» может рассчитывать Кишинев и которые есть в распоряжении у Киева, не составляет особой тайны. В их числе:

  • — дальнейшее ужесточение режима пересечения границы для жителей Приднестровья, введение тотальных запретов на пересечение границы теми или иными социальными группами и гражданами (примечательно в связи с этим то, что допуск иностранных граждан на свою территорию Молдова предельно либерализовала; украинским чиновникам следовало бы изучить статистику по финансовой прибыли молдавской стороны и убытки украинских компаний, к примеру, авиаперевозчиков);
  • — блокирование экспортно-импортных операций приднестровской стороны, транзита приднестровских грузов, что вполне укладывается в общую «европейскую» тематику в качестве способа совместной европейской интеграции, с требованием о полноценном функционировании приднестровского бизнеса по молдавским правилам;
  • — запрет на пересечение границы автотранспортом с приднестровскими номерами;
  • — отказ от выдачи разрешительных документов для приднестровского пассажирского транспорта;
  • — размещение молдавских силовиков на украинских пунктах пропуска с предоставлением им полноценного доступа ко всем базам данных и права осуществлять административные функции и т.д.

Скорее всего, молдавские власти предпримут попытку в очередной раз возложить на украинскую власть функцию добычи каштанов из огня, которую сами выполнять не хотят, поскольку в таком случае пришлось бы демонстрировать собственное нежелание идти на компромиссы ради урегулирования молдо-приднестровского конфликта. На ситуацию также повлияет и то, что запад в настоящее время имеет определяющее значение в качестве ключевого источника легитимности нынешней украинской власти, и ситуация вряд ли принципиально изменится до 25 мая с.г. Закономерно, что Кишинев пытается получить максимум в этих условиях, небезосновательно рассчитывая на поддержку Брюсселя и Вашингтона.

В связи с этим приходится рассчитывать лишь на способность фактической украинской власти понимать и отстаивать свои национальные интересы, а также анализировать складывающуюся ситуацию.

В Киеве должны понять, что практически любые санкции в отношении Приднестровья не повлияют принципиально на настроения в Приднестровской Молдавской Республике. Украина один раз уже пошла навстречу Молдове и Евросоюзу в 2006 году, после чего восприятие Украины как нейтрального посредника значительно пострадало, не говоря уже о роли гаранта.

Более того, украинские санкции вряд ли станут критическими и для приднестровской экономики – особенно в ситуации, когда с российской стороны оказывается всесторонняя социально-экономическая помощь, и ее объемы, судя по последним сообщениям СМИ, будут лишь увеличиваться, а перекрытие транзитного газопровода в целях давления на Приднестровье вряд ли будет позитивно воспринято конечными получателями. Возрастет лишь количество «серых схем», «откатов» и прочих форм «стимулирования» молдавских и украинских чиновников за выдачу разрешительных документов. Впрочем, если киевская власть ставит своей целью так поддержать защитников своей экономической безопасности, то с этой перспективой вряд ли поспоришь.

Единственным субъектом, кто реально может пострадать от вводимых санкций, будет население Приднестровья – к примеру, десятки тысяч автовладельцев или обладателей российского гражданства. Но это станет лишь мобилизующим фактором, примеров чему также немало в истории приднестровской государственности. Ждать, что население потребует капитуляции от приднестровского руководства из-за санкций украинской власти, — как минимум политически недальновидно.

В то же время ущерб от разного рода санкций может быть достаточно серьезным – особенно на фоне сомнительных выгод.

Киев окажется полностью втянутым в региональный конфликт, причем, естественно, отнюдь не в качестве посредника или гаранта.

Украинская сторона своими собственными действиями добьется резкого изменения регионального баланса интересов и сил, причем эти изменения будут явно не в пользу Украины. «Румынский фактор», который многим в Украине кажется чуть ли не дружественным, еще проявит себя, а давление на Приднестровье лишь усилит румынское влияние на региональную ситуацию.

Имиджевые потери украинской стороны, которые хотя и мало кого волнуют в Киеве, также будут достаточно весомыми – хотя бы со стороны десятков тысяч граждан Украины, проживающих в Приднестровье, которых вряд ли устроит «принуждение к капитуляции» со стороны Украины.

Не следует забывать и о возможных ответных шагах с приднестровской стороны, арсенал которых достаточно широк и которые могут также оказаться весьма чувствительными для Украины.

К примеру, далеко не все граждане Украины, въезжающие в Приднестровье, постоянно проживают на приднестровской территории. Втягивание в полноценную конфронтацию в вопросах пересечения гражданами границы, безусловно, является нежелательным сценарием, но и у Приднестровья есть основания опасаться попадания на свою территорию «лиц призывного возраста».

Кроме того, весна обычно совпадает с началом разных полевых сезонов, включая работу по демаркации границы. Насколько известно, это один из приоритетов для любой украинской власти, и вряд ли санкции в отношении Приднестровья приблизят возобновление тех или иных работ.

Наконец, не следует забывать и о переговорных последствиях. Приднестровская сторона пока особо не акцентировала внимание на том, какие распорядительные правовые акты являются основанием для участия в переговорном процессе со стороны представителей отдельных участников. Очевидно, что статуса посла / главы делегации в Молдове недостаточно для участия в международных форматах урегулирования, в связи с чем аргументация об источниках полномочий тех или иных лиц может быть весьма интересной.

Важнейшим фактором будет и отношение России к кризисному варианту развития ситуации – если Киев и Кишинев все-таки пойдут по этому пути. В данном случае вряд ли стоит уповать на то, что все ресурсы Москвы брошены на крымское направление. Усиление давления на российские интересы в Приднестровье, на российских граждан чревато ответными шагами уже не только Тирасполя, но и Москвы. Призрак визового режима, рождающийся на приднестровском сегменте границы, может обрести реальные очертания, если к его существованию относиться без должного внимания. Кроме того, арсенал политических средств и возможностей у России гораздо шире, чем у Приднестровья.

К сожалению, украинские власти не оценили нейтрального отношения приднестровского руководства к украинским событиям. Даже сейчас приднестровская сторона избегает предупреждений о возможных ответных шагах или оценок крымских событий. Киев должен понимать, что так продолжаться бесконечно не будет. Запретительные меры, особенно если они будут трансформированы в полноценный и всеобъемлющий режим санкций, чреваты лишь обострением ситуации и нарастанием кризисных событий в регионе в целом, а также запуском качественно новых политических и правовых процессов.

Хотя нельзя исключить того, что украинская власть чувствует свою вину перед нынешним приднестровским Президентом за то, что в 2006 году он не стал главой государства, и в качестве «искупления вины» собирается помочь ему стать Президентом признанной Приднестровской Молдавской Республики.

Источник

Владимир Валерьевич Ястребчак — приднестровский государственный деятель, Министр иностранных дел Приднестровья (с ноября 2008 по январь 2012).

0

Автор публикации

не в сети 2 дня

Kitaysa

Kitaysa 13
Комментарии: 163Публикации: 176Регистрация: 07-11-2012

2 thoughts on “УКРАИНА И ПРИДНЕСТРОВЬЕ: ПРАВО НА (А)СИММЕТРИЧНЫЙ ОТВЕТ / ВЛАДИМИР ЯСТРЕБЧАК”

  1. Ястребчак извергает неконтролируемый поток мыслей. Столько лишних слов ради одного предложения-«К сожалению Украинские власти не оценили нейтрального отношения приднестровского руководства к Украинским событиям». Думаете оценят? сомневаюсь. Но а наш народ начинает понимать какую кабину у нас провернули в 20011 году. ИНС ЕВШа консультирует, Ястребчак деферамбы поет, где Кораман со своей Родиной? Мелкие маячки но много. Так что лучше молчите и не раздражайте народ раньше времени.

    0
    1. Насчёт консультаций ИНСа сомневаюсь с остальным согласен

      0

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

:bye: 
:good: 
:negative: 
:scratch: 
:wacko: 
:yahoo: 
B-) 
:heart: 
:rose: 
:-) 
:whistle: 
:yes: 
:cry: 
:mail: 
:-( 
:unsure: 
;-)